Сколько прошло времени прежде, чем чувства начали возвращаться, не знаю. Когда тьма стала рассеиваться, я понял, что все еще нахожусь в мире сна. Я сидел прямо на полу в мягкой светлой комнате без мебели, прикованный ремнями к стене. Кажется, статус психа окончательно подтвержден.
— Эй, — крикнул я, надеясь, что меня услышат, — долго мне тут сидеть? Мне уже намного лучше!
Через пару мгновений я услышал несколько щелчков, и передо мной открылась дверь. На меня смотрел зеленокожий ящеромужик с такими же зелеными глазами.
— Как тебя зовут? — спросил он.
— Эйендер.
— У вас одинаковые имена?
Я непонимающе уставился на ящера. Что он хочет от меня услышать?
— У кого «у вас»? — переспросил я.
— Ты ведь второй в этом теле? Тот, кто не считает себя сзеретни, — мужик прошел в комнату и присел передо мной. — Обычно у второй личности есть свое имя или прозвище.
— Меня устраивает имя Эйена, я к нему привык, — пожал я плечами. — Но если вам так важно, можете называть меня Эндрю.
— Какое странное имя, — улыбнулся ящер. — Будем знакомы, я Вэльгард Ошир. Когда ты поборешь зависимость, я постараюсь примирить вас с Эйендером.
— Или стереть одного из нас, да? — угрюмо спросил я.
— Это в крайнем случае, — мягко ответил мужчина. — Главное, ничего не бойся. Больно точно не будет.
Да уж, обнадежил. Если мой персонаж заберет себе это тело, не будет ли его победа означать конец моим снам?
Я недовольно заерзал на месте, пытаясь размять затекшие руки.
— Вы отвяжете меня или нет? Что мне вкололи? Где Кайсен?
— Мистер Кроун отдыхает. Вам вкололи успокоительное. И мы отвяжем вас, когда убедимся, что вы больше не агрессивны и не попытаетесь причинить себе вред.
Я растерянно замер:
— Причинить себе вред?
— Вы пытались расцарапать себе грудь. Чем дольше вы не принимаете флайтер, тем болезненнее ломки. Но здесь вам помогут с ними справиться.
Что же сделает со мной следующая ломка, если в этот раз мне было настолько больно и страшно? Я нервно сглотнул.
— К тому же, — продолжил Вэльгард, — мне необходимо посмотреть, как происходит смена сознания, поэтому отпустить я вас пока не могу. Мистер Кроун сказал, что вы меняетесь как раз примерно в это время.
— Если я скоро исчезну, тогда тем более я хочу увидеть Кая на прощание. Думаете, прикольно вот так постоянно то уходить, то возвращаться? Моя б воля, я бы оставался здесь как можно дольше.
— Это похвально, Эндрю. Но Эйендер боится вашего хозяина. Так что сейчас я не могу позволить вам встретиться. Мне нужно, чтобы Эйен оставался спокоен.
— Да почему он так боится Кая? — возмутился я. — Он ни разу не сделал мне плохо, не поднял руку, даже когда я… накосячил. Что его может пугать?
— Это я и собираюсь узнать, — еще шире улыбнулся Вэльгард. — Меня очень радует, что вы так открыто идете на контакт, Эндрю.
Я обреченно вздохнул:
— А куда же мне деваться, по-вашему?
— Не все такие сознательные, к сожалению.
Я попытался поудобнее устроиться на мягком полу, но это оказалось неосуществимым.
— У меня правда сейчас руки нахрен отвалятся. Отвяжите, я обещаю вести себя хорошо.
— Не могу, — ящер поджал губы. — Сзеретни, наоборот, может начать вести себя совсем не хорошо. Их часто пугает незнакомая обстановка.
— Да что ж этот Эйен такой проблемный? — пробурчал я.
— Ко всем сзеретни требуется особый подход.
Я вдруг вспомнил, как общались со мной Бруни, Торир, да даже Кай первое время, и решил озвучить свою догадку:
— Особый подход — это обращаться, как с ребенком дошкольного возраста?
— Часто — да. Но я вижу, что вы, Эндрю, совсем другой. Ваш случай действительно уникален.
— Рад, что вам нравится, — ехидно оскалился я.
Больше Вэльгард ничего не сказал, да и у меня уже не было желания общаться. Мне абсолютно не нравилась перспектива периодически сидеть в этой комнате с затекающими руками и ждать, когда я в реале проснусь. Я бы лучше провел это время если не с Каем, то хотя бы за изучением особенностей выдуманного мира. А так время просто бездарно убивалось.
Скоро в моих глазах и правда начало темнеть.
— Вэльгард, я ухожу, — сказал я скучающему рядом ящеру.
— Хорошо, Эндрю, — услышал я практически эхом. — Ни о чем не волнуйтесь, о вас позаботятся.
========== 20. Необъяснимый диагноз ==========
Утром мы с Дженн поехали в больницу. Я ужасно боялся, что в гребаном аппарате томографии мне снова станет плохо или что снимки покажут увеличение опухоли — и тогда меня опять могут оставить в больнице. Но, с другой стороны, если снимки покажут улучшение состояния, а мигрень — это, например, всего лишь побочное действие препаратов, то мне все равно особо радостно не будет. Я почему-то был уверен, что если вылечусь, то интересные сны тут же прекратятся. А я ведь уже успел к ним привязаться. Точнее, успел привязаться к одному конкретному демону.
Томографию я пережил, к счастью, нормально, а когда вышел из кабинета к ждавшей меня в коридоре Дженнифер, то встретился с полным игнором: она невероятно напряженно смотрела в экран телефона. Мне даже стало интересно, что же там такое серьезное она читает, что абсолютно не заметила меня, упавшего на соседнее сиденье.
— Дженн, все нормально? — тихо спросил я, стараясь не напугать.
Но Дженнифер все равно вздрогнула и подняла на меня задумчивый взгляд.
— Ой, ты уже, — растерянно произнесла она.
— Да, сказали часик-другой погулять пока. Пойдем, может, поедим где-нибудь?
Дженн так же растерянно кивнула, а я снова задался вопросом, что могло произойти за короткое время моего обследования. Ведь утром до больницы она была собой — милой и веселой.
Усевшись в ближайшем фаст-фуде со своим заказом за свободный столик, Дженнифер снова уставилась в экран смартфона, а я поглядывал на нее исподлобья, обдумывая стоит ли мне соваться в ее дела. С одной стороны, если бы хотела, уже сама рассказала, но с другой…
— Дженнифер, если у тебя что-то случилось, то езжай домой. Я не помру без твоего просмотра.
— Что? — переспросила она, глянув на меня лишь мельком, а потом покачала головой. — Нет-нет. У меня все нормально. Я просто тут кое-что нашла и не знаю, как реагировать. — Она снова прокрутила страницу на экране. — Вот, послушай. В твоем сне ведь все люди звероподобны? И у них у всех есть названия, в зависимости от того, на какое животное они похожи, правильно?
Я немного опешил, ведь никогда не вдавался в такие подробности, пересказывая ей сны. И, естественно, названия ни одной из рас ни разу не упоминал.
— К чему ты ведешь? — настороженно спросил я, облокотившись на стол.
— Ну, ты говорил, что у твоего начальника там бычьи рога. Здесь написано, что любой рогатый, а у них могут быть еще бараньи, козлиные, оленьи рога и так далее, называется дрэйдом. А вот, например, люди с кошачьими ушами и хвостами — мацсами, с мышиными — азэгирами…
— Где ты это нашла? — перебил я.
Если допустить, что я мог когда-то проговориться про дрэйда или мацса, то можно было бы предположить, что она просто решила меня разыграть. Вот только о том, что мыши называют «азэгирами», сам узнал не далее как сегодня ночью. И сегодняшний сон я ей не рассказывал. Так что подозрения о приколе отмелись сразу.
— Эндрю, не думаю, что нужно серьезно к этому относиться. Может, кто-то просто собрал информацию по какому-то фандому?
А я не на шутку разволновался, ведь Дженнифер, видимо, нашла информацию о том, откуда в моей голове вообще появились все эти образы.
— Где ты нашла эту инфу? — спросил я, слегка повысив голос. — Мне важно это знать, Дженн! Что за сайт?
— Сайт о снах, — спокойно ответила она, пожав плечами. — Тут много статей о вещих снах, о значениях увиденного во сне. А тему со снами, похожими на твои, я нашла на форуме. И, как ни странно, ее обсуждают не один-два человека, а более трех сотен.