- Заговоры, - подхватил кардинал, почувствовав, что слово произнесено. - Заговорщики окружают любое большое дело, что же говорить о великих начинаниях вашего величества? Полиция недавно напала на след еще одной группы злоумышленников, и теперь я счастлив объяснить вашему величеству то трагическое недоразумение, которое случилось с господином д'Артаньяном - лейтенантом мушкетеров роты господина де Тревиля, незадолго до итальянской кампании.
- Вот как? - Брови короля удивленно взметнулись вверх.
По правде говоря, его величество уже успел позабыть об инциденте, но сейчас кардинал напомнил ему происшествие на улице Скверных Мальчишек.
- Да, ваше величество. Человек моей службы по имени дю Пейра, которого я откомандировал в Тур для наблюдения за герцогиней де...
- К чему имена, герцог? - досадливо поморщился король. - Я прекрасно помню об этой интриганке... помню, что она сидит в Туре и только и ждет... Ах, если бы королева не придавала своей старой дружбе такого большого значения! - И король вздохнул.
Этот вздох заставил кардинала улыбнуться в усы. Но кардинал умел улыбаться так, что этого никто не замечал. Поэтому его величество тоже не заметил ровным счетом ничего.
- Продолжайте, герцог, Я помню это имя - дю Пейра. Это тот... хм, дворянин, который предводительствовал то ли семью, то ли восемью... хм, вашими... агентами, пытавшимися убить господина д'Артаньяна. Вот видите, я все помню, герцог.
- У вашего величества превосходная память, - сухо отвечал кардинал с легким поклоном. - Именно это злосчастное происшествие я хотел прояснить.
- Но вы, кажется, упомянули о каких-то заговорах?
- Совершенно верно. О заговорах! Ваше величество употребили нужное слово, - сказал кардинал, готовясь к введению в бой тяжелой артиллерии.
- Какой же заговор вы имеете в виду на этот раз?
- Как я уже сообщил вашему величеству, этот дю Пейра должен был не упускать из виду известную особу в Туре. Люди, стоящие на страже государственного блага, завладели письмом этой особы к некоему Арамису, состоящему на службе вашего величества.
- Где именно служит этот Арамис?
- В роте господина де Тревиля, - отозвался кардинал. И, сделав малую паузу, его высокопреосвященство скомандовал атаку своим передовым частям:
- Под началом господина д'Артаньяна.
- Теперь я вспомнил это имя, - задумчиво проговорил король, потирая лоб. - Это один из четверки...
- В том письме, - живо продолжил кардинал, не давая королю времени на размышления, - герцогиня сообщала, что господину Арамису надлежит получить некое письмо и устные инструкции у доверенного лица короля Испании в Париже, встречу с которым ему помогут организовать члены ордена Иисуса.
Краска залила лицо короля. Он непроизвольным движением скомкал манжету.
- Испанцы предлагали свою помощь гугенотам, которых тогда возглавил герцог де Роган, и пытались связаться с неуловимым герцогом через его родственницу - герцогиню де Шеврез. Таким образом, господин Арамис вполне подходит для того, чтобы выполнить роль связного. Как любовник госпожи де Шеврез, он предан ей лично, и его верность в этом деле сомнений не вызывала. Как будущий аббат, уже сделавшийся учеником иезуитов, он внушал доверие вдвойне. Но есть еще одно обстоятельство, которое, я полагаю, могло сыграть решающую роль в выборе кандидатуры связного.
- Какое? - резко спросил король.
- То, что господин Арамис - мушкетер короля. И то, что у него есть верные друзья среди этого славного полка.
- Шевалье д'Эрбле уже не служит в полку! - гневно бросил король, которому была ненавистна сама мысль о том, что среди его гвардейцев может гнездиться измена.
- Вы прекрасно осведомлены, ваше величество, - только и сказал кардинал. - Но господин д'Артаньян служит в нем по-прежнему.
- Что вы хотите этим сказать, герцог? Объяснитесь!
Людовик с трудом сдерживал себя от одного из тех приступов безадресного гнева, что иногда случались с этим слабохарактерным человеком, заставляя его совершать поступки, которые король никогда бы не совершил в спокойном состоянии.
Однако Ришелье ничуть не испугался бури. Он сам вызвал ее и теперь хотел лишь направить гнев в нужное русло.
- Я хочу сказать, ваше величество, что шевалье дю Пейра имел точные инструкции не допустить встречи герцогини с шевалье д'Эрбле в Туре, а буде такая произойдет, арестовать обоих, помешав уничтожить компрометирующее их письмо. Последнее было предпочтительнее.
- Дальше, дальше, герцог! - нетерпеливо потребовал Людовик, сопровождая свои слова красноречивым жестом.
- Шевалье дю Пейра установил за домом герцогини тщательное наблюдение. В числе людей, наблюдавших за домом, был и человек, специально присланный из Парижа. Этот человек знал шевалье д'Эрбле в лицо и должен был опознать его.
- И шевалье д'Эрбле...
- Прибыл в Тур, получив письмо и инструкции, но сумев скрыться от слежки... В то же время, когда, по расчетам шевалье дю Пейра, он должен был появиться в Туре, в особняк герцогини наведался гость. Дворянин с военной выправкой. Его попытались арестовать...
- Что значит - попытались?! Герцог, я был лучшего мнения о внутренней полиции...
- Арест осуществляли не полицейские, ваше величество...
- А, тогда...
- А люди гораздо более подготовленные к такого рода делам. Это были профессионалы!
- И что же?
- Двое убитых и двое раненых. Дворянин скрылся, приставив к виску служанки герцогини заряженный пистолет.
- Его опознали?
- Не успели. Было темно, а человек, специально прибывший из Парижа для этой цели, погиб первым.
- Черт побери! - только и сумел проговорить король.
- Но шевалье дю Пейра хорошо рассмотрел этого дворянина. Прибыв в Париж сразу же после происшествия в Туре, он получил инструкцию устранить этого человека. Дело заключалось в том, что из других источников стало известно, что герцогине удалось встретиться с шевалье д'Эрбле. Нельзя было поручиться, что он не получил от нее каких-либо инструкций. С другой стороны, мы готовились выступить против испанцев, а затем и против Рогана. Они должны были потерпеть поражение, и так оно и случилось, ваше величество. Выведывать у этого д'Эрбле все, что он знает, было некогда. Кроме того, я сомневаюсь, чтобы он знал много.
Однако оставлять это дело безнаказанным было нельзя. Именно поэтому шевалье дю Пейра получил тот приказ, который он получил. Несостоявшийся аббат д'Эрбле должен был исчезнуть в ту ночь. Этого не случилось - орден бережет своих людей. Д'Эрбле исчез из Парижа, а дю Пейра погиб. Теперь вы понимаете, ваше величество?
- Признаться, герцог, я озадачен. Но ведь дю Пейра все перепутал. Он охотился за одним мушкетером, а напал на другого.
- Нет, ваше величество. Дю Пейра напал на того, за кем охотился. Конечно, это был не шевалье д'Эрбле, но ведь, как вы помните, единственный, кто знал Арамиса в лицо, погиб в Туре, а события развивались стремительно. Дю Пейра не успел разобраться в этом, и его ошибка стоила ему жизни. Но на улице Скверных Мальчишек он и его люди шли за тем, кто и был им нужен...
- Вы хотите сказать...
- Что дворянин, навестивший особняк герцогини в Туре и скрывавшийся от преследования, попутно уложив двоих и ранив еще нескольких, и господин д'Артаньян, оказавшийся в западне той роковой ночью, - одно и то же лицо.
Король застыл на месте, словно громом пораженный. Кардинал наблюдал за ним с тайным удовлетворением. Шахматная партия была отомщена.
Людовик колебался лишь мгновение. Затем он подошел к столу, взял со стола какую-то бумагу и набросал на ней дрожащей от гнева рукой несколько строк.
- Возьмите это, господин кардинал, - сказал король, протягивая бумагу Ришелье.
- Что это, ваше величество? - осведомился кардинал.
- Приказ об аресте и препровождении в Бастилию лейтенанта моих мушкетеров д'Артаньяна. Я прошу вас, герцог, распорядиться о немедленном расследовании всех обстоятельств этого дела. Если я еще проявляю какие-то колебания, впрочем, весьма естественные в отношении моего брата, принца королевской крови, и моей матери, то я не буду церемониться, когда речь идет о каком-то гасконце без рода и племени!