Я опасался выходить из подполья, пока этот зубр жив и на свободе, поэтому безвылазно торчал на острове. Каждые выходные меня навещал Сириус Блэк. Потихоньку занимался самообразованием, тренировками и изготовлением артефактов. Много времени отнимало руководство вассалами. Так продолжалось около трёх месяцев.
Двадцать седьмого мая 1994 года поздним вечером Аластор Грюм напал на Сириуса Блэка в моём поместье. Сириуса спасли защитный костюм и телепортационный амулет. Первые атаки Грюма принял на себя костюм, затем Сириус сориентировался и стал отбиваться, но, не смотря на защиту костюма, сказалась слишком большая разница в опыте. Грюм попал в Блэка заклинанием Авада кедавра, которое разрядило на себя почти всю защиту костюма. Смертельное заклинание не убило Сириуса, а в результате действия защиты сработало как взрывное заклинание — разорвало костюм и разворотило грудную клетку. Получив тяжелое ранение, Сириус смог активировать телепортационный амулет и в таком виде появился передо мной. Мне пришлось бороться за жизнь Сириуса. В этот момент возблагодарил Помфи за её сложную науку. Если бы не медицинские навыки, Сириус помер бы в тот же день. Пришлось споить Блэку оба флакона эликсира здоровья из неприкосновенного запаса, но к полуночи было ясно — выживет.
Это происшествие настолько разозлило меня, что решил заняться позабытым на время философским камнем, который накопил приличный запас энергии. Пополнил запас эликсиров здоровья, продления жизни, и омоложения. Споил по порции Сириусу, так что теперь он выглядит на двадцать семь — двадцать восемь лет, в ближайшие полгода не будет стареть, а иммунитету позавидуют грифы. Сам решил во что бы то ни стало как можно быстрее уничтожить Грюма.
Несмотря на позднее время, поднял по тревоге пожирателей. К утру средства массовой информации пестрели скандальной статьёй о нападении особо опасного преступника на представителя благородного дома Блэк, единственного близкого человека для Гарри Поттера. Но главной новостью была новость о назначении награды за голову Аластора Грюма в размере двух миллионов галеонов.
Не придумал ничего лучше, чем продать часть акций и объявить награду за голову Грюма. Гарантом выплат выступил гоблинский банк. Денег, конечно, жалко, но жизнь и спокойствие дороже. Местный Том Реддл был тем ещё адреналиновым маньяком и любителем повоевать. Из–за сиротского детства был крайне скупым человеком, так что, скорее всего, сам бросился бы ловить Грюма, чем потратить на поимку хотя бы пенс. Я же четко представляю, что не являюсь боевиком, даже если и владею необходимыми навыками. В первую очередь я учёный. Зарабатывать деньги лишь для того, чтобы сидеть на них пятой точкой — верх глупости. Почти десять миллионов долларов — не такая большая цена за спокойствие и безопасность.
После объявления награды, в страну стали стягиваться в большом количестве группы иностранных магов. Двадцать девятого июня группа русских магов явилась в Гринготтс за наградой. После всех проверок гоблины подтвердили, что тело убитого принадлежит Аластору Грюму, вручили бойцам заслуженное вознаграждение. Газеты разразились чередой статей вокруг этой темы, а иностранные маги стали покидать пределы Англии.
После завершения свистопляски с открывшим сезон охоты сумасшедшим аврором, принял лишь эликсир здоровья, поскольку останавливать старение в столь раннем возрасте не решился, вот лет в двадцать — двадцать пять будет самое то. Счастливым обладателям философского камня необходимо каждые полгода принимать по порции эликсира жизни и здоровья, в таком случае принимающий не будет стареть и болеть. Если пить что–то одно, будучи полностью здоровым, то либо не будешь стареть, но можешь заболеть как прочие маги, или сможешь похвастаться отменным здоровьем, но стареть будешь, как и все остальные.
Семнадцатого июля 1994 года состоялись выборы министра магии. С гигантским перевесом победил Люциус Малфой.
На самом деле, при явке в сорок семь процентов избирателей, за него проголосовало лишь тридцать семь процентов магов, а Руфус Скримджер набрал сорок два процента голосов, оставшиеся двадцать один процент достались третьему кандидату, Пию Толстоватому. Но, благодаря вбросу бюллетеней, «официальная» явка избирателей составила девяносто два процента, и Люциус Малфой победил с огромным перевесом, почти шестьдесят восемь процентов отдавших голос за него, двадцать один за Скримджера, и десять за Толстоватого.