«Что-то там случилось, – увидев возбужденно переговаривающуюся толпу вооруженных людей, подумала Галина. В центре внимания был тот, кто ее ранил, – Иван, или, как его называли, Шериф. – Наверное, хотят меня убить, – обожгла Галину быстрая мысль. Сердце сжалось. В висках застучала кровь. Ладони сделались липкими от холодного пота. По спине пробежал озноб. – Да, они меня убьют. Что же делать?» Словно пытаясь найти кого-то, кто мог что-то посоветовать, затравленно оглянулась. В это время открылась дверь. Галина схватила столовый нож. В комнату вошел Потапыч. Оглянулся, закрыл дверь и осипшим голосом сказал:
– Давай собирайся, со мной пойдешь. – Увидел у нее в руке нож, удивленно покачал головой. – А ты девка не промах.
– Куда же ты меня зовешь? Им на потеху? – Галина кивнула головой на окно.
– Дуреха. Мы с Валькой одним помазаны, так что не глупи. Он тебя зовет.
– Зачем? – не трогаясь с места, спросила Галина.
– Спасти тебя хочет, – уже раздраженно проговорил Потапыч. – Давай быстрее!
– Это с чего вдруг такая забота? – усмехнулась она.
– Ты его спроси! – рявкнул Потапыч. – Что до меня, так я бы отдал тебя, сучку, мужикам! Путь бы потешились всласть! А он свою голову под топор подставляет!
– Что там? – спросила Алевтина вошедшего в комнату коренастого парня.
– Мутят чего-то. – Он со стуком поставил карабин и прислонил его к стене. – Колдун велел Шерифу команду набрать во Владик, на разборки с Фигаро. Вот они и завыступали. Кому охота под пули да ножи там лезть?
– Черт возьми! – встревожилась Алевтина. – Они могут его убить, а это вовсе не нужно. Что же делать? – спросила себя Алевтина.
– А хрен его знает! – решив, что вопрос адресован ему, крикнул парень.
– Надо сообщить, – решила Алевтина. Подняв карабин, бросила его парню. – Пошли! – Она шагнула к двери.
– Тут сейчас бойня начнется, – проворчал парень. – Колдуну будут хребет ломать и бабки его делить. А мы…
– Пошли, – зло проговорила она.
– Да я же говорю тебе, – забросив ремень карабина за плечо, буркнул парень и шагнул к двери.
– Ах ты гнида! – услышал он злой возглас Алевтины.
– Ты это! – Парень содрал с плеча карабин и застыл. Не обращая на него внимания, стоящая у окна Алевтина витиевато материлась.
– Что тебе нужно? – войдя за Потапычем, спросила Галина.
– Вот, – Потапыч криво улыбнулся, – привел. Только никак не пойму… – Он сердито посмотрел на стоящего у висящей на стене медвежьей шкуры Колдуна.
– Галинка, – не обращая внимания на Потапыча, Колдун сделал шаг вперед. И было в его голосе и взгляде что-то такое, что заставило Потапыча замолкнуть. – Я дам тебе все, – подойдя к пораженной Галине, быстро проговорил Колдун, – что ты захочешь. У меня для этого есть деньги. Ты будешь иметь…
– С чего это ты такой добрый? – Галина подозрительно оглядела его с ног до головы. – Если клеишься ко мне как мужик, – она усмехнулась, – то давай без игр. Только пообещай мне не…
– Ты же моя дочь, – услышала она. Отшатнувшись, изумленно округлила глаза. С открытым ртом замер у двери Потапыч. – Пойдем. – Цепко схватив Галину за руку, Колдун с неожиданной в его маленьком теле силой потащил ее к шкуре. Поднял было руку к оскаленной морде, но опомнился и повернулся к Потапычу. – Спасибо, – быстро сказал он. – И иди. Уходи!
Растерянный Потапыч, не в силах что-то сказать, энергично замотал головой.
– Я говорю, убирайся! – отпустив вконец растерявшуюся Галину, заорал Колдун.
– Ну уж нет, братец, – наконец пришел в себя Потапыч. – Я, значит, вон, а ты с этой девкой все в мешок и восвояси? Так не годится.
– Вот ты как заговорил! – Колдун шагнул к нему. – А не помнишь…
– Я все помню, – бросил Потапыч. – И многое знаю. А вот они, – имея в виду боевиков, усмехнулся он, – кто-что не понимают. Но я человек вообще-то не гордый и могу поделиться с ними тем, что знаю. Каково тебе будет тогда, а? – тихо спросил Потапыч.
– Неужели ты сможешь? – испуганно спросил Колдун. – Ведь мы все-таки братья.
– Двоюродные, – уточнил Потапыч.
– Но ведь я тебя сюда вызвал и я…
– Так, по-твоему, я ничего не заслужил? – перебил его Потапыч. – Думаешь, я ради тебя, бедного родственника, оставил место главврача? Ты помнишь, что ты мне обещал? Золотые горы и еще немного. И говорил, что все пополам. А теперь у тебя вдруг дочурка объявилась, – усмехнулся он. – Решил с молодой бабой в любовь поиграть? Так она тебя…
– Заткнись! – закричал Колдун. – Она действительно моя дочь. Рая, жена Яшки, была моей женой! Она забеременела от меня! Слышишь, ты? От меня! Поэтому Бунин и подставил меня, а заодно и Хоттабыча, с долгом!
Потапыч, почесывая посеребренную сединой бороду, молчал. Он слишком хорошо знал своего родственника, чтобы не понять: на этот раз Колдун говорит правду. Потапыч был главным врачом больницы в одном подмосковном городке, когда узнал, что Вальку разыскивают какие-то люди. К нему дважды приезжали наглые крепкие парни. Но он действительно не знал, где находится его двоюродный брат Валька Примин. Узнав о смерти Валентина, он не испытал никаких чувств. И был крайне удивлен, когда ему пришел вызов из Петропавловска-Камчатского, в котором сообщалось, что ему предоставляется место ведущего терапевта в клинике. Он поехал. И каково же было его изумление, когда в аэропорту его встретил Валентин. Тот сразу поставил точки над i: вызов послал он. Ему нужен личный преданный медик. «Я создаю свою империю, – вспомнил Потапыч слова Вальки. – И поэтому предлагаю тебе быть моим врачом. Ты ничего не имел там, на материке. Здесь у тебя будет все».
Потапыч сначала хотел возмутиться. Но потом, подумав, что не зря же Вальку разыскивали приезжавшие парни, согласился. Так он попал в долину гейзеров. Ставка Колдуна, как звали Вальку его люди, находилась чуть в стороне, в труднодоступном горном районе. К удивлению Потапыча, Валька действительно был настоящим властелином этих мест. А когда Колдун в порыве откровенности показал ему ларец с драгоценностями, Потапыч стал предан своему двоюродному брату душой и телом…
Но сейчас он не знал, что делать. Судя по всему, Валька не врет: эта молодая баба действительно его дочь. Но он хочет уйти с ней. И, значит, оставить его здесь. А это конец. Без Колдуна все развалится. За три года, проведенных здесь, их ни разу не потревожили ни милиция, ни пограничники. Потапыч был умен, он понял, что у Колдуна имеется мощное прикрытие. И со временем выяснил какое.
– Ладно, братец, – прервал его мысли голос Колдуна, – давай прекратим ссору. Сейчас надо думать, что делать. С минуты на минуту Шериф приведет сюда мужиков. И тогда всем нам хана. Надо что-то думать.
– А чего думать-то? – пожал плечами Потапыч. – Брать все и ходу. До берега мы добраться успеем. А там…
– Ты думаешь, я тебе все показал? – недовольно проговорил Колдун. – Да и не пропустят нас. Шериф у парней уважением пользуется.
– А кто этот Шериф? – неожиданно спросила Галина. Не услышав в ее голосе ни страха, ни даже волнения, мужчины удивленно посмотрели на нее. Затем в глазах Колдуна появилась гордость.
– Видал, – бросил он быстрый взгляд на Потапыча, – какая? Вся в отца. То есть в меня.
– Давай сравнения будем делать потом, – резко проговорила она. – Ты мне не ответил.
– Ванька Хрумин, – сказал Колдун. – Он прапорщиком в морской пехоте служил. Что-то не поделил с одним капитаном. В общем, прибил его. Руками убил, – зачем-то добавил он. – Его с острова, они на учениях были, на катере во Владик под конвоем везли. Шторм начался, он и сиганул за борт. А как раз я с Шикотана на катере плыл, ну и подобрал его. Правда, сам тоже чуть не утонул. Вот с тех пор Ванька и стал Шерифом. Он верным был, только сейчас что-то бунтовать начал.