Я тоже перешел на шепот:
— В том-то и дело, мне это слишком сильно нравится.
Эллиот самодовольно улыбнулся одним уголком губ:
— Правда? — его ладонь выползла из-под майки и переместилась на мою ширинку. — Тебя это возбуждает?
В штанах и правда стало немного тесно. Я, покраснев, попытался перехватить его руку и убрать оттуда, однако Эл вдруг подхватил меня под ягодицы и посадил на столешницу. В один миг я оказался перед ним с раздвинутыми ногами, прижатый своей ширинкой к его. Придерживая за бедро одной рукой, второй он за шею притянул меня к своим губам. Страстно. Горячо. В штанах стало еще теснее, когда Эл немного двинул бедрами, потеревшись своим пахом о мой. Из горла вырвался приглушенный стон. Даже через толщину наших брюк я чувствовал, что он тоже возбужден.
— Стой, — тихо сказал я, пытаясь разорвать поцелуй. — Ну, не здесь же.
— Поехали ко мне?
— Нет! — тут же обрубил я и уперся ему в грудь ладонью. — Это будет как минимум некрасиво по отношению к друзьям.
— Ты правда хочешь остановиться? Можно и не снимая одежды… Тебе же нравится.
Я ошалело уставился на него. Опять петтинг?! Что за мода? Они с Каем точно родственные души!
Решительно отодвинув от себя Эллиота, я встал на ноги и поправил одежду:
— Я тогда вообще никому в глаза не смогу смотреть до конца вечера…
Эл усмехнулся и коротко поцеловал меня в губы:
— Ну, тогда покурю пойду, а то после такого облома можно на стену полезть.
Я скептично хмыкнул:
— Иди, кури, паровоз…
========== 16. Сила бананов ==========
Остальная часть вечера прошла более спокойно. Когда нам надоело играть, мы всей компанией просто расселись по гостиной и начали болтать обо всем подряд. Я заметил, как Дженнифер оживленно щебетала с Риком, и тихо хмыкнул. Нашла-таки объект для охмурения. Мы же с Эллиотом в основном сидели на диване, он держал меня за руку и изредка водил пальцами по ладони, заставляя табуны мурашек подниматься по руке к шее. Марго периодически звала Эла покурить, но он отказывался. Неужели и правда пытался бросить ради меня?
А потом, часам к двум, все стали разъезжаться, и Эллиот, по обыкновению, поехал со мной. А там, спрятавшись в тени дерева, мы снова долго целовались. Я словно вновь стал подростком: и домой уже пора, и расставаться не было желания. Я нереально кайфовал от всего происходящего. От поцелуев, от объятий, от тихих перешептываний. Мне казалось, что еще немного, и моя крыша, радостно хлопая в ладоши, уедет далеко и надолго. И тогда держите меня семеро — я захочу завалить Эла прямо здесь.
Но все же мы расстались, договорившись обязательно встретиться следующим вечером.
***
Во сне Лейв принес мне флайтер. Даже с запасом — четыре пузырька, но на этот раз темного оттенка. Сказал, они сильнее и дольше действуют. Тем лучше, интерес к этому миру я практически потерял, а это наркотическое курево заставляло время пролетать незаметно.
***
Новый день и новые разговоры с Дженнифер. Она взапой рассказывала, каким классным оказался Рик и как ей повезло, что он расстался с девушкой три месяца назад. А я втихую попросил Эллиота разведать обстановку: спросить у Рика, понравилась ли ему Дженн. Через пару часов, в течении которых эта рыжая бестия не затыкалась ни на минуту, в подробностях расписывая о чем они с Риком болтали, пришел ответ от Эла. Он писал, что Рик вряд ли захочет снова с ней встретиться, потому что она так много болтает, что слово невозможно вставить, и от нее начинает болеть голова. Это было странно: я видел ее такой впервые.
— Дженн, помолчи, пожалуйста! — наконец не выдержал я. — Ты на всех свиданиях такая же неугомонная?
Девушка потупилась и пожала плечами:
— Не знаю, не замечала, а что?
— У меня для тебя плохие новости: люди не любят тех, кто не умеет слушать. А ты, скорее всего, так волновалась, что просто давила парней своей болтовней. Вот тебе и разгадка твоего одиночества.
Брови Дженнифер удивленно поползли вверх, она уставилась на меня с нескрываемой обидой.
— Прости, резковато вышло, — тихо повинился. — Просто голова начала болеть от твоего беспрерывного потока слов. Не обижайся.
— Хочешь сказать, Рику я не понравилась? — расстроенно проскулила она.
Я вздохнул:
— Не знаю. Сама у него спроси. Если начнет увиливать, значит…
— Но мы не обменялись номерами, — еще более расстроенно прошептала Дженн.
Да мать твою, ну кто меня за язык тянул? Ладно. Раз уж такие дела, надо девчонку спасать. Перевоспитать, отучить от болтовни, а потом заставить Рика еще раз с ней поговорить. Она же неплохая на самом деле. Немного двинутая, правда, но совсем немного ведь.
Упрашивать Эллиота подсобить долго не пришлось. Он пообещал как-нибудь уговорить Рика на двойное свидание.
Вечером мы снова встретились и снова гуляли, только на этот раз по центральным улицам города. Было ужасно неловко держаться за руки на виду у такого количества людей. Однако чем дольше мы прогуливались, тем больше во мне укреплялось осознание, что всем плевать. Были, конечно, пара прохожих, которые косо на нас глянули, но и только. На одной из площадей перед очередным моллом к нам даже подбежали какие-то девчонки и попросили ответить на несколько вопросов для их канала, поддерживающего ЛГБТ-сообщество. Эллиот отказался и увел меня подальше, объясняя тем, что во все эти показушные мероприятия лучше не ввязываться.
А ночью мы снова приехали к моему дому. Только на этот раз долго не могли оторваться друг от друга, крепко обнимая, прижимаясь всем телом и забываясь от переполняющих душу эмоций. Все происходящее дико возбуждало. На улице тем временем поднялся ветер и я, недолго думая, затащил Эла в прихожую. Не включая свет, чтобы никого не разбудить, мы продолжили целоваться. Каждое прикосновение обжигало, Эл без зазрения совести ласкал меня прямо через штаны, прижав к стене, а я боролся с внутренними демонами. Мне вроде бы хотелось большего, но не в прихожей собственного дома! Хотя и предложить куда-то уехать, чтобы осуществить желания, я все еще боялся. А потому я пытался немного утихомирить Эллиота, напоминая, что наверху спят родители, но ему, видимо, уже было абсолютно наплевать. В принципе, я тоже практически забылся. Мы так увлеклись, что не заметили, как входная дверь тихо открылась.
— Э-э-э… Эндрю? — раздался тихий полушепот.
Мы разорвали поцелуй и обернулись к источнику голоса. Эрика включила свет и посмотрела на нас круглыми, словно шарики для пинг-понга, глазами. А я весь разом поник, ведь совсем не планировал рассказывать семье об изменениях в моей личной жизни.
— С ума… сойти… — тихо выдохнула сестра. — Я просто… в шоке.
— Это кто? — без особых церемоний спросил Эллиот.
— Сестра, — буркнул я, не отрывая от нее внимательного взгляда. — Что, теперь расскажешь об этом родителям? — спросил уже у Эрики.
— Эм, нет, — она пожала плечами. — Зачем бы мне? — переведя взгляд на Эла, она улыбнулась одним краешком губ, подошла поближе и протянула ему руку. — Я Эрика.
Весь разговор проходил вполголоса. Видимо, Эрика тоже не хотела будить родителей.
— Эллиот, — представился он в ответ, обменявшись рукопожатием.
А во мне закипала злость на самого себя. Это ж насколько беспечным дураком надо быть, чтобы понадеяться, что нас здесь не застукают? И какого вообще хрена Эрика возвращается домой так поздно?
— Почему ты не спишь? — понуро спросил я. — Ты ведь говорила, что хочешь измениться.
— И что, мне теперь и погулять нельзя раз в неделю? — хмыкнула сестра. — Бывшая одноклассница позвала на день рождения, захотелось оторваться. Сам-то каждую ночь пропадаешь неизвестно где! Но… теперь-то все понятно. И давно ты, — указательным пальчиком она обвела нас с Элом, очертив в воздухе круг, — такой? Мелисса была прикрытием или как?
— Тебя это не касается, — мрачно ответил, уловив вопросительный взгляд Эла.
— Ну-ну… Ладно, пойду, не буду вам мешать.
Эрика стала подниматься на второй этаж, а мне отчего-то совсем перехотелось идти в свою комнату. Я вышел на улицу, увлекая за собой Эла.