— Ко мне сегодня пришла Роза Уизли.
— Интригующее начало. Продолжайте.
— Вот, возьмите. Это от нее. — Снейп протянул девушке конверт с письмом. Она развернула его и начала читать:
«Северус, как вы могли так со мной поступить? Я же вас любила, и была уверена во взаимности этих чувств. Вы разрушили наши отношения, построенные на доверии и понимании… Вы связались с этой заносчивой слизеринкой, Николь. Я же хочу защитить вас от ее влияния! Возвращайтесь ко мне, пока не поздно!
Всегда ваша, Роза.»
— Да, профессор. Хочу вас поздравить. Почему же вы не говорили, что встречаетесь с Розой? — Еле сдерживая смех спросила Ника.
— Очень смешно, Мур. Но сейчас не об этом. Вся школа только и говорит о том, что у нас с вами роман.
— Мяу, и что вы предлагаете? Я, конечно, могу подойти к каждому и внушить, что это не так. Но это слишком энергозатратно.
— А у меня другая идея. Клин клином вышибают, не так ли?
— Ну да. А вы можете говорить сразу, как есть, и не разделять свою речь на мелкие части?
— Не наглейте. В общем, почему бы нам не пойти вместе на бал?
Ника аж поперхнулась от такой новости. Чего чего, а такого она от Снейпа точно не ожидала.
— То есть, вы меня приглашаете?
— То есть, я соглашаюсь на ваше приглашение. Сами же сказали, что лучше пойти со мной, чем в одиночестве.
— Ну если вы так это выставляете, то я вынуждена ответить…
— Да приглашаю, приглашаю… Чертовка вы, Мур.
— Мяу, в таком случае, я согласна.
Теперь пришла очередь Снейпа удивляться. Он и не надеялся на согласие девушки.
Снейп нагнулся к самому уху девушки и шепнул:
— Я зайду за тобой перед балом.
Сердце девушки пропустило удар, а потом забилось с новой силой от этого голоса, который мог быть таким мягким. Снейп впервые назвал ее на «ты».
Зельевар распрямился, возвращая себе свой повседневный вид буки-злюки. Своим привычным холодным тоном он произнес:
— Вон отсюда. Свободны.
Николь уже собралась уходить, а потом подумала, что во что бы то ни стало доиграет этот спектакль до конца.
— Мур, я неясно выразился?
— Мяу, профессор… просто… ну, я…
— Николь, мне и заики Квирелла в свое время хватало.
— Я не умею танцевать.
— Не вижу проблемы. По пятницам будут занятия для таких, как вы.
— Ну, в таком случае, мне придется учиться вальсу с Винчестером. Занятия будут проводиться для учеников, и преподавателей в том числе. А Дин своего не упустит. — Девушка развернулась и демонстративно медленно пошла к двери.
— Стойте. — Окликнул ее мужчина.
— По пятницам. В восемь. Не опаздывайте. Мерлин, за что мне эта чертовка?
— За все хорошее, профессор. Постараюсь не опаздывать. — С этими словами она вышла из кабинета, и стрелой побежала к своей комнате, чтобы как обычно выплеснуть эмоции посредством матных визгов в подушку. Немного успокоившись, она начала свой монолог:
— Нужно подумать, в чем пойти на Святочный бал. Раз я пойду со Снейпом (подушка снова получила порцию радостных возгласов), нужно соответствовать. Значит, платье будет черным. И надену свои любимые сережки с зеленым камнем, символично для слизерина. Наконец-то я смогу пустить в ход свой любимый эскиз платья… Да твою ж мать! Что так поздно то уже! — Спохватилась Николь, которой уже нужно было бежать в лес, к Северусу. Не смотря на то, что личность лани была раскрыта, они договорились продолжать их встречи. И тот факт, что Ромашка была человеком, ничуть не смущал Снейпа.
***
Ника сидела у себя в комнате и листала страницы книги Слизерина. Она уже отчаялась хоть что-то выучить, и теперь просто искала что-нибудь интересное. Вскоре, ей наскучило просто листать книгу. Девушка раскрыла последнюю страницу, дабы посмотреть, нет ли там чего-то более интересного. На желтоватой бумаге был выведен заголовок — «Ритуалы». А это что-то новенькое. Подумала наследница. Здесь был указан лишь один ритуал.
— «Гермено Вишкель — вызывает пятнистую кошку.» — Прочитала слизнринка. И почему она раньше не заглянула на эту страничку? Николь давно хотела завести домашнего любимца, ей было очень одиноко расти без единой души, которая бы ее поняла. Но по своей природе ближе всех ей были именно кошки. По этому, увидев в книге способ сотворить себе пушистика, девушка не могла его не испробовать.
И не смутило ее то, что в ритуале нужна была кровь только что убитой змеи, жизнь за жизнь, как говорится. И то, что нужно добавить пару капель ее собственной крови, наследницу тоже не насторожило. И на слово «вызывает» в описании действия ритуала она не обратила должного внимания. Очень зря.
Проводить ритуал она решила в своей пещере за водопадом в запретном лесу. Перетащив туда несколько сосудов, нужных для заклинания, Николь пошла ловить змею, ведь вызвать ее заклятием «Серпенсортия» было нельзя. С этим пришлось повозиться: ползучих гадов там было крайне мало, они были излюбленным лакомством для лесных существ. Одна неосторожная змейка выползла прямо под ноги волшебницы, где и была поймана и заключена в прозрачную призму, чтоб не сбежала.
Николь зажгла фонари, которые еще давно развесила по всей пещере. Высвободив змею из плена, она начала проводить сей кровавый ритуал, не жалея ни бедного существа, ни своей крови, которую нужно было смешать со змеиной и нарисовать какие-то знаки. Когда первая часть обряда была завершена, Ника положила мертвую тушку змеи в центр круга из магических символов.
Оставалось только произнести слова заклинания, но у девушки появилось нехорошее предчувствие. Она помнила, что такое обычно случалось перед чем-то плохим… Посмотрев на свои окровавленные руки, она решила, что отступать уже некуда. Прогнав подальше от себя тревогу, она прошептала заветные слова:
— Гермено Вишкель.
Вокруг Николь все закружилось в вихре холодного ветра, непойми откуда внутри пещеры взялся снег, и не пара снежинок, а целые сугробы. Ветер завывал со страшной силой, туман укутал все вокруг, не было видно абсолютно ничего.
Буря прекратилась так же внезапно, как и началась. Туман начал отплывать к стенам пещеры, открывая взору результат ритуала — кошку. Только увидев ее, Ника сразу поняла, что натворила, она зажмурила глаза, надеясь избавиться от этого кошмара, и прошептала еле слышное: «Дура…». Перед ней стоял шестиметровый снежный барс с кристально белой шерстью и аспидно-черными глазами. Акшок. Она стояла, вылизывая правую переднюю лапу. Потом, подняв голову, огляделась по сторонам. Послышался громогласный смех, издаваемый противным скрипучим голосом. Голосом выжженной стервы.
— С возвращением меня! — Торжествующе произнесла она, сверкая глазами-угольками.
— О, милашка, ты видимо вызвала меня по незнанию?
— Я знаю, кто ты. Вот только не знаю, как вернуть тебя туда, откуда ты пришла.
— Так уж и быть, поведаю. Легенду обо мне ты, разумеется, слышала. И слышала про два способа, коими можно меня убить. Вторым воспользовался мой первый создатель… Его я предпочту утаить, жизнь так прекрасна, а умирать я пока не собираюсь. А первый способ тебе извесен, нужно всего лишь провести тот же обряд, что ты делала, вызывая меня. Только вместо змеи жертвами должны быть самые близкие тебе люди. Еще вопросы? По глазам вижу, что они есть.
— Барсы…
— О, расказазать тебе о моих слугах? Ну чтож, ладно. Я выбираю их по своему желанию, и делаю похожими на себя — они все белые, с черными глазами. Превращение длится три дня, за которые бедолаг еще можно спасти, но только убив меня. Оствльные же при моей смерти не выживут.