В кармане вибрирует телефон. Отец. Я даже не смотрю на экран, просто сбрасываю звонок и тут же заношу его в черный список. Опять. Я же вроде удалял его оттуда? Или нет? Да, впрочем, какая разница. Он все равно не поймет, будет названивать с разных номеров, пытаться, как он говорит " восстановить отношения ". Пошел нахер Невозможно восстановить то, чего нет давным давно.
Через секунду приходит сообщение. От мачехи. И эта туда же.
"Данил, пожалуйста, ты некрасиво поступаешь. Приди хотя бы на день рождения отца.". Некрасиво? Надо же, млять, разбираться начала в жизни, знает теперь, что некрасиво, а что- красиво?
Только вот некрасиво- это прыгать в койку к женатому мужику да ещё с больной женой! Некрасиво- это залетать от него, пока его жена на курсы химии ездит, пытаясь вылечиться от рака, следующего её изнутри! Некрасиво- это разрушать семью, а потом строить из себя ангелочка, сука! И это она смеет мне что-то впаривать о том, как поступать? И это в их лживую блядскую семейку мне нужно визиты вежливости наносить? Нет, спасибо, я пас. Пускай варятся в своём лживом лицемерии сами. Так и представляю, как пройдет праздник. Стелла, вся из себя, со своей мерзкой улыбочкой будет светить винирами и сиськами, оплаченными отцом. И тот будет из себя строить образцового отца и мужа. Антон, мой брат по отцу, конечно, ни в чём не виноват- родителей не выбирают. Но и с ним у нас нет особо тёплого братского общения, хоть на него я не злюсь. И по-своему люблю.
Но сейчас я закипаю- чувствую, как злость поднимается во мне, обжигая изнутри. Хочется кричать, крушить все вокруг, но я лишь сжимаю кулаки и стараюсь дышать ровнее. Милана что-то щебечет про абстракционизм, а я уже не слушаю. Мне нужно отойти, хоть на секунду, просто вдохнуть.
Я делаю шаг назад, потом еще один, отстраняясь от компании. Милана, кажется, даже не замечает моего отсутствия, увлеченно обсуждая что-то с подругами. Отлично. Я достаю телефон, открываю какую-то игру, просто чтобы создать видимость занятости, и никто не лез. Даже легче становится.
Мой друг Дэн, который тоже притащился из-за нравящейся ему девушки, подруги Миланы, остаётся в эпицентре женского внимания. Он, кажется, даже не заметил моего ухода. Конечно, куда там- он уже окруежен девушками, флиртует, улыбается, его глаза блестят. Ну и пусть. Ему это нравится. А мне- нет. Надоело. Приелось. Никакого однообразия. Да, со многими секс фантастический, но утром хочется дать ей денег и отправить на такси сразу, а не вынужденно слушать на кухне за чашкой крепкого кофе её бессмысленное щебетание.
Я отхожу еще дальше, к стене, где висит какая-то непонятная мазня, изображающая, кажется, кучу разноцветных выпуклых квадратов. Вроде бы, это тоже скульптура, только плоская. Или картина? Какая разница. Я просто смотрю в телефон, теперь пролистывая ленту новостей, пытаясь отвлечься от всего этого.
Что-то мелькает на периферии зрения, там, за спинами собравшихся в зале. Я поднимаю глаза. В проеме, ведущем в следующий зал, появляются две женщины. Две совершенно разные женщины. Одна - мелкая, спортивная, с темными волосами, подстриженными под каре. Она выглядит энергичной, даже немного резкой. А рядом с ней - другая. Высокая, с пышными формами, не худая, но и не полная, просто… объёмная. Светлые волосы, распущенные по плечам, светлые глаза, которые сейчас смотрят прямо на меня.
И тут меня прошибает. Это она. Та самая. Та, что отчитала меня на дороге, как мальчишку. Тогда, когда я, разозлённый на отца, гнал по трассе. Это ведь она, опустив окно машины своей подруги, высказала мне все, что думает о таких, как я. О моей манере вождения, о моем поведении. Помнится, мне впервые захотелось ударить женщину. Но я пересилил себя, и даже ничего в ответ не сказал. Душная тетка, которой все, что выпадает из её правильной картины идеального мира- уже " ой, мамочки, ужас ужасный! ". И это не я этих куриц подрезал, это её подруга ( сейчас понимаю, как раз вот эта мелкая, с каре) плелась как на гильотину- еле-еле.
И вот, блин, совпадение, эта несдержанная на язычок язва здесь. В галерее. Смотрит на меня. И, кажется, не просто смотрит, а… любуется? В ее глазах нет ни тени осуждения, только легкая, едва заметная улыбка. И что-то еще. Что-то, что заставляет меня почувствовать себя… неожиданно хорошо. Мне приятно, что она мною любуются. Надо же, я думал, что давно уже прошёл эту практически подростковую стадию получения кайфа от чужих взглядов. А нет.
Усмехаюсь про себя. Ну да. Вот такие, как она, серые мышки, без шансов. Без шансов на красивого успешного мужчину, яркую и насыщенную событиями жизнь. Богатство, деньги, как бы грубо это ни звучало. Работает себе, наверно, какой-нибудь библиотекаршей или училкой, и муж у неё подстать- невыразительный сантехник или работник завода. На которого без слёз не взглянешь. Но сейчас она смотрит на меня. Да еще восхищённо, как на экспонат. Ну пусть смотрит. Пусть любуется. Пусть хоть так прикоснется к мужчине, который ей никогда не будет доступен.