— Это чудовище отьдиим, который поглощает жизнь, добро и свет. Ты как оказалась посреди боя еще и в таком виде? — возмущенно прозвучал голос, который Соня слышала ранее. Но даже теперь шок не давал ее взгляду ухватиться за внешность спасителя и рассмотреть того, что защитил ее от такой ужасной участи, как быль съеденной таким огромным монстром.
— Ты видишь меня? — едва смогла вымолвить девушка.
— А не должен? — удивился мужчина или парень, в такой ситуации было сложно определить возраст человека. На поле сражении все, кто проливают или даже видят этот ужас, не смогут остаться теми же что и ранее.
— Ты. Прости. Я. Не могу встать. Мне бы прийти в себя. Можно, я на все отвечу потом, — стала говорить Соня прерывчато и несвязно.
— Логично. Хотя ты ещё неплохо держишься, — подойдя к Соне ближе, сказал воин. — Имя твоё как?
— Соня, — ответила девушка отстраненно, пока осматривала тушку монстра, развалившуюся по земле, а в следующий момент гора темного и разлагающейся плоти, которая воняла, будто уже не один день было мертво, стала рассеиваться едким и ядовитым дымом.
— Не дыши. С непривычки будешь недели отлеживаться от яда, который будет разъедать легкие, — сказал мужчина и накинул на девушку свой плащ. — Согрейся. Я отнесу тебя в лагерь. Думаю, до ночи мы можем отдохнуть и собраться с силами.
— До ночи? — переспросила девушка.
— Эти твари появляются ночью, — с отвращением сказал воин.
— Я услышу твое имя? Нужно ведь знать, кто меня спас, — сказала Соня, едва подымаясь. От холода она едва могла говорить без дрожи, а тело так продрогло, что она не могла даже подняться. — Прости, но ты бы не мог мне помочь подняться? Я не смогу сама… Хотела бы, но не смогу.
— Оно и понятно. Ты в тонюсенькой рубахе, а у нас здесь холод, что ветки деревьев стекленеют, — сказал мужчина, поднимая девушку на руки.
— С-спасибо. Я обязательно отблагодарю.
— Отогрейся и не заболей. А там будет видно.
— Я не болею... — сказала Соня несмело, но уверенно
— Но мерзнешь? — спросил воин, неся девушку на руках к лагерю. Там в его шатре уже разожгли огонь. А значит, совсем скоро будет достаточно тепло, чтобы эта хрупкая девушка согрелась.
— Я не знаю, как это работает. Раньше я никогда не болела. Надеюсь, этот раз не исключение.
— Работает? Ты-то и не болела. Да ты же тростинка! Я таких худощавых и бледных отродясь не видел. Ты хоть от реки ведро с водой донесёшь на сотню локтей?
— Локти… Вы небось не знаете, что такое метры, — вздохнула девушка, примерно осознавая на каком периоде в сравнении с её миром завис этот мир.
— Метры? — повторил мужчина.
— Цари, князья, бесы, ведьмы… что-то знакомое есть? — решила проверять дальше девушка.
— Как ты говоришь тебя зовут? — не отвечая, спросил мужчина.
— Я? Родители Соней назвали, — ответила она дрожа. — Прости, что тебе приходится нести меня. Но я сама не смогу.
— Да ты не тяжелее моей сбруи, — ответил мужчина.
— Рада, если тебе не тяжко. Скажи, как тебя звать. Жизнью обязана, так что не забуду. Редко кто таким запоминается.
— Говоришь, будто много повидала, — заметил незнакомец оценивая, насколько ей можно доверять.
— Достаточно, чтобы знать цену жизни и смерти, — ответила девушка, ощущая, как ее астральное тело стабилизировалось и стало настолько же плотным, как и физическое.
— Борияр я, — вздохнул мужчина.
— Значит, у нас здесь славянская тематика. Хорошо. Больше узнавать не буду.
— Ты тоже дочь ариев. К чему эти вопросы? — удивился мужчина.
— Может, ты и прав. Но мне не важна родословная. Не буду я здесь долго. Скажи лучше, какая сама огромная угроза, нависшая над вами? — вдохнула девушка.
— Как ты можешь не знать, что мало нас осталось. Жен брать нет из кого. Только сильный и достойный воин может быть выбран. Дочерей почти не рождается. Все это грозит большой бедой. Крамешни на дев охотятся. Уже давно многих погубили. Теперь приходится на десяток воинов одна веста.
— Не бережете вы девушек. Поняла. Беда у вас. Кромешни — это злые силы? Знаете их источник, цели или причины появления, — дрожащим голосом спросила Соня.
— Тьма этого зла и бед от них немерено, — вздохнул мужчина. — А должны быть цели и причины? Источник? Они появляются после последних лучей светила и бесчинствуют до первых. Мы находим щель между мирами, откуда они лезут, и пытаемся закрыть. Наших сил уже не так много как в начале борьбы, так что становится все сложнее и то закрывая разломы порой не удавалось. Наши жрецы часто заранее проводят ритуалы, чтобы увеличить силы света или закрыть разлом, а сегодня молили богов-хранителей о благословении и помощи. После этого разлом закрылся, но последние твари здесь устроили пиршество из боли и крови наших воинов.