— Может, помнишь что-то ещё? — предположил Мартелла.
От пережитого стресса и успокоительных думалось с трудом. Хотелось во всём разобраться прямо сейчас, но мозг отказывался не то что анализировать, а даже вспоминать прошлое.
Детектив взглянул на свой пищащий мобильник.
— Ну подумай, я скоро вернусь, — пробормотал он и поглядел на врача. — Царапины на ухе у него проверьте.
Врач метнул ко мне короткий взгляд, на секунду отвлекшись от бумаг, и показал большой палец.
Дверь хлопнула. Прежде, чем шаги детектива удалились, он принял вызов, и я отчётливо услышал, как он сказал: «Слушаю, миссис Петтерсон».
— Я могу прогуляться? — спросил я врача.
Тот всё с таким же отстранённым видом продолжил заполнять бумаги.
— Можно выйти?
— Что? — переспросил он. — А, да мне пофиг вообще.
Покинув кабинет, я вышел по длинному коридору обратно в фойе и увидел здоровающихся Альму и Мартеллу. Вместе они направились по уже знакомому мне пути к моргу. Стараясь не сильно торопиться, двинулся следом.
Возле лестницы пришлось задержаться — шаги детектива и соседки хорошо слышались внизу. Хлопнула двустворчатая дверь. Звука металлической я уже не услышал.
Осторожно спустившись, выглянул в тёмный пустой коридор. За металлической дверью слева говорили — явно Мартелла с Альмой, однако разобрать ничего не получалось. Прижался ухом к холодной створке и тут же отдёрнулся — металл обжёг рану. Повернулся другой стороной и повторил попытку. Бубнёж стал громче, но по-прежнему недостаточно для отчётливого разбора. Дальше подслушивать не имело смысла.
Поднялся обратно на первый этаж, вышел в фойе и рухнул на кушетку, решив дождаться возвращения детектива. Но тут я заметил беседующего с администратором за стойкой молодого врача. Облокотившись на столешницу, он пытался рассмешить девушку. Его планшет с бумагами и стетоскоп лежали чуть поодаль. Новый план возник сам собой.
Подойдя к стойке, умыкнул стетоскоп и, сунув его под футболку, поспешил обратно к моргу. На уши давило, из-за чего повреждённое поднывало, но я терпел. Помедлив, прислонил мембрану к металлической двери и отчётливо услышал голос детектива.
— А правду говорят, что вы встречались с Грейзером в студенчестве? — спрашивал он.
— Давно это было, — ответила Альма.
— И что же, он переехал в Сильверию Фог из Квезаля вслед за вами?
На какое-то время стала слышна лишь тишина.
— Слушайте, чего вы хотите? — вздохнула Альма. — Нам обязательно вспоминать об этом тут, рядом с его телом?
— В том-то и дело, что, к сожалению, именно это нам и необходимо, — пояснял Мартелла. — Но прежде, чем я поясню, зачем, ответьте мне ещё на один вопрос: вы хорошо помните, как Лиам выглядел в молодости?
Вновь миссис Петтерсон ничего не ответила.
— Давайте я вам помогу, — наконец сказал детектив. — Вот так, верно? Ну же, посмотрите внимательнее… Странно, не правда ли? Если верить знаниям патологоанатома, за прошедшее время волосы структуру и цвет настолько сильно не меняют, веснушки не растворяются, а радужка…
— Это Лиам Грейзер, — оборвала его Альма. — Я понятия не имею, что с ним произошло, но это он. Ясно?
— Бросьте, мы же оба с вами знаем, что это не он...
— Правда? А где же тогда он?
— Пропал без вести...
— У вас на столе лежит тело, в котором все жители Сильверии Фог, включая вас, опознают Грейзера, — хмыкнула Альма. — Вы можете одной своей подписью закрыть сразу два дела, или же оставить их нераскрытыми в попытках выяснить, чей это труп. Потому что вы не сможете выяснить — вы исчезнете.
— Звучит, знаете-ли, как угроза.
— Вовсе нет, это дружеское предостережение. Держитесь подальше от этого мальчишки и всего, что с ним связано. Он проклят.
— И каким же образом Колден, по-вашему, заставляет всех вокруг исчезать? — поинтересовался Мартелла.
— Я понятия не имею и знать не хочу, как! — взъярила Альма. — Но его нужно изолировать! Закрыть в комнате без окон и еду подавать через щель в двери!
— Благодарю за рекомендацию, миссис Петтерсон…
Не успел я сообразить, что уже давно пора было сматываться, как дверь распахнулась и звонко шлёпнула меня по лбу. Взгляд застывшей в проходе Альмы скользнул по стетоскопу и задержался на моих глазах.
— Только попробуй, гадёныш! — предупредила она. — Даже не думай, понял?!
Оставив меня гадать, что именно она подразумевала, миссис Петтерсон не без удовольствия пихнула меня в стену и поспешила на лестницу через двустворчатые двери.
На плечо мне легла рука Мартеллы.
— Шпионишь? — спросил он.
Я виновато стянул стетоскоп и помял его в руках.
— У меня тут ещё есть кое-какие дела, — говорил детектив, выводя меня обратно на первый этаж. — А чтобы у тебя и дальше не возникало соблазна мешать, придётся нам на время расстаться. Давай, возвращай на место, откуда ты это взял.