— Почему не пускают? — удивился я. — Это секрет, что ли?
— Студенты у нас разные учатся, и далеко не все в Дельфоре остаются. Зачем им всё это знать? Начнут у себя дома болтать лишнее, а храм Матери решит, что мы специально пытаемся ересь распространять. Они, конечно, мало что могут нам сделать, но к чему заводить ненужных врагов? У жрецов есть много способов напакостить. Так что мы с ними друг друга не любим, но стараемся не задевать.
— Выглядит разумно, — согласился я.
— А магия там в основе та же самая, но вот в деталях сильно различается. Ты же знаешь, что ты совсем не тот, кто жил там?
— Мне что-то такое говорили, — признал я.
— Но ты, наверное, не вполне это осознал, — усмехнулся Леран. — Это действительно трудно принять, да и мало кто об этом вообще задумывается. Там ты был материальным созданием, причём созданным чужой волей. А здесь ты стал энергетическим существом. Здесь ты, как и там, создан из чужой энергии, но ты создал себя сам, своей волей. Хотя создал ли? — задумался он. — Знаешь, с этим некоторые спорят. Твой мозг просто рисует привычную картину — что ты здесь выглядишь так же, как и там, и что вокруг привычные предметы, но так ли это на самом деле? Вполне возможно, что мы на самом деле и не имеем материального воплощения.
— Мне эту идею трудно принять, — вздохнул я.
— А магию тебе легко принять? — засмеялся он. — Когда ты своим желанием можешь создать из ничего любой предмет, вплоть до секторали — это нормально, да?
— Тоже не совсем нормально, — пожал плечами я. — Но это как-то легче принять, чем мысль, что я всего лишь нематериальный клочок энергии.
— Соглашусь, пожалуй, — улыбнулся он. — В общем, магия в старом мире совсем другая, потому что мы с ними пользуемся разной энергией. Но и там, и здесь магик в конце концов приходит к тому, чтобы накопить достаточно своей энергии, и пользоваться уже ею. И вот тогда наша магия становится одинаковой. Разных путей может быть сколько угодно, но цель одна и та же, понимаешь?
— Понимаю, — задумчиво сказал я.
— А к чему ты вообще заговорил о различиях в магии? — полюбопытствовал он.
— Для меня было неожиданным, что здесь клятвы обязательны, — объяснил я.
— А там не так, что ли? — поразился он.
— Не так, — подтвердил я. — Насчёт магиков не уверен, а у обычных людей не так. Там я мог поклясться жизнью, а потом не выполнить, и у меня даже прыща не вскочило бы. Хотя в обществе клятвопреступление осуждается.
— Так и здесь то же самое, — засмеялся Леран. — Холоп может давать любые клятвы, и они не будут стоить ровным счётом ничего. За клятвой следит твоя магия, а если магии нет, то и клятва — пустой звук.
— Вот как? — удивился я. — Почему-то я думал, что здесь у всех клятвы работают. Это важный момент, спасибо.
Как и в прошлый раз, мы переночевали в Еловой. Встречного каравана в этот день не было, так что мы сняли люкс за ту же цену, за которую в прошлый раз снимали обычный номер, а в позапрошлый — что-то вроде кладовки со швабрами. Я уже понял идею здешнего ценообразования: местные просто не морочат себе голову лишними цифрами. Есть цена за постой — а номер люкс это, или место на сеновале — неважно, цена одна и та же. Метод для меня очень непривычный, но нельзя отрицать, что у него есть и плюсы. Как минимум мозг не загружается сложными расчётами. Чем они в таком случае загружают освободившийся мозг, я выяснять не стал.
Путь от Еловой до Бревика тоже прошёл без приключений, а вот вид самого Бревика заставил меня встрепенуться и вытаращить глаза.
— Леран, ты это видишь, или мне мерещится? — спросил я, с изумлением разглядывая открывшийся вид.
Каменная стена в четыре человеческих роста была изрядно изодрана когтями — даже не представляю, что за зверь мог оставить такие отметины на каменной стене. Местами в стене зияли квадратные выбоины от выдранных камней, а сами камни валялись внизу. В одном месте стена была разрушена почти донизу, и сейчас там копошились фигурки рабочих, торопливо заделывающих пролом.
— Мне то же самое мерещится, — потрясённо ответил Леран, не отрывая глаз от стены. — Что здесь вообще происходит?
— Ты же к своей тётке сейчас? — спросил я, и он кивнул. — Ну а я загляну в гильдию и поговорю с парнями. Заходи позже вечером, сверим рассказы.
За стойкой «Приюта охотника» сидела сама хозяйка, которая нас сразу же узнала и приветливо заулыбалась.
— Арна, Артём, здравствуйте, — с искренней улыбкой сказала она. — И тебе здравствуй, красавица, — это уже Марусе, на что та с чувством замурлыкала. Маруся определённо не забыла, кто здесь угощал её сметаной.
— Тебе тоже крепкого здоровья, Ринка, — поздоровался я, а Арна просто ей улыбнулась. — Мы опять к тебе на несколько дней — найдётся для нас местечко?