Карина и Артак обнимаются на скамье в амфитеатре, смотрю на них со стороны и вздыхаю. Илья точно не тот человек, с которым можно вот так обниматься в общественном месте. Опираюсь на прозрачный парапет около сосны и закрываю глаза, морщась от горечи, которая постоянно поднимается в горле при мысли о немыслимом.
Он всегда был каким-то жестким и напряженным. Если все пацаны вокруг дурачились и страдали ерундой, то он наоборот всем раздавал советы и следил за порядком. Меня это страшно злило! Разве можно быть таким занудой?
Однажды на речке он уплыл дальше всех, к мосту. Он запретил мне следовать за ним, когда я захотела это сделать. Да, он ткнул мне, что я еще плохо плаваю. Но я ведь много тренировалась! Почему он был так уверен, что у меня не получится?
Когда он забрался на мост, я поплыла к нему. Расстояние в двести метров меня не пугало. Я уверенно приближалась к намеченной цели. Я уже видела, что Илья неподвижно вытянулся на досках, наверное, думает о чем-то серьёзном или просто отдыхает от нас, дурачков. Я протянула руку, чтобы схватиться за опору моста, но моя рука соскользнула с илистой поверхности. И вдруг я почувствовала, что ухожу под воду. Ноги и руки устали, ощущение, что я не чувствую дна повергло меня в панику. Кричать и просить о помощи означало, что мой друг во всем прав, а я всего лишь выскочка. Когда я в очередной раз пошла на дно, я решительно оттолкнулась и начала грести. А потом увидела протянутую руку побледневшего Ильи.
Раньше я мата от него никогда не слышала.
Я помню, что лежала на мокрых досках и никак не могла отдышаться. Он ходил кругами, и его ноги, и его язык никак не могли остановиться. Он не смотрел в мою сторону, но все его слова текли именно в мой адрес.
- Ты дура! Какая же ты дура! А если бы ты была одна? – это были самые безобидные слова, которые он выплюнул дрожащими синими губами.
-Я плыла к тебе, - устало ответила я. Мне очень хотелось закончить этот разговор, хотелось просто исчезнуть, пусть даже на дно, лишь бы не испытывать на себе злость этого мальчика. Я тысячу раз пожалела о своем поступке и его обвинения лишь ухудшали мое настроение. Я доказала ему лишь правоту его слов, подтвердила его сомнения в мой адрес, он кругом оказался прав.
Он со злостью посмотрел на меня и лег рядом.
- Отдохни, нам еще обратно плыть.
Мы лежали на мосту очень долго. Периодически он украдкой дотрагивался своей рукой до моей руки, наверное, чтобы убедиться, что я жива.
А потом мы вместе поплыли к берегу, Илья постоянно был рядом со мной. И это было хоть и унизительно, но очень приятно.
Я изо всех сил пыталась сделать вид, что этого досадного происшествия не было, поэтому каждый день забегала к нему и звала на речку. Я больше не пыталась ничего ему доказать, потому что больше всего боялась столкнуться с тем Ильей, который кричал на меня на мосту. Я не знала его таким. А оказывается это и была его настоящая натура. Именно таким я встретила его после многих лет разлуки.
Но я больше не хочу делать вид. С меня хватит. Я выбрасываю его из головы.
Звонок телефона прерывает мои решительные мысли, а «Шмелев» на экране снова заявляет на них права.
Глава 9. Часть 2. Илья.
Я заканчиваю все свои дела в офисе. Раньше, чем обычно. Мне тесно и душно в кабинете. Но это только часть правды, физиологическая составляющая, так сказать. На самом деле меня сегодня посетило очень странное ощущение- мне одиноко в этих красивых элегантных стенах. Я сам обставлял этот кабинет от входной двери до подставки для ручки, не доверяя модным всезнайкам-дизайнерам. Кто может знать, что я хочу, лучше, чемя я? Это моё личное пространство, и я, конечно, никогда не переберусь в call-центр, но почему-то прямо сейчас мне не хватает банального человеческого присутствия. И я, кажется, даже догадываюсь чьего именно.
С сожалением смотрю на беспорядок на столе, дела сегодня надо мной точно не властны.
Достаю свой телефон и звоню с единственным вопросом: