Я почувствовал лёгкое движение энергии; шарик выскочил из углубления, прокатился по жёлобу и остановился во второй ямке.
— Вот и всё упражнение, — улыбнулся он. — Просто, верно? Всего лишь нужно перегнать шарик из первой ямки во вторую, ну и можно для разнообразия гонять разные шарики. А ещё можно гонять их с разного расстояния — с другого угла комнаты это сделать сложнее, как ты понимаешь.
— Ага, — рассеянно ответил я, разглядывая аппарат.
Несмотря на чудовищную примитивность конструкции, задача простой совсем не выглядела. Если толкнуть шар слишком слабо, он не сможет выскочить из ямки. Если же толкнуть слишком сильно, то, прокатившись по жёлобу, он не остановится во второй, совсем неглубокой ямке, а покатится дальше. Ну а если толкнуть, как я привык, то он никуда не покатится, а просто улетит куда-то вдаль.
— Похоже, придётся как следует потрудиться, — кисло заметил я.
— Развлекайся, — широко улыбнулся Леран.
Сегодня у Арны было очередное заседание квартального комитета, и вернулась она оттуда с изрядно озадаченным видом. Я сразу же вспомнил её рассказ о прошлом заседании и заинтересовался.
— Узнала что-нибудь забавное о соседях? — с любопытством спросил я.
— О соседях? — она непонимающе посмотрела на меня. — А, нет, о соседях ничего не было, чисто формальное заседание. А вот о нас кое-что узнала. Не уверена только, что забавное.
— О нас? — немедленно насторожился я.
— Ты заметил, что с недавних пор Маруся днём куда-то исчезает?
Я посмотрел на Марусю. Она уже не валялась, раскинув лапы, а сидела и выглядела очень настороженной. Отчего-то у меня сразу возникло ощущение, что меня ждут какие-то неприятные открытия.
— Я это замечал, но не особо обращал внимания, — ответил я, глядя на Марусю. — Думал, что она просто уходит дрыхнуть в палисадник.
— Она уходит на работу, — сообщила Арна. — Маруся заключила с квартальным комитетом договор на оказание услуг.
Я потряс головой, как бы желая вытрясти оттуда ту чушь, которая случайно насыпалась мне в уши.
— Ещё раз, пожалуйста, — попросил я. — И попонятнее, если можно.
— Маруся каким-то образом сумела договориться с Тенкой о том, что будет уничтожать вредителей, а конкретно, крыс и мышей. За каждое очищенное домохозяйство квартальный комитет выплачивает ей натуральное вознаграждение в форме кувшина сливок. Договор заключили официально, там даже отпечаток Марусиной лапы стоит в качестве подписи. Тенка сказала, что договор был обязательно нужен, чтобы провести через бухгалтерию закупку сливок.
Я молчал, не зная толком, что сказать. По виноватой Марусиной морде было понятно, что это самая что ни на есть натуральная правда, а вовсе не клевета на честную кошку.
Наконец, я привёл мысли в порядок — так сказать, дошёл до стадии принятия.
— Давай прикинем баланс, Маруся, — предложил я. — Ты занимаешься полезным делом и сама зарабатываешь себе сливки — это плюс. Ты заключаешь договоры с посторонними людьми помимо меня — это минус. Большой минус. Идём дальше. Этим ты даёшь всем понять, что ты не просто необычный фамильяр, а разумное существо, имеющее свободу воли и к тому же ментальные способности. Это огромный минус, потому что тот же Дельгадо этот фактор может учесть. Или даже просто избавиться от тебя, потому что обычный фамильяр никак на его планы не повлияет, а вот разумное и самостоятельное существо, да ещё с такими возможностями, может их полностью разрушить. То есть один плюс и два больших минуса. Получается, что ради нескольких кувшинов сливок ты подвергла опасности и себя, и нас.
Морда Маруси сделалась ещё более виноватой, и она понурилась.
— И при этом ты сама понимала, что поступаешь плохо, — безжалостно продолжал я. — Тебе ведь сливки не домой приносили, ты лакала их в квартальном комитете. Лакала тайком, чтобы мы не узнали про твой договор.
Маруся подошла ко мне и ткнулась мордой мне в бок, прося прощения.
— Ладно, — наконец решил я. — Договор выполняй, раз заключила — куда деваться? Но сделаешь строго по договору — только наш квартал, и на этом всё. В соседних кварталах наверняка тоже заинтересуются, но все договорённости с чужими должны идти только через меня. Если кто-то подходит к тебе с каким-нибудь предложением, делай непонимающую морду, как обычная кошка. Договорились?
Маруся лизнула мне лицо, полностью меня обслюнявив.
Наконец, слегка поднадоевшие каникулы закончились, и начался новый семестр. Неожиданно для себя я обнаружил, что соскучился по нашей группе — наверное, потому, что мы, кроме них, ни с кем и не общаемся. Вообще-то, я не особо общительный, да и Арна, как оказалось, тоже, но необщительность — это всё-таки далеко не мизантропия, так что мы немного соскучились по общению за время каникул. Если бы Леран не забегал пару раз, так, наверное, совсем бы одичали. Я бы точно одичал, с моей учёбой целыми днями.