Вечером наложил руны усиления на доспехи и амуницию воинов. Они ещё попросили выносливость, но две руны накладывать я пока не могу, потому они выбрали прочность.
Ещё поговорил с Бором. Решил отдать ему в оплату надетый на него доспех. Тот начал отговариваться, сказав что кольчуга стоит больше, чем стоит весь навар от похода. Ну, где-то так оно и есть. Тогда я предложил ему стать десятником лучников, а кольчугу выплачивать из трофеев. Он с радостью согласился. Пока тот пребывал в прострации, назначил за нее цену в 20 золотых, а потом половину списал. Когда Бор попытался сказать, что кольчуга стоит минимум 80, договор уже был заключен, и спорить было поздно. Мелькнула пара строчек о чем-то, как всегда, когда я принимал правильное решение.
Помня разговор с десятником Тором, поручил Бору найм лучников. Он сказал, что это возможно и в задумчивости ушёл.
Петухи, утро… сегодня предпоследний день испытаний. Потому что если я завтра не уеду отсюда, то устрою петухам геноцид. Я волков бил, зайцев бил, гоблинов и разбойников бил! Да что там, суккубу бил! Разве я петухов не смогу? Раз мечом! Раз молнией! И все, нет подлого, орущего петуха!
С этой ободряющей мыслью я поднялся, и вышел во двор. На улице разминались голые по пояс Тор и Ольг. А рядом с воротами в компании двух подростков стоял Бор.
Поздоровавшись, торопиться события я не стал, а пошёл умываться и завтракать. Вот так на меня деревенская жизнь влияет. Ритуал должен быть! И торопиться! И как мне с такой привычкой в реальной жизни то жить?
Позавтракав, подозвал Бора. Тот привёл за собой очевидно трусящих парней лет 14–15 с виду. Парни не здоровяки, но выглядят шустрыми. Заметил на каждом из них воинский пояс и прикрепленный к поясу нож. Вернее, простая полоска грубой кожи и кухонный тесак паршивого качества, но, по меркам этого мира, эти парни были воинами, раз нацепили на себя воинские атрибуты. Это дети воинов, погибших при гоблинском нападении. Я их проверил, они в лучники сгодятся, — начал Бор. — Но учить надо, — тут Бор как то особенно недобро посмотрел на парней, и те испуганно вжали головы в плечи.
— Сначала учениками будут, новиками, если по воински. Потом в воины их посвятим. Оплата пол серебрушки в месяц, — закончил Бор.
Экипируй их, и сам себе короткий меч подбери — кивнул я в сторону сарая с трофеями —. Потом клятву приму.
Бор с учениками удалились в сторону навеса, а я направился исполнять данную себе клятву — всегда по утрам делать показанные Владом комплексы ударов.
Повышения статов не получил, но, когда закончил, ко мне подошли Тор и Ольг:
— Позволь, Вук, спросить тебя, откуда ты знаешь столь хитрые приемы?
Вообще то вопрос был не очень. Я бы даже сказал, грубый был вопрос. Но видя, что дружинники просто не знают с чего начать, и от смущения ляпнули что попало, решил не сердиться, а просто отшить.
— Откуда знаю, вам туда не попасть. Ты, Тор, если чего конкретно что спросить хочешь, то спрашивай, а не воздух порть.
Оба воина стали красными, как раки. Первым очухался, как ни странно, Ольг
— Мы хотели просить чтобы ты научил нас. Такие движения с нас хороших мечников сделают — произнес он, ежась под неприязненным взглядом десятника. Ох и достанется ему сегодня от дяди за то, что вперёд старших вылез.
— Научить можно — соглашаюсь я. — Только, наука эта тайная, и никому без моего дозволения передана быть не должна. Исключение — моя дружина. И то, лучше спросите сначала. И мы начали. Назвать воинов способными учениками было нельзя, уж слишком они закостенели в своих предыдущих умениях. Тут же, надо было и думать, и двигаться, и предвидеть. Но дело шло, и, к обеду мы освоили половину движений для скьявоны, она ближе всего подходила под работу одноручным мечом. После обеда подошёл Бор с учениками. Те были одеты в кожаные доспехи, только на голове шлем железный за спиной трофейные луки. Колчаны с охотничьими стрелами, ножи они тоже сменили на более пристойные. У Бора заметил меч, а вот парням он мечи не дал. Ну и ладно. Ему виднее.
— Клянёмся выполнять волю сеньора не щадя своих жизней, пока не окончится оплата или наша жизнь, — сбиваясь произнесли вставшие на одно колено парни.
Деревенским пацанам клятва давалась трудно. Да и волновались сильно. Но ничего, получив от Бора пару затрещин по бронированным затылкам, заговорили уверенней и все сделали правильно.
Свою часть я уже знал назубок, и произнес с пафосом. Должно же быть во мне величие? И уважение надо зарабатывать.