Блин, надо будет не забыть, при случае, поинтересоваться, каким видом спорта он всё-таки занимается. Почему-то я была уверена, что каким-то боевым искусством.
Модельная внешность, очень богатый папа, непрошибаемая самоуверенность и альфасамцовые повадки. Я почти уверена, что он был самым популярным мальчиком в школе. И в универе за ним тоже, наверняка, гонялись все местные хищницы.
Интересно, как он сошёлся со своей девушкой?
Нет, я знала, что красива. А мы с ней были похожи. Но смахивала на ребёнка, худее меня, вид более болезненный, девушка явно не осознавала свою красоту и не умела её подчёркивать.
Я бы, скорее, ждала увидеть рядом с Артуром длинноногую красотку, с некоторыми модифицированными хирургами и косметологами частями тела. Надутые губы, отпиленный нос, пришитая грудь – что-то такое.
Если у не особенно стервозной меня эта пара вызывала некоторое недоумение, то представляю, как активно чесали языками у них за спиной сплетники и завистники.
Мне хотелось расспросить его о ней подробнее, но это было бы жестоко. И выглядело бы странно.
...
– Классно сегодня выглядишь, такая блестяшка!
Андрей Абрамов, самый популярный мальчик в нашей гимназии, слегка касается пальцами моего живота. Я его, разумеется, непроизвольно втягиваю. Специально надела своё лучшее платье в пайетках. Экстремальное мини. Бабуля сказала, что я "вырядилась, как на трассу", значит наряд и правда сногсшибательный.
Кто бы мог подумать, что Андрюша пригласит меня к себе. Он иногда оказывал мне неоднозначные знаки внимания. Например, когда я шла на физкультуру в школьный пристрой, а он курил в компании парней за зданием, то громко комментировал стройность и красоту моих ног. Я не знала, как на это реагировать. Но рот непроизвольно растягивался в улыбке.
И вот внезапно он подходит ко мне на перемене и небрежно сообщает, что его родаки свалили кататься на лыжах в Европу, и он устраивает тусовку в их загородном доме. А я его почётная гостья.
Счастью не было предела! Меня, девятиклассницу, пригласили на тусовку старшаков. К тому же сам Андрюша пригласил. Значит, я ему нравлюсь.
– Можно Маринку с собой взять? Ну, она такая беленькая, с каре. Мы с ней на каждой перемене вместе ходим, – выпаливаю я, на сто процентов уверенная, что одна всё это не вывезу. Мне была нужна группа поддержки. Хотя бы из одного человека.
– Бери, великодушно разрешает он. – Места полно. Найдём, чем занять твою Маринку.
О, как он улыбается! У него такие ямочки на щеках. И никаких прыщей! Его как будто миновали все подростковые беды. Он, кажется, никогда не был несуразным, прыщавым и его голос всегда был таким бархатистым и приятным.
Мы с Маринкой собирались у меня в комнате. Она с торжественным и заговорщическим видом достала из рюкзака бутылку минералки. И я недоумённо на неё посмотрела.
– Это джин! – недовольная произведённым эффектом, пояснила Маринка. – Я отлила немножко у папаши из бутылки.
– А он не заметит?
– Да ему пофиг! У него там целый мини-бар, – отмахнулась подружка. – К тому же я, на всякий случай, добавила в бутылку воды, так что незаметно, что отливали.
– Давай только в такси бахнем, а то ты же знаешь мою бабулю, она сразу же учует и оставит нас дома, и это будет крах, – прошу я.
Как же всё-таки здорово иметь отдельную комнату! Для подростка – это просто жизненно необходимо. Правда, я долго билась с бабушкой за право повесить на двери замок, но, в конце концов одержала победу.
Моя комната находилась на втором этаже. А бабушка, дед и тётка жили на первом. Лучше этого была бы только собственная хата.
Маринка в очередной, миллион первый, раз побрызгала на волосы лаком. Они уже выглядели как парик. Волосок волоску, их бы и ураган не пошевелил. Ещё зачем-то чёлку остригла. Укладывала её теперь по часу.
– Даник, подойди, пожалуйста, ко мне.
Спокойный повелительный тон.
Мысленно матерясь, оборачиваюсь с милой улыбкой. Бабушка сидит в кресле у камина. Прямо как глава какого-нибудь мафиозного клана. И медленно наглаживает нашу кошку к молчаливому неудовольствию последней. Угольно-чёрный сфинкс по кличке Агент Скалли выглядит так, будто ненавидит весь мир.
– Ба, я помню, во сколько мы должны вернуться и в каком состоянии! – торопливо отвечаю я.