— Ксень, главное, что тебе лучше. После травмы восстановилась, память тоже вернулась. А с Владом наверстаете…
— Конечно, наверстаем. Я разведусь с тобой, заберу сына, и все у нас будет хорошо. А вы, великие защитники и манипуляторы, дальше как-нибудь сами. Без нас.
Тимур хотел что-то возразить, но к счастью, в этот момент в палату заглянул врач:
— Вы очнулись?
Я тут же отвернулась от мужа так, словно его и не было рядом.
— Доктор, как хорошо, что вы пришли! У меня столько вопросов!
— Отвечу на все, что смогу, но сначала осмотр.
— Я не хочу обсуждать свое состояние в присутствии третьих лиц.
— Я вообще-то муж, — сказал Тимур.
Я наградила его взглядом из разряда «это ненадолго» и снова обратилась к врачу:
— Я не хочу, чтобы он тут находился.
— Подождите в коридоре, — он коротко кивнул на дверь, потом посмотрел на Бессонова и с нажимом добавил, — пожалуйста.
Тимур скрипнул зубами и обронив:
— Позже поговорим, — вышел из палаты.
Глава 16
Какой же это зведец.
Я боялся, что Ксении снова станет плохо, когда она придет в себя и вспомнит все произошедшее, но вместо этого напоролся на холодную, непробиваемую стену отчуждения.
Она действительно стала другой. Жестче, сильнее, упрямее. Я не получил от нее слезливых упреков, мол как ты мог, я тебе верила, а ты… Вместо этого едкий сарказм и желание развестись.
И я не знал, что хуже.
Она больше не смотрела на меня с немым восторгом и восхищением, не ловила каждое слово и ясно дала понять, куда я могу идти со своими «я так решил». Решать я мог что угодно, ей на это было плевать. Девочка пришла в себя и больше не собиралась заглядывать мне в рот и делать так, как сказал великий и ужасный Бессонов.
Какая-то часть меня рычала: сломай сопротивление, заставь, пусть простит. Любые средства хороши, главное прогнуть, а дальше уже действовать по обстоятельствам. Она смирится с тем, что никуда от меня не деться, поймет, что без меня никак, и все наладится.
Другая же часть скептично усмехалась и спрашивала: и что дальше? Быть в ее глазах не только предателем и кобелем, но сволочью, которой на все насрать кроме своих желаний? Это путь в никуда. Кажется, кто-то заливал, что готов ради нее измениться? Вперед. Меняйся сколько влезет. Тем более такой шанс предоставился.
Как же это все бесит…
Хотелось решить все сразу. Одним махом, одним разговором. Расставить точки над ё, извиниться, и закрыть вопрос. Только это ведь так не работает. Это не бизнес, где все четко, по часам, по схемам, сметам и договорам.
Я понимал, что сегодня ничего не изменится, что Ксения не захочет снова видеть мою физиономию и вести задушевные беседы. Ждать бесполезно. И тем не менее ждал. Стоял у окна, заправив руки в карманы брюк, смотрел на дождь, уныло бьющий по пожухлым коричневым листьям, пытался о чем-то думать, и не мог.
Мысленно я был там, в палате, рядом со своей обиженной, злой и очень категорично настроенной женой, которая прямо сейчас прикидывала, как ей побыстрее от меня избавиться.
Позади раздались быстрые и какие-то злые шаги. Обернувшись, я увидел Ксенькину тетку. Она выглядела так, словно…в общем, хреново выглядела. Волосы небрежно затянуты в пучок, никакой косметики, глаза красные. Одета тоже нелепо, как будто выхватила первое попавшееся из шкафа, натянула не глядя и понеслась дальше.
— Ты же обещал, мерзавец! Обещал! — обычно тихая и трусливая она подлетела ко мне и все всего маха толкнула в грудь, — ты обещал, что больше не обидишь мою племянницу! Что оставишь всю грязь в прошлом и больше не будешь тащить это в вашу с Ксенией жизнь!
— Так и есть, — глухо отозвался я, глядя на нее сверху вниз. Ее удары, как дробь слону, — я держал свое слово.
Щеку опалило жгучей болью. Пощечина.
Внутри взметнулся гнев.
— Хватит врать, Бессонов. Как был сволочью, так и остался. Если бы не ты и твоя курва с Ксенией все было бы в порядке
— Это не моя курва…
Вторая пощечина.
Третьей я не допустил, перехватил дрожавшую слабую руку.
Ольга тут же принялась шипеть и вырываться:
— Не смей трогать меня в своими грязными лапами, которыми ты так самозабвенно копаешься в дерьме.
О, да… В этом я тот еще мастер.
— Ольга… Не провоцируй меня.
— А то что? Ударишь в ответ? Устроишь проблемы? Да мне плевать, делай что хочешь. Я уже по уши сыта твоими выходками и приказами. Думала, ты хоть немного изменишься после всего, что произошло, а ты как был мерзавцем, так и остался. Так что давай, вперед. Дерзай!