— Не могу — он снова подошёл ко мне.
— Дэймон, тебе пора уходить — я держала его на расстоянии, и отходила назад.
— Ты знаешь, что я никуда не уйду — он начал трансформироваться.
Мне не хотелось доводить ситуацию до серьёзных последствий, но он не оставлял мне выбора.
— Эйнар, — обратилась я к его волку, — прекрати!
Дэймона изрядно трясло, но он продолжал противиться. Дело начало принимать серьёзный оборот. Я стала терять самообладание. На кончиках пальцев появилось знакомое покалывание. Ещё немного, и я точно его подпалю.
— Эйнар! — я снова воззвала к волку.
Мы стояли напротив друг друга: я подчиняла себе волка, но Дэймон противился моей воле.
— Диана, я не сдамся. Ты сама сказала, что ликан умрёт в случае неподчинения тебе. Если хочешь избавиться от меня, у тебя всего один выход: убей меня.
Меня обуяла ярость. Дэймон не мог полностью перевоплотиться и держался из последних сил. Я чувствовала, как Эйнар скулит от боли, но Дэймон не слушал своего зверя.
— Уходи! — я вложила в приказ слишком много силы.
Дэймон отрицательно кивнул головой и упёрся на руки. Я ощутила, как Эйнар задыхается.
И я опустила руки.
"Я чуть не убила его. Как же мне всё это надоело…"
Наклонившись над тяжело дышавшим Дэймоном, я положила руку на его грудь. Я едва остановилась до того, как Эйнар отказался от связи со своим хозяином, подчиняясь моей воле. Теперь нужно приводить несчастного зверя в себя. Учитывая то, что Дэймон — полноценный ликан, процесс регенерации займёт не очень много времени. К утру будет как новенький. А пока нужно успокоить волка.
Почувствовав моё присутствие, Эйнар медленно приходил в себя, а за ним и Дэймон. Он лежал, прижав мою руку к своей груди и едва заметно улыбался.
"Вот же упёртый наглец!"
Через пару часов Дэймон вполне мог самостоятельно передвигаться, и меня стало отпускать липкое чувство страха перед тем, что я могла натворить.
— Искупайся. На тебе запах этого пока ещё не убитого мной парня — пробубнил Дэймон.
"Артемида, за что мне всё это?! Неужели в прошлой жизни я стала причиной уничтожения нескольких цивилизаций, что ты так меня наказываешь?"
Я так устала, что не было сил на споры. Я молча прошла в ванную, проклиная всех ликанов на свете, и встала под душ. Пришлось тщательно мыться, иначе волчий нос одного отдельно взятого настырного оборотня мог учуять остатки запаха чужого мужчины, а подвергать жизнь Килиана опасности мне вовсе не хотелось.
— Я спать — заявила я, после того, как высушила волосы.
— Я с тобой — улыбнулся Дэймон.
— Ещё чего! — вспылила я.
— Я не буду тебя трогать.
— Чёрт с с тобой! — махнула я рукой.
Завернувшись в одеяло по самые уши, я отвернулась спиной к Дэймону. Он, действительно, меня не трогал, разве что уткнулся носом в мои волосы и глубоко дышал.
Разговор
Диана.
Я проснулась довольно поздно.
"Ну, хоть выспалась…"
На кухне меня встретил Дэймон, светящийся словно начищенный медный таз.
— Доброе утро, любимая — улыбнулся он во все 32. — Как спалось? Я тебе кофе сделал. Ты пока умывайся, а я завтрак приготовлю.
Вдохнув побольше воздуха и читая мантру о спокойстии, я направилась чистить зубы.
"Он, что, жить тут намерен?!"
Я вернулась и всё так же молча взяла чашку кофе.
— Какие планы на сегодня? — прощебетал Дэймон.
Я решила молчать. Раз уж он тут, то я не обязана с ним разговаривать.
— Молчать решила, значит? — он вовсе не был расстроен этим фактом. — Тогда я расскажу о своих планах. У меня есть парочка дел в резиденции, так что я съезжу туда. Вернусь ночью.
Он вышел в коридор.
— Ах, да. Не вздумай пытаться убежать от меня, я всё равно тебя найду. И помни, только смерть разлучит нас, хотя я и в этом не уверен. Не скучай без меня — он выглянул из-за угла — Люблю тебя!
Хлопнула дверь.
Я опуситила голову на руки и с силой сжала волосы.
"Он перекрыл мне все пути. Даже если его сегодня не будет в городе, за мной явно будут следить. Убить я его не смогу: это я уже поняла. Сам он не отстанет. Встречаться с кем-то другим означает обречь этого человека на неминуемую смерть. Я даже дома наедине с собой остаться не могу…"
Я позвонила Сабине.
— Психиатрическая клиника слушает вас. Чем могу помочь? — отозвался её весёлый голос.
— Да, что ж вы все радостные такие сегодня? — уныло спросила я.
— Тяжёлая ночка? — сбавила уровень веселья подруга.
— Не то слово.
— Выезжаю!
— Жду.
Решила отвлечься уборкой. Нашла в гостиной огромный букет с цветами и вложенной открыткой: "Я никогда от тебя от откажусь!"
"Вот же гадство!"
Пока я несла букет в мусорное ведро, приехала Сабина.
— Дэймон подарил? — восхитилась она букету.
— Как ты поняла, что это он? — хмуро поинтересовалась я.
— У тебя такое кислое выражение лица, словно тебе не цветы подарили, а банку солёных огурцов, к тому же ещё и тухлых — она рассмеялась. — Выбрасывать несёшь?
— Можешь забрать себе — огрызнулась я.
Сабина выхватила открытку и с выражением прочитала надпись.
— Ого, как серьёзно он за тебя взялся… — присвистнула она.
— Извини, не могу разделить твоего восторга — я забрала открытку и, скомкав её, выбросила вслед за цветами.
— Я думала, что мы откупорим это вечером, — Сабина достала из пакета бутылку вина — но, видимо, тебе сейчас нужнее.
Я достала бокалы.
— Я чуть его не убила… — сказала я в пространство.
Сабина нахмурилась, отпила из бокала и внимательно на меня посмотрела.
— Диана, что произошло сегодня ночью?
Я пересказала всё, что произошло за эти два месяца. Сабина внимательно слушала, не перебивая, только иногда менялась в лице. К концу моего повествования от её весёлости не осталось и следа:
— Ты бы не пыталась сделать это, будь ты к нему равнодушна.
— Что именно? — уточнила я.
— Не пыталась бы убить его.
— Я бы убила, если бы мне не пришлось нести за это ответсвенности.
— Ты бы не велась на его шантаж, если бы тебе было всё равно.
— Ты хоть сама понимаешь, какую чушь ты городишь? — я слегка разозлилась.
— Сколько лет мы с тобой знакомы? — спросила Сабина резко.
— Неприлично много — холодно ответила я.
— Имено поэтому вот что я тебе скажу: я слишком хорошо тебя знаю. Не буду копаться в том, почему ты отказалась от связи со своим истинным, но после той ночи ты изменилась.
— Людям свойственно меняться.
— Ты поняла, что я имею ввиду. Ты закрылась, но рано или поздно волна накопившихся эмоций погребёт тебя заживо.
— Сабина, не утрируй — отмахнулась я.
— Я бы сказала, что преуменьшаю. Поговори с ним, наконец. Выскажи всю свою обиду, прибей, в конце концов. Он ликан, так что срегенерирует как-нибудь. Выплесни уже свою обиду! — Сабина распалялась.
— Я не испытываю по отношению к нему обиды.
— Ой, не п…. мне тут! — она хлопнула ладонью по столу.
— Сабина! — я вскочила на ноги.
— Диана, в ночь твоей инициации я поклялась, что если ты сделаешь ещё одну глупость, поставив свою жизнь под угрозу, то я лично займусь твоим поведением. И плевать мне хотелось, королева ты или пуп земли — приложу так, что мигом свои взгляды на жизнь пересмотришь!
Сабина одним движением руки припечатала меня обратно в кресло и продолжала сдерживать мощным потоком воздуха. Мы никогда не позволяли себе применять друг на друге свои способности, но сейчас наш разговор зашёл совершенно не в то русло, на которое я надеялась два часа назад.
— И ты туда же? — в моём голосе прозвучала обида.
Сабина убрала чары и, развернувшись на месте, зашагала по кухне.