— Ты где была? — поинтересовалась симпатичная блондинка, уже много лет обладающая статусом Лучшей Таниной Подруги. Ага. Если совсем точно, то с трёхлетнего возраста, когда они в детском саду кавалера не поделили: оттаскали друг друга за косички, вволю наревелись, потом отколошматили этого "казанову" и, удовлетворённо переглянувшись, решили, что такие "мужики слабовольные" им на фиг не сдались. Вот с того самого дня девчонки и поняли, что им веселее вместе и всякие там балласты, в виде слабаков, им не нужны.
— Где была?! Где была?! — передразнила Таня злобно. — Разбудить меня не могла! Подруга называется!
— В каком смысле "разбудить"? — вытаращила огромные голубые глаза Оксана.
— В прямом! — бурчала Татьяна, суетливо копошась в своей студенческой сумке, пытаясь выудить нужную тетрадь. — Вырубилась я на математике.
— Да ну-у?! И что? — Оксанка заворожённо таращилась на подругу, задумчиво наматывая вокруг пальца золотистый локон.
— А то, что Захар Андреевич сам лично соизволил меня разбудить.
— И что?
— Ты чего заладила как попугай: и что, и что, и что...
— Так ты не объясняешь ничего толком! Что мне остаётся? — фыркнула Оксана обиженно, надув при этом пухлые щёчки и выгнув дугой красивые бровки.
— Всандалила я ему знатно по подбородку! Шишка, наверняка, будет. И синяк.
— За что-о?! — палец Оксанки застыл без движения, впрочем, как и она сама.
— Ну хоть пластинку с вопросами сменила. За что, за что... за то, что потревожил мой божественный отдых.
— Ни фига не поняла, ну да ладно. Садись быстрее, уже Константиновна пришла.
Софья Константиновна — эффектная пышногрудая "англичанка" с огромной копной, выкрашенных хной, волос. Обведя всех присутствующих ленивым взглядом, остановила его именно на Тане.
— Татьяна, ты подготовила доклад, который я просила?
— Конечно, Софья Константиновна, — затрещала девушка, глядя в сканирующие её глаза голубоглазой нимфы. — Но... я забыла его. Дома. Простите.
— Хорошо, Татьяна, завтра не забудь. Та‐ак, Сидоров к доске.
— Вот почему, чуть что, сразу Сидоров! — отозвался со своего места смешной парнишка со вздыбленной чёлкой и суетливым взглядом. Это про козу говорят, что её нужно драть. Ну-у, в смысле, как Сидорову кОзу. А пока дерут только меня лично, причём все кому не лень. Надо будет к адвокату обратиться.
— Ты что, Сидоров, головой стукнулся? — вспыхнула "англичанка" слушая в пол-уха весь тот бред, что нёс её воспитанник.
"Ну, положим, головой как раз-то и не он стукнулся. А вот отдуваться походу ему", — подумала про себя Татьяна и, вроде как виновато, зыркнула на одногруппника.
— Ну знаешь ли, Сидоров, я тебя всего лишь к доске вызвала, а ты сразу адвоката требуешь, — возмутилась Софья.
— Да я про Нину Викторовну, — пытался оправдаться говорливый студент. — Она у нас трудовое право ведёт. Все законы знает.
— Хочешь у неё узнать, законно ли студента, во время лекции к доске вызывать?
— Да нет, Софья Константиновна, просто хочу поинтересоваться, были ли в её адвокатской практике случаи, когда козу-таки задрали.
— Сидоров, да ты совсем что ли! — окончательно взбеленилась "англичанка". Ну-ка быстро к доске! Хватит мне зубы заговаривать всякой ерундой!
Под всеобщий шепоток, прокатившийся по аудитории, парень, нехотя, поднялся со своего стула и побрёл к доске.
— Давайте уже, Софья Константиновна, начинайте пытку.
— Сидоров, Сидоров. Да кому ты нужен? — возмущённая "англичанка", тряхнув златыми локонами, лишь сочувственно покачала головой и уткнулось взглядом в светящийся монитор. — Когда ты по работе столкнёшься с английским, вот тогда ты меня вспомнишь.
— Да я и так думаю о вас каждый день, Софья Константиновна.
Вся группа загоготала от смеха.
— А что я такого сказал? Я же исключительно про английский, а не про то, что вы подумали.
— Так! Всё, Сидоров, хватит! Или иди к доске, или...
— Сразу выбираю второе!
— Я ещё – это второе – не озвучила, — изумлению преподавательницы не было предела.
— Не думаю, что это страшнее, чем ответ у доски.
— Господи, Сидоров, а если я попрошу тебя выйти вон из класса... через окно, — смело заявила женщина, ибо аудитория располагалась на втором этаже здания.
Задумчиво – горе-студент – повернул голову в сторону огроменного пластикового окна, дающего обзор на институтский двор:
— Второй этаж? Да без проблем!
Приметив, как этот задира и балабол, пялится на стратегический объект, Софья тут же свела брови в недовольной гримасе и строго завопила:
— Немедленно выйди вон из аудитории! Через дверь! Проблем мне ещё не хватало.