Настолько, что сердце радостно подпрыгнуло в груди.
А потом у него закончилась капельница и привезли суши. За сорок минут, правда, за что от Руслана получил абсолютно в не виноватый в этом помощник.
— Когда-то ты смеялся над теми, кто не умеет есть палочками и использует вилку, а теперь будешь делать так же сам, — сказала я, пододвинув Руслану столик и расставляя на нем суши. — Я, между прочим, три дня училась ими есть, перед тем, как пойти с тобой в суши-бар.
Руслан усмехнулся. Взял вилку левой рукой и стал ковырять ролл. Я подцепила свой палочками и отправила в рот.
— Карма настигла, — сказал он.
— Именно так.
Обмениваясь подначками, мы поглощали суши. А после его водитель отвез меня домой. И все было отлично кроме того, как светилось мое лицо в отражении в зеркале ванной комнаты в моей квартире.
Глава 22
— Спасибо тебе за Руслана, — сказал Никита, когда, после финального утверждения проекта, я провожала его до лифта.
— В смысле?
— Он успокоился, валяется на койке, не зависает в смартфоне, даже таблеточки прилежно принимает. Чудо? Не думаю, — усмехнулся мужчина.
— Я рада, что он выздоравливает. Передай мои наилучшие пожелания.
— Угу, — хмыкнул он. — Приятно было поработать вместе. Уверен, наше сотрудничество будет долгосрочным.
Театрально пропел и шагнул в кабину приехавшего лифта. Повернулся ко мне, помахал рукой и нажал кнопку. Позер, блин. Хорошо, что теперь мы будем общаться по минимуму. Или не будем вообще. Надо это отпраздновать. После работы забегу в супермаркет и куплю себе тирамису. Хоть моя фигура всегда была даже излишне худощавой, я старалась обходиться без десертов.
Позднее, держа в руках заветную баночку десерта, я шагала домой. Представляла, как сейчас наберу ванну, заварю себе кофе, включу сериал и, оставив смартфон в спальне, расслаблюсь. И еще подумаю, отвечать ли на ветровское «спокойной ночи», если он и сегодня пришлет сообщение. На «доброе утро, как дела» ответила. Машинально. Ну, знакомый же человек, в больнице, с травмой. А вот вечером… Пусть думает, что я не одна и мне не до телефона.
Поднялась на этаж. Сунула ключ в замок и только тогда поняла, что что-то не так. Дверь была открыта. А я ее еще и машинально толкнула. И сразу же оказалась в тисках грубых рук, втащивших меня внутрь. Баночка с десертом выпала из моих пальцев на кафельный пол прихожей.
— Пискнешь, прирежу, поняла? — зажав рот ладонью, прошипел в ухо схвативший меня мужик.
Я судорожно задергала головой в знак согласия.
Он затолкал меня в кухню, где за столом сидел второй, усадил на стул напротив. Эти мужики не какие-то наркоманы или алкаши. Нормальная одежда, ухоженный внешний вид. Такие по квартирам с целью грабежа не лазят, а тем более, по таким, как моя.
— Ну, здравствуй, Злата Фролова, — проговорил первый.
Я затравленно глядела исподлобья, как загнанная хищником дичь. Дрожала, скрючившись на стуле. Передо мной на столешницу лег какой-то документ. Перед глазами плыло и я не сразу различила, что в нем. Кредит. Имя моего брата. Я в качестве поручителя. И сумма. Двести пятьдесят тысяч.
— Твой брат нам полляма должен. Не отдаст, сама понимаешь…
— Как полляма? — прошептала одними губами. — Здесь же…
— Читай, — ткнул пальцем в соответствующую строчку договора.
Ну, конечно! Какой нормальный банк даст крупную сумму в кредит девятнадцатилетнему пацану, который даже нигде официально не работает? А вот такие мелкие конторы под драконовские проценты всегда рады и счастливы «выручить» идиотов, вроде моего брата.
— Но у меня нет…
И в этот момент входная дверь с грохотом открылась, впуская четверых крепких парней с пистолетами в руках. Я впервые видела настоящее оружие так близко от себя. Да и в принципе впервые его видела вживую.
— Не дергаться! — целясь в удивленные лица коллекторов, рыкнул один из них. — Руки показали! Отошли от девчонки!
Те послушались. Их скрутили и выволокли из кухни.
— Злата, вы в порядке? — закрыв дверь и сунув за пояс джинсов пистолет, спросил меня один из парней.
— Д-да.
— Узнаете меня? Я от Руслана Ветрова, охраняю вас…
Я узнала. Именно он был в закусочной, когда Ваня делал мне предложение.
Мне налили воды, накапали каких-то резко пахнущих капель. Обхватив стакан дрожащими руками, я принялась потихоньку пить. Трясло так, что неровен час поперхнуться. Из-за стены доносились голоса и звуки ударов. Слов было особо не разобрать. По пищеводу разлилось тепло, собралось в желудке, но легче не стало.