- Только не глупи, мальчик, - в голосе кальира прозвучала надежда. Видно Кьес оставил у этих вояк о себе славную память, драться им определенно не хотелось.
- Подойди и возьми меня, - почти приветливо предложил Эки наемнику.
Меч он выхватил, когда до противника оставалась всего пара шагов. Леворучная шисса зло зашипела, рассекая наискось живот воина. Тот не успел парировать - удар оказался для воина слишком быстрым. Праворучный Вурт вышел из ножен легко, как во время учебного боя, и с убийственной точностью хлестнул вскрикнувшего кальира в основание шеи. Крик оборвался. Вспышка и Шрам взяли свою первую жертву.
Эки перепрыгнул через бьющееся в агонии тело, увернулся от нацелившегося в бедро копейного жала, сильно пнул ногой ближайший щит, отбил чужой меч одним клинком, ударил в ответ другим… Еще один из преследователей повалился бездыханными под ноги хальгиру, другой отпрянул назад слишком резко и, не удержав равновесия, с диким воем сорвался в пропасть. Но на каменную площадку выбегали с тропы все новые и новые "пятнистые". Действовали они как-то странно: не бросались сходу в бой, а растекались по площадке, окружая и отжимая юношу к скале; прикрываясь щитами, били в руки и ноги… Он что же, нужен им живым? Ну, тем хуже для них!
Злость придала ему силы. Солдаты попятились от молодого барска, молниеносно двигающегося и беспощадно рубящего с обеих рук. Он не защищался, он нападал - метнулся вперед, отбил удар копья, всадил клинок в щель между щитами, шагнул в образовавшуюся брешь и развернулся на месте, пластая отточенной сталью воздух и живую плоть…
Никогда еще ему не приходилось так драться… Никогда еще он не бился с таким вдохновением, почти отрешенно, на уровне инстинктов и рефлексов, обходя любую защиту своих противников с легкостью многоопытного мастера боя…
Он успел уложить еще двоих, прежде чем на площадку выбежало подкрепление: десяток сэй-горов, во главе со старшиной - коренастым, но очень широкоплечим и длинноруким молодым бойцом. Некоторое время Эки почти на равных сражался сразу с несколькими противниками. Потом он отступил на шаг… Еще на один… Еще… Его прижимали к краю обрыва, теснили медленно, но неуклонно, заставляя пятиться перед лавиной сыплющихся ударов. Одним из ответных выпадов он все же достал бок рослого сэй-гора, но тут же чужой клинок скользнул по левому предплечью, заставляя снова отступить…
Когда атака вдруг прекратилась, он в первый момент растерялся. Сэй-горы отошли на пару шагов и встали, не торопясь снова лезть в драку. Чего они хотят? Забросать его стрелами?… Нет. Просто предводитель отряда решил поговорить с обреченным.
- Брось оружие, парень, - сказал старшина, выступая вперед из строя "пятнистых" бойцов. - Ты бьешься как раненый зверь, но этого мало. Тебе никто не поможет. Ты устал. Ты ранен. Брось оружие, нам не нужна твоя жизнь.
- Подойди и возьми меня, - снова повторил Эки.
- Глупец! Хочешь умереть героем?! А я вот сейчас просто прикажу стрелкам и они прикончат тебя как того бешеного нолк-лана!…
- Силен ты словами сыпать, сэй-гор, - Эки хрипло засмеялся, давясь сжавшей горло болью, и со свистом рассек воздух Шрамом. - Жаль, драться тебя не научили!
- Хочешь поиграть, спирров выкормыш? - коренастый старшина оскалился с веселой злостью. - Ладно, поиграем… Тебя велено доставить живым, про "невредимым" никто ничего не говорил!
Пригнувшись, сэй-гор пошел вперед, оставляя своих воинов у себя за спиной…
- Я должен лечь спать, - это заявление Олега показалось Тане несколько странноватым. Особенно слово "должен".
- Ты не болен?
Он и впрямь выглядел неважно - темные обводы вокруг лихорадочно блестящих глаз, нервно подрагивающие пальцы рук, необычная, даже для Олега, сутулость. Таня еще на пороге подумала что что-то у него не так, а теперь уже в этом не сомневалась.
- Я в порядке, - Олег вымученно улыбнулся. - Немножко устал. И… недоспал вчера.
- Не врешь? - Таня потянулась пощупать ему лоб и он послушно позволил ей это сделать. - Холодный…
По правде сказать, он показался ей даже слишком холодным. Таким, каким не может быть лоб у живого человека… Ее передернуло от возникшей в голове дикой мысли. Какая чушь! Придет же такое!…
- Олежка, может… выпьешь аспирину? - вопрос ей самой показался просто идиотским, но Олег покорно согласился, и она, чувствуя себя последней дурой, сама полезла в его аптечку за лекарством.
Таблетка с бодрым "Пс-с-с-с!" растворилась в стакане воды. Олег тремя большими глотками проглотил "шипучку" и посмотрел на Таню.
- Ну вот, - еще одна насквозь фальшивая улыбка. - Мне уже лучше.
- Врешь, ведь. Ох, врешь.
- Останешься? Я постелю тебе в своей комнате.
Сам он давно уже дневал и ночевал в гостиной, но привычно называл маленькую комнату "своей". Домой Таня сегодня не собиралась и ей оставалось только вздохнуть, соглашаясь.
В сон он на этот раз провалился сразу…
В сон? Правильнее было бы сказать - в кошмар…
Блеск стали… Искаженные гримасами ярости нечеловеческие лица… Что-то влажное стекает со лба на правую бровь, сочится в глаз, застилая видимость багряной пленкой… Кровь?!… Он ранен?!… Тело само отшатывается назад, чудом избегая колющего удара в живот. Что происходит?!… Что… Он медленно, но неуклонно тонет в трясине чужого сознания…
Коренастый сэй-гор устал. Его движения замедлились, удары стали менее точными, рука начала терять твердость. Да и глубокие порезы на груди и на правом боку наверняка дают о себе знать. Но как бы ни измотал бой его противника, а Эки приходится сейчас много хуже. Сэй-гор - умелый боец, но будь Эки посвежее, он давно прикончил бы его. Теперь же… он с трудом парирует даже эти неточные и ослабленные удары коренастого. Кровь, сочащаяся из рассеченной брови, заливает глаза, пробитая чужим клинком нога отказывается повиноваться, руки превратились в одну сплошную боль…
Сэй-гор больше не предлагает ему сдаться. Он тяжело с хрипом дышит, и думает, верно, только о том, как бы поскорее убить проклятого юнца. Невзирая на любые приказы - убить… А потом упасть на камень площадки, привалиться спиной к обветшавшему деревянному столбу и просто посидеть без движения, хоть немного посидеть… наблюдая, как воины отделяют от плеч голову хальгира, чтобы отвезти на опознание в Вирт-Хорл… Или он отрубит ее сам?… Ну уж нет! Его головы им не видать!… Эки отчаянно прыгает вбок…
Нехитрый прием: отвести Шрамом меч коренастого и подсечь Вспышкой его колено… Вот только проклятое бедро взрывается болью, руке передается мучительная судорога тела и левая шисса, не достигнув цели, бессильно отлетает вниз, чтобы впиться острием в предательскую щель между камнями… и со звоном сломаться почти у самого эфеса под напором вражеского сапога.
- Мертв! - торжествующе рычит коренастый. - Мертв!
Клинок сэй-гора описывает широкую свистящую дугу… но вместо шеи хальгира встречает обломок стали, недавно еще бывший Вспышкой. Удар, однако, слишком силен, чтобы его просто остановить - рука Эки поддается и сталь с мерзким влажным хрустом впивается в плечо… А миг спустя коренастый вдруг обнаруживает вторую шиссу мальчишки у себя в животе и начинает складываться пополам, валясь на покрытую бурыми пятнами каменную площадку…
Вот и все… С этим - все…
Эки-Ра попытался подняться и с удивлением обнаружил, что не может этого сделать. Левая рука не слушалась и одеревеневшая, сведенная судорогой шея никак не позволяла повернуть голову, чтобы разглядеть на месте ли еще эта рука. Он, кажется, все еще стоял на правом колене и не торопился пока падать вслед за коренастым сэй-гором. Впрочем, это уже ненадолго. Бойцы ушедшего в мир иной старшины уже начинали с опаской подступать к истекающему кровью молодому барску. Они не знали, что он больше ни на что не способен. Они боялись его… Эки улыбнулся, с трудом раздвигая горящие, соленые от свежей крови губы… Сколько же их? Проклятая красная пелена перед глазами никак не давала рассмотреть приближающихся солдат. Ничего, он их уже довольно посчитал… На ощупь… Теперь осталось только одно - не позволить врагу насладиться победой. Не дать Бьер-Рику возможности посмотреть в мертвые глаза своего племянника…