Тогда я открыла календарик, чтобы проверить график работы.
Ну так и есть. Сегодня у него вечерняя смена на сервисе, а это значит, освободиться поздно. В общем, плакала моя прогулка.
Пришлось обходиться самой — отправилась в ближайший магазин за мороженым, потом еще прошла пару кругов по району и вернулась домой.
В общем это был скучный вечер нудного выходного.
Оставалось еще воскресенье. И мне почему-то казалось, что оно должно пройти удачно.
Только почему-то, когда проснулась и потянулась за телефоном, обнаружила, что Денис так и не перезвонил. Хотя сообщение, которое я отправила ему вчера перед сном — прочитал.
— Странно.
Я набрала его номер и получила очередную порцию непонятной тишины.
— Очень странно.
Решив, что по какой-то причине ему не удобно сейчас говорить, я отправила сообщение:
Привет. Все в порядке?
Опять затишье.
Я успела встать, заправить кровать, умыться и сварить кофе, прежде чем мобильник пикнул, сообщая о письме.
Там было непонятное.
Все зашибись.
Что именно у него зашибись, я не поняла, но интонация сообщения показалась какой-то агрессивной.
Я опять позвонила. И в этот раз звонок тупо сбросили.
Непонятно и неприятно.
Ты не хочешь со мной говорить?
Я занят.
Просто «занят» и все. Ни прости, ни обещаний перезвонить, ни даже банальных объяснений.
Меня это зацепило. Даже не зацепило, а обидело.
Не понимая, чем заслужила такое пренебрежительное и откровенно хамское отношение, я больше не стала ему ничего писать.
Занят и занят. Навязываться не собираюсь. Но если думает, что после такого побегу за ним по первому щелчку, то глубоко ошибается. Что бы у него там ни произошло — это не повод включать свинью.
Я решила, что не буду себе забивать этим голову и портить настроение, однако мысли то и дело возвращались к Денису и его странному поведению.
Почему-то мне казалось, что он вот-вот исправится и позвонит, чтобы объяснить, какая муха его укусила. Или вообще прикатит под окна и скажет: выходи, жду!
Однако время шло, но ни звонка, ни приезда так и не наблюдалось.
— Ты чего какая сумрачная? — спросила Ольга за обедом, заметив мое состояние.
— Да, ерунда.
— Из-за ерунды ты обычно такая зеленая не становишься. Голова снова болит?
— Нет. С головой все в порядке, — вздохнула я и, потерев переносицу, все-таки призналась, — мы с Денисом поругались.
— Уже? — удивилась она, — быстро вы. А по какой причине?
— Кто же его знает.
— Это как? Поругались, но не известно из-за чего?
— Я неправильно выразилась. Не поругались. Просто что-то не так, а мне никто не потрудился объяснить, что именно не так.
— Может, у него что-то случилось?
— Понятия не имею, — я развела руками, — живем по принципу «догадайся сама».
— Так съезди к нему и разберись в чем дело.
— Делать мне больше нечего.
Однако еще спустя час полнейшей тишины и игнора, я все-таки не выдержала и отправилась к Денису на работу.
Меня встретил оглушающий вой шуруповерта и звуки ударов молотка по металлу. Вдобавок к ним громкие мужские голоса эхом раздавались по ангару, в котором располагался автосервис, усиливая какофонию.
В этом царстве промасленных комбинезонов, шин и карданных валов я чувствовала себя инородным объектом. И когда ко мне вышел плюгавенький мужичок с чумазыми по локоть руками, невольно отпрянула.
— Что у вас? — рявкнул он без приветствия, — если колеса поменять, то предупреждаю сразу — у нас очередь на несколько дней вперед.
— Ничего не надо мне менять. Я Дениса ищу.
— Дениса сегодня нет. Отгул взял.
— В каком смысле отгул? — удивилась я.
— В обычном. Вчера не вышел, сегодня тоже.
Если честно, я испугалась. Может, заболел? Или случилось что-то?
Поэтому распрощавшись с механиком, я поехала к Денису домой, чтобы разобраться со всем на месте.
Однако дома его тоже не оказалось. Темные окна равнодушно смотрели на улицу, и мотоцикла на привычном месте не оказалось.
Тревога в груди только усилилась.
Дома нет. На работе нет. Мотоцикл отсутствует.
Память услужливо подкинула картинок разъезженного поля и атмосферу безудержного загородного веселья.
И вдруг так страшно стало, что что не продохнуть. А что, если он упал? Что если довыпендривался, гоняя по бездорожью, наскочил колесом на камень и перевернулся? Что если переломал себя, так что не собрать, и теперь борется за свою жизнь, пока я лелею нелепые обиды?