— С кем-то подрался? — поинтересовался детектив.
— Соседский кот вцепился, — на ходу выдумывал я. — Хотел его потискать, а он оказался не из ласковых.
— Когда?
Вопрос заставил громоздить новую ложь поверх уже сказанной.
— Ну вот как проснулся.
— Ты пошёл пить, нашёл отца, вызвал скорую и пошёл на улицу тискать кота, я правильно понимаю? — рассуждал Мартелла.
— Кот был в доме, он забрался через окно, — помотал головой я. — Пришлось вышвырнуть его и закрыть все окна.
— Это было до того, как ты увидел Лиама?
— Да.
— И перед тем, как ты оделся?
Я ещё раз взглянул на себя в зеркало и заметил капли на плече.
— После. Я проснулся от жажды, оделся, увидел кота, подозвал его, он меня оцарапал, я его выкинул, закрыл окна. Только после этого зашёл в кухню и нашёл отчима.
Детектив кивал и похмыкивал на каждое моё утверждение. Но стоило мне замолчать, как он тут же нахмурился, деланно изображая замешательство.
— Я запутался. Ты же говорил, что оделся после того, как вызвал скорую.
— Просто опустил историю про кота, — нашёлся с ответом я.
— Ты по дому ходишь в кроссовках? — не давал мне передохнуть Мартелла.
Он уже спрашивал про них. Зачем повторяться?
— Нет, я не сплю в обуви и не хожу в ней по дому, — вздохнул я.
— Тогда почему на твоём левом кровь?
Видеть их с водительского кресла он не мог, а это значило, что либо он заметил пятна на кроссах ещё в доме, либо же просто испытывал мою неуверенность непроверенным утверждением.
— Вы думаете, такие крохотные раны я мог получить в борьбе с Лиамом? — атаковал я.
— Разве была борьба?
Взглядом дал ему понять, что вопрос глупый.
— Ну тогда ты задаёшь не тот вопрос, — проговорил Мартелла, заводя автомобиль. — А следовало бы спрашивать, известно ли мне что-то о том, где ты был в минувшую ночь. Я ведь знаю, что не дома.
Выдержать его взгляд оказалось трудно. Он не просто предполагал — он точно знал о том, что дома этим утром я не просыпался. И всё же я попытался сыграть недоумение.
— Где же, например? — хмыкнул я.
— Прогуляемся? — предложил он. — Вместе посмотрим.
Вырулив с парковки на Сильвер Лейн, он почти сразу перескочил на другую её сторону и нырнул на просёлок, огибающий Наковальню — небольшую столовую гору у северной окраины города. Как раз за этим останцем находился перелесок, в который можно было попасть через заросли позади нашего дома. Мартелла точно знал, где я был.
Сомкнувшиеся в тоннель над дорогой сосны скребли ветвями борта и крыши внедорожника, хлестали по бамперу, стучали шишками в стёкла. На взбугрившихся под колеёй корнях подбрасывало.
Постепенно детектив сбавлял ход, пока не съехал с дороги к небольшой площадке над Бесовьим логом и не остановился.
Лог получил своё название из-за обилия сычужного гриба на гниющих ветвях, усыпавших его склоны. С августа и до поздней осени по ночам от биофлуоресценции грибов Бесовий лог светится зелёным.Когда-то давно это зрелище показалось первым местным жителям чертовщиной, и с тех пор место получило своё зловещее название.
Несмотря на то, что ночное свечение вяжущего панеллюса уже давно было известно всем, дети постарше всё равно изобретали объясняющие флуоресценцию страшилки для младших. Кто-то даже принёс в овраг старый ботинок и умудрился сунуть в него деревяшку с грибом для пущей убедительности в проклятости этого места.
Именно на вершине Бесовьего лога я и очнулся бредущим к Наковальне. И Мартелла это знал.
— Не здесь ли ты себе ухо повредил, Колден? — спросил детектив.
Он указал вниз, где у зарослей тёрна крутились криминалист в белом комбинезоне и уже знакомый мне кинолог с овчаркой. Похоже, обнюхав меня на крыльце, Чинар уловил след и провёл полицию по моему сомнамбулическому пути.
— Может пришло время сказать, что произошло у вас с отчимом? — предложил Мартелла. — Зачем тебе понадобилось сюда посреди ночи?
Дальше отнекиваться было бесполезно. Я отпил немного воды из бутылочки.
— Не помню, — признался я. — Ходил во сне.
— И часто у тебя это? — с сомнением поинтересовался детектив. — Обычно в твоём возрасте лунатизма уже не бывает.
— Всегда было, но так далеко забрёл впервые.
Чинар покрутился у нижнего края оврага и поспешил обратно к терновым кустам. Именно здесь, у самого Бесовьего лога я очнулся. Заинтересованный поведением пса Мартелла следил за ним, пока его хвост не скрылся из виду.
— Похоже, тебе повезло, что впереди было препятствие, а то бы так мог до самого Рош-Аинда плутать, — проговорил он. — Когда и от чего ты проснулся?