– Ты чего там делаешь?
– Зубы щищу, – шепелявит в трубку. – Слушай, – говорит уже четче. – А ведь это круть.
– Не понимаю твоей радости.
– Дача, говоришь?
– Ага.
– Где?
– Да часах в трех от города.
– Зашибись, – комментирует. Знать бы, что это под собой подразумевает. И продолжает. – Деревня? Частный дом? Я так понимаю, у твоей родни нормальный дом, да? Не избушка на курьих ножках? – спрашивает.
– Я сам не был там ни разу, – признаюсь. – Они его купили весной, кажется. Отец предлагал у нас на Успенке приобрести коттедж. Но, видимо, они не захотели.
– Да уж… Умом нам бабок не понять, – задумывается. – Ну ок, – продолжает говорить. В динамике слышатся шаги. – Я тебя отвезу. Заодно и посмотрим, что там. А так, если все гуд, то вообще не вижу проблемы для празднования днюхи твоей. Салют, музон, ну и прочие прелести, сопровождающие наши тусовки.
– Я что-то и не подумал, – удивляюсь сообразительности друга. – А ведь серьезно. Ночная пати на открытом воздухе вообще зачетной должна выйти.
– Ну а я тебе о чем?
– Все, заметано. Жду тебя тогда.
– Ага, часов в шесть. Извини, раньше не смогу, – тут же предупреждает.
– Я понял. На связи, – и отбиваю звонок.
Падаю на подушки и пялюсь в потолок. То, чем для меня обернется пребывание в какой-то там глуши, я могу только догадываться.
Повалявшись в постели еще час, решаюсь выйти из комнаты.
Отец уже давно на работе. Мамы нет, видимо, тоже убежала по своим дамским делам. Направляюсь в ванную, принимаю душ, а уже потом с повязанным полотенцем на бедрах направляюсь в кухню.
– Ой, – застаю нашу домработницу, – Ярослав Дмитриевич, вы бы оделись, – хмурит брови женщина и продолжает заниматься своей работой.
Я же ее замечание никак не комментирую и заглядываю в холодос. Достаю бутерброды, запускаю кофемашину. По кухне распространяется запах свежезаваренного кофе. Подхватываю пальцами чашку, в другую руку тарелку и выхожу на лоджию. Приземляюсь в ротанговое кресло и захожу в соцсеть, листаю ленту, откусывая от бутера кусок.
К назначенному времени машина Ерохина въезжает на территорию дома. Отзванивается.
– Я жду.
– Уже бегу, пупсик, – ржу в трубку и подхватываю сумку, обуваюсь и покидаю квартиру, захлопнув дверь.
С родаками так и не пересекся сегодня. Только успел прихватить ключи от дачи в прихожей.
Спускаюсь на первый и, выйдя из подъезда, сразу же примечаю яркую тачку друга, тороплюсь к машине.
– Ну, привет, дачник, – ржет он, стоит мне только сесть в машину.
Сумку закидываю назад.
– И тебе не хворать.
– Ладно. Давай адрес, в навигатор забью.
Навигатор же показывает дорогу длиной в три с лишним часа. А если учесть вечерние пробки, то и все четыре.
– Ну-у-у, – тянет Олег. – Ничего. Прокатимся, – кривит губы в улыбке.
На указателе нужной нам деревни съезжаем с асфальтированной дороги на грунтовую.
– Твою-то бабушку, Ярик. Это надо твоим забраться в такую даль, – бубнит, сбавив скорость машины до минимальных десяти километров в час. Мы будто ползем, а не едем. Уверен, выйди я, пешком дошел бы быстрее, чем доедет машина.
Чтобы не слышать звуки бьющих камней о днище, Олег врубает музон с басами. Так мы подъезжаем к нужному, судя по навигатору, дому.
– Ну ничего такой вроде, – неуверенно говорит друг, вглядываясь в темноту.
– Ну да, – киваю и открываю дверь, выходя из тачки.
Олег следует моему примеру, не глуша движок.
– Свежий воздух, – вдыхает и выдыхает шумно. – А здесь неплохо, – оглядывается.
– Неплохо, если здесь не жить месяц, а приехать потусоваться на ночку, – отвечаю и, открыв заднюю дверь, достаю свою сумку. – Пойдешь со мной на разведку? – спрашиваю его.
– Ну пойдем, – отвечает и все-таки глушит машину.
Открываю калитку ключами, входим. По тропинке из брусчатки направляемся к дому. Достаточно неплохой дом. В два этажа. Поднимаюсь на крыльцо и отпираю входную дверь. Включаю везде свет на первом этаже. Оглядываю комнаты.