— Не парься. Мид рассказал мне про твое интересное положение.
— Вечно он все на гормоны спихивает, — закатил глаза парень.
— Слушай, ты при муже упомянул про «другую сторону», — решил я немного сменить тему. — Ты же говорил, что он не знает о твоей здешней жизни.
— Не знает. Он думает, что у меня что-то вроде экстрасенсорных способностей и я помогаю людям с потерей памяти или с раздвоением личности, как у тебя.
— То есть из-за веры в «другой мир» он бы тебя в психушку отправил, а экстрасенсорику считает нормой?
Парень в ответ хохотнул и покачал головой:
— Ну, у него очень избирательная вера в паранормальщину.
Я хмыкнул. У каждого свои тараканы — здесь не поспоришь.
— Как думаешь, почему об Аллебри известно лишь немногим? — Я сцепил руки в замок, хмуро уставившись на проходящую мимо пожилую пару. — Ведь травмы головы получает огромное количество людей, но я ни разу не слышал о странных снах раньше. А значит, попадают туда сравнительно редко.
— Настоящую причину переноса наших сознаний в тела полулюдей мы вряд ли когда-нибудь узнаем, — пожал плечами Чарли. — Но я предполагаю, что здесь как-то замешана генетическая совместимость или нечто подобное. По моей статистике все люди, начавшие видеть сны, крайне похожи на своих аватаров. Внешность, рост, даже возраст совпадают. На Аллебри, скорее всего, не для всех есть подходящий аватар. Возможно, еще играет роль какая-нибудь предрасположенность к перемещениям, которая есть далеко не у всех людей, или это что-то из разряда паранормальных способностей. Звучит, конечно, как бред. Но мы ведь каждую ночь перемещаемся в другой мир, так что можно поверить и в такую теорию.
— Но ты-то совсем не похож, — удивился я, вскинув брови. — Ты вообще — девушка!
— Похож, и даже очень, — усмехнулся парень. — Форма лица, носа, глаз, губ, цвет волос, рост, возраст, даже время рождения, не говоря уж о дате — все один в один. Просто ты мог не заметить схожести из-за странной кожи и женской фигуры.
Я потупился, вспоминая внешность Чарры. Теперь я понял, что сходства действительно были, но только если рассматривать отдельные черты.
— Ладно. Ты что-нибудь еще узнал о Кае?
Чарли кивнул и достал из небольшого рюкзака, висевшего все это время на подлокотнике инвалидного кресла, планшет.
— Я записал его биографию, как только проснулся. Немного печальная история жизни, к слову. Сейчас пришлю тебе этот файл.
Достав телефон из кармана, я открыл новый мейл. В прикрепленном файле первые строчки гласили о том, что Кайсен Кроун родился 13 мая 6548 года и на данный момент ему двадцать восемь лет. Я задумчиво уставился на четырехзначную цифру, приставив кулак к подбородку.
— Чарли, как у них происходит летосчисление? — спросил я, не отрывая взгляда от телефона. — Это у них сейчас получается… 6576 год, правильно?
Парень снова кивнул:
— Да. Они считают начало от Великой катастрофы. Но не спрашивай, что именно произошло — никто не помнит. В те времена полулюди были малоразвиты, а потому сохранились лишь некоторые наскальные записи. В общем, тогда природа взбунтовалась: вулканы извергались, везде случались землетрясения, сели и другие напасти. Выжили немногие. Вот с тех пор у жителей Аллебри и возникла общая вера. Мать. Может, слышал когда-нибудь выражения связанные с ней? — Я лишь кивнул в ответ. — Если говорить проще, то Мать — это сама Аллебри. Ее духовная сущность. Шесть с лишним тысяч лет назад выжившие люди решили: «Мать разозлилась на детей своих, потому решила наказать». Ну и все теперь объясняется волей Матери. Умер — Мать забрала в свое царство; родился сзеретни или с другим малоприятным диагнозом — Мать так решила; в жизни что-то хреновое стряслось — Мать послала испытание. Знакомая история, да? — Чарли усмехнулся.
— И что, они там все ужасно верующие?
Парень развел руками:
— Большинство. А вот, кстати, темные дрэйды довольно верующие, насколько мне известно.
— Я уже это понял, — тихо хмыкнул, припоминая слова Кая, когда он наехал на Торира. — Я как раз вспомнил еще один вопрос, который хотел задать. Как дрэйды связаны с темными дрэйдами?
— Ой, блин, — Чарли потер лоб рукой, будто пытаясь собраться с мыслями. — Ну, что-то вроде младшей расы. Обычный дрэйд вправе выбирать: служить клану темных или нет, также они имеют право брать в супруги другие расы. Но, даже если дрэйд выбрал свободную жизнь, почитать членов клана он обязан. Однако надо сказать, что лично я не знаю дрэйдов, не связанных с кланом. Жизнь в клане опасна и сложна, но также открывает кучу возможностей. Многие посты начальников, например, занимают именно дрэйды благодаря покровительству темных.
— Начальник моего клуба как раз был дрэйдом, — задумчиво сказал я, откинувшись на спинку лавки.
— Вот видишь! — улыбнулся Чарли. — Наверняка клан ему это место и предоставил.
— Кай хотел казнить его, но тот успел отправить официальные извинения клану. — Я скрестил руки на груди. — Как это работает вообще? Типа извинился и все — неприкосновенен?
— Нет, что ты. Это просто шанс провинившихся перед кланом сохранить себе жизнь. Официальные извинения рассматривает сам совет и решает, как наказать накосячившего, а оскорбленный темный уже не имеет права казнить обидчика. Если, конечно, сам совет не вынесет впоследствии вердикт «казнь».
Вот оно что. Торир, очевидно, был уверен, что совет не станет его наказывать за снаркоманившегося сзеретни, потому как сзеретни для темных вообще не имеют ценности. Но Кай исключение. Что он со своим воспитанием и манерами вообще забыл в «Изменении»? Почему у него немного иные взгляды на жизнь, нежели у других темных?
Мы еще долго разговаривали с Чарли о всяческих нюансах жизни на Аллебри, он даже рассказал мне несколько случаев из своей жизни: как он учился на репортера, как познакомился с Мидом, как бывал на местах катастроф. Я тоже в итоге поделился многим из произошедшего со мной.
Время незаметно подошло к вечеру. Удивительно, но Эрика с мамой Чарли даже ни разу не побеспокоили нас: находились на расстоянии и только периодически поглядывали в нашу сторону. Один раз от сестры пришло сообщение с предложением поесть, Чарли тоже приходили какие-то мейлы, но прерываться мы не стали.
Вернувшись домой, я принялся штудировать биографию Кайсена. Узнал, что он единственный сын старшего Кроуна — Сеймунда. Мать Кая умерла, когда тому было всего лишь два года. Покончила жизнь самоубийством. О причинах ни слова. Кроме этого случая ничего экстраординарного в жизни моего демона не случалось: он хорошо учился, любил читать и не был замечен ни в одних романтических связях. Что-то мне подсказывало, что просто хорошо скрывал их. Но четыре года назад вдруг обозлился на отца и, заручившись поддержкой нескольких семей со второй и третьей ступеней клана, казнил его, заняв место главы. После чего отказался от брачного контракта со своей кузиной — Раверой Кроун, дочерью младшего брата отца. Это стало яблоком раздора, ведь Раверу всю жизнь готовили стать женой главы семьи. Однако Мелькольн — дядя Кайсена — так и не осмелился бросить племяннику вызов, а только лишил его своей поддержки.
На этом история заканчивалась, но я уже знал продолжение. Теперь Кай, оставшись одиноким старшим Кроуном, хотел найти женщину, что выносит ему наследника без заключения брака. Готовая на это как раз и должна приехать со своей матерью на «собеседование».
Чтобы перебороть вновь нахлынувшее недовольство, я открыл форум и нашел сообщение Чарли с алфавитом. Научусь читать — смогу сам добывать информацию из любых СМИ, так что выучить все эти странные символы было просто необходимо.
Я так углубился в изучение, что не заметил, как село солнце. В половину восьмого позвонил Эллиот и сказал, что скоро заедет за мной. Отказы явно не принимались, а потому я, посетовав на быстролетящее время, принял душ, собрался и вскоре вышел к Элу.
— Привет, — улыбнулся он, заключая меня в объятья. — Тебе лучше, чем вчера?
— Эм, ну да.