— Ч-чего? Г-где? — от изумления я даже заикаться начал, словно старый патефон.
— В «Деревне чудес».
Меня пробило на судорожную икоту.
— Ик… да это же… ик… у черта… ик… на куличках!
— А тебе там самое место! Заступаешь сегодня же!
Он развернулся и — хлобысь дверью так, что меня всего передёрнуло, словно от удара током.
— Не поеду! — крикнул я вслед, но не успел подняться, как дверь распахнулась вновь.
Я даже не знал, что могу быть таким шустрым. Мгновенно рванул в сторону и спрятался за директорским столом.
— Батя, ты еще не все сказал?
Отец шагнул в сторону, и на пороге показались охранники клуба.
— Выкиньте этого дебила отсюда! — приказал отец.
— Я понял, батя, я все понял! Сдаюсь! — я поднял руки в известном жесте. — Сейчас умоюсь и поеду.
— То-то же! — удовлетворенно хмыкнул родитель. — Знай свое место, щенок! — на пороге он обернулся и выдал: — Кстати, там твоего приятеля менты забрали. Не появишься сегодня в отеле, отсидит Вовчик по полной.
Сказал и смылся, у меня и челюсть до пола отвисла. Вот это выдал родитель!
— Батя, блин! Не будь свинтусом последним! — завопил я и помчался к двери.
Босиком выскочил из кабинета, оттуда в холл. Успел выбежать на крыльцо, но Мерс отца уже нагло мигал габаритными огнями на выезде из аллеи.
7
Ян Данилов
— Ян Гаврилович, вернитесь в клуб, — позвал меня охранник Никита. — Простудитесь.
Действительно, на улице моросил противный мелкий дождь, порывы ветра сбивали с ног. Весна хотя и вошла в свои права, но еще не набрала силу. Погода стояла холодная и сырая, как раз под стать моему сегодняшнему настроению.
Блин сохатый! Не хотел же ввязываться в движ с Миркой и ее компашкой, не хотел! А все Вовчик виноват! Вот пусть посидит теперь в кутузке, подумает над своим поведением.
Я привел себя в божеский вид, закинулся парой бутеров в клубном баре и залип с кофе в руках на барном табурете, которым меня вчера огрела девица в очках. Невольно вспомнилась малолетка в черном деловом костюме. Из-за огромных стекол очков на меня смотрели дерзкие черные глазища, а с острого язычка капал яд.
Может, эта ведьма меня вчера сглазила? И зачем я разрешил налить ей текилу? Я вздохнул.
И что дальше? Куда валить? Надо выручать Вовчика, но как? Позвонить. Сунул руку в карман и вспомнил, что мой утопленный айфон наверняка крякнул.
— Глеб, где моя мобила?
— В ауте, босс.
— Как думаешь, очухается?
— Хз ваще.
— Батя че базарил? Клуб реально прикроет?
— Ага, если мы еще хоть раз тебя сюда пустим.
— Значит, не прикроет, — я вздохнул: хоть это радует. — Слушай, вызови мне таксон.
Бармен завис, сморщился, будто не знал, что ответить, потом зыркнул на меня и выдал:
— Извини, босс, не могу. Гаврила Романович забанил мне помогать тебе.
— Да батя не спалит.
— Ты уверен?
После вчерашнего я уже ни в чем не был уверен.
— Че хоть произошло? Это можешь слить?
— Ты наклюкался, устроил движ, всех гостей распугал.
— Я распугал? Да ладно!
— Да тебя подначивала эта…
— Мирка?
— Точняк, она.
— А Вовчика почему менты забрали?
— Хз…
— Япона мать! А я какого фига здесь?
— Охрана отмазала. Тебе бы перекантоваться где-нибудь за городом.
Хм, за городом… Толстый намек на тонкие обстоятельства. Я поднял голову и поймал взглядом движуху возле двери. Наверняка стафф сейчас на взводе, боится мне на глаза показаться.
— Ну, даже за город мне надо на чем-то добраться. У тебя машина есть?
— Есть.
— Лады, — я встал. — Бросай тут все, поехали.
Против лома нет приема, вот так и против меня. Глеб швырнул полотенце, которым протирал стаканы, на спинку стула, следом отправился фартук, и с видом побитой собаки поплелся к черному выходу. Через полтора часа его драндулет тормозил у центрального входа в отель.
Я прямой наводкой рванул в кабинет директора. Щас порулю тут немного, батя отвиснет. Сессию потом добью. С ноги открыл дверь, а там облом: директора нет на месте. Зато в его кресле сидел помощник моего бати, Максим Олегович Шилов, и насмешливо смотрел на меня.
— Проходи, садись, — спокойно предложил он.
— Ты чё тут забыл, Макс?
— Тебя жду, — заулыбался он еще шире и встал.
— Зачем?
— Решением совета компании…
— Окей, окей, не продолжай, — я рукой махнул, подошёл к столику с водой, налил стакан: что-то сушит не по-детски. — Свободен!
Повернулся и чуть водичкой не подавился: Макс держал на весу вешалку с формой отеля. Дождался, пока я откашляюсь, и как ни в чём не бывало заявил: