— Я на выдумки не очень горазд. Она сама рассказала.
— А она наврать не могла?
— А зачем? Тем более, я прекрасно знаю, когда врут.
«Ну, зато кое-что стало немного понятней…» — подумала Эстер. Но история действительно больше походила на один из слащавых романов или на описание той самой постановки, о которой также вспоминали с Литой и Саюлой.
— А Саюла, то есть…
— А Саюла просто одна из многочисленных жительниц города: дочь рабочего с местного завода и прачки, — закончил за неё Арлен.
— И как они тебе? — вдруг спросила Эстер.
— Кто? Лита с Саюлой? Даже не знаю… — Он снова на несколько мгновений ушёл в себя, но скоро ответил: — Наверное, они приятным соседки, не более.
— И всё?
— Ясно, что мы не враги.
«А он знает, и его это более чем устраивает…» — вспомнила Эстер и лишь тихо фыркнула. Что ж, раз так…
— Лите всё равно особо не болтай, — после значительной паузы снова заговорил Арлен. — Тема сама по себе сложная, да и к тому же я действительно не знаю, как она отнесётся ко всему этому.
— Боишься получить на орехи?
— Боюсь прослыть сплетником и болтуном. Не самая приятая репутация, не находишь?
— А что, слишком много знаешь, что такой репутации боишься?
— Знаю.
Эстер пожала плечами. «А ведь Лита упоминала: история долгая и неприятная… Ну, что ж, теперь уже не имеет значения». Разговор прервался, так как у незакрытой двери появилась Марта. Арлен молча ушёл обратно за занавес, потом уже на второй этаж, Эстер осталась сидеть на диване, всё ещё обхватив руками колени.
— Да, не стоило сомневаться, что ты здесь, — кивнула Марта. — Но ты мне сейчас нужна.
Эстер неуверенно слезла с дивана, ещё раз оглянулась на ограждение на втором этаже. Хозяйка уже вышла, девушка поспешила за ней. На лестнице едва не сбила Рейгу, но быстро попросила прощения и поспешила дальше. Марта ожидала на первом этаже, в холле. Эстер попыталась на этот раз не струхнуть.
— Я должна извиниться, но я слышала часть вашего разговора, — сразу начала хозяйка. — Ты знаешь, ведь приняв работника, я должна буду поднять арендную плату… и не всем это может понравиться. — Она жестом попросила хотевшую что-то сказать Эстер умолкнуть и продолжила. — У меня хорошая репутация и я не могу платить работнику ниже положенного. Однако, я всё ещё не могу представить, какая в тебе необходимость здесь, в этом доме.
— Я должна уйти? — прямо спросила девушка.
Марта умолкла, задумчиво провела рукой по спинке кресла, у которого стояла. Эстер ждала, не опуская взгляда и не трогаясь с места.
— Тебе дали верный совет раньше меня: обратись к Саюле, — уклончиво ответила хозяйка; Эстер кивнула, но Марта продолжила: — Но чтобы ты могла к ней обратиться, тебе нужно всё-таки некоторое время быть у неё на виду.
— Что Вы имеете в виду?
— Я могу тебя взять на время, не больше месяца, — наконец подошла к главной теме разговора Марта. — Ты получишь жильё и рекомендации по работе, я же не понесу больших потерь с твоего содержания без подъёма платы. Но по истечению месяца, если не найдёшь другое место, нам придётся расстаться. Надеюсь, всё понятно?
Эстер задумалась, пребывая в некотором недоумении. Марта ждала ответа, глядя на девушку. На месяц… Если есть связи, возможности, то месяц — достаточно большой срок для поиска. Но согласится ли помочь Саюла? «Согласится», — почему-то была уверена Эстер. И откуда эти сомнения, если раньше она хваталась за любой шанс?
— Я не буду тебя торопить, — вдруг снова заговорила Марта. — Если тебе нужно время…
— Время не нужно, я согласна, — неосмотрительно перебила её Эстер, но тут же спешно извинилась и продолжила: — Только вот Саюла…
— Саюла девушка умная и понимающая, — поняв её, кивнула Марта, двинувшись с места. — Она тебя не бросит. — Взяв направление на свою комнату за лестницей, хозяйка вдруг оглянулась. — Скажу по секрету, ты ей, похоже, понравилась. Не могу утверждать точно, но постарайся её не расстроить, хорошо?
— Хорошо… А где мне ночевать сегодня? — вдруг спохватилась девушка.
— Напротив столовой есть комната, она открыта. Нужно только немного привести её в порядок, какие-то вещи можно даже вынести. Если такие будут, пока только сдвинь их в сторону, завтра решим, куда их деть. Всё ясно?
— Хорошо, — повторила Эстер.
— Завтра обсудим все формальности. Спокойной ночи.
Марта ушла. Девушка ещё немного постояла на месте, ощущая робкое торжество. В последний раз подобное везение — а как ещё назвать сложившуюся ситуацию? — улыбалось достаточно давно, ещё на заставе. Если б не эта дурацкая история с ножом… Эстер уверенно развернулась, взяла курс на столовую, чтобы найти упомянутую Мартой комнату. Не сказать, что она устала за день, не от чего было. Но надо было осмотреться на новом месте и подготовиться к новому дню: кто знает, что будет завтра?
А впереди ещё твёрдая земля.
Глава IV — Воплощающая желания
Лита бодро шагала где-то в пяти метрах перед ними, Саюла уже давно не пыталась её догнать, старалась только не потерять в толпе. Народу было не так много, однако риск имелся: Эстер уже пару раз пришлось вылавливать из столпившихся у прилавков людей. Не то что бы девушке там что-то было нужно, просто из праздного интереса иногда задерживалась и, в итоге, терялась, застряв среди прочих зевак. К тому же Эстер постоянно забывала, что идёт не одна. Было непривычно.
— Саюл, а мы успеем? — Лита вдруг возникла рядом. — Я не хочу сегодня застрять там до ужина, а если мы опоздаем, то так оно и будет…
— Не ворчи, мы там сегодня нужны чисто номинально, чтобы декорации установили, как нам удобно, а там уже гуляй на все четыре. Репетиция если и будет, то без подробностей.
— Они б занавес сначала на место приделали, а потом уже что-то с декорациями решали… — продолжила бурчать Лита; девушка явно не выспалась и была не в духе. — А то опять заденут что-нибудь, да свалят на сцену. Меня в прошлый раз чуть фонарём не пришибло…
— Ну, сейчас-то они уже знают, что такое может произойти. — Саюла ласково улыбнулась ей. — А значит, сделают всё, чтобы не повторилось. Так?
— Допустим, что убедила.
— Не кисни! А то насильно за Кёрна замуж выдам!
Эстер пока не встревала в разговоры, лишь иногда что-то отвечала, если реплика относилась к ней. Она в большинстве случаев понятия не имела, о чём они, собственно, говорят. Она бы с ними никуда и не пошла, если бы Марта не послала. Как пояснили девушки, до репетиции у них ещё есть время, которое хозяйка наказала потратить на поиск нормальной одежды для Эстер: да, того оборванного платья у неё уже не было, но и то, что она ранее приобрела вместо него, Марту тоже не устраивало. А Саюла знала какое-то место, где можно было найти недорогую и приличную одёжку; туда-то они и шли в данный момент.
— Эстер, а у тебя какой цвет любимый? — вдруг задала вопрос Лита.
Эстер задумалась. Она ещё как-то и не думала ранее об этом: выбора особо не было обычно…
— Я не знаю. А зачем? — Она честно взглянула на Литу.
Та пожала плечами.
— Ну, должны же мы знать, что тебе выбирать?
— Будем искать что-нибудь зелёное, — предложила Саюла.
— Это ещё почему? — опешила Эстер.
— Глаза у тебя зелёные, под них и подберём. Имеешь что-то против?
— Да нет… — Эстер уже в свою очередь пожала плечами.
Эта торговая площадь не была главной в городе, как и та, на которую бегала с бара Эстер. Подобное она уже видела раньше: базары возникают порой стихийно даже в местах, где торговля не была предусмотрена. Иногда их разгоняют, иногда они остаются. Здесь, судя по всему, торговые ряды стояли довольно давно. В очередной раз оглядываясь, девушка снова потеряла из виду своих провожатых. Она знала: искать нет смысла. Лучше остаться на месте, что Эстер и сделала, уже малость устав от ходьбы. Странное устройство площади, когда-то бывшей просто широкой улицей, напомнило главную площадь в Ливероне. Не торговую, а, как её там называли, парадную. Помнится, там ещё был дворец, даже фонтан, а в фонтане странная статуя. Эстер часто разглядывала её сквозь струи воды, пытаясь понять, кого же она всё-таки изображает. В лучах солнца, особенно на закате, статуя в фонтане словно светилась, а янтарные лучи окрашивали брызги и тугие струи воды, отчего было чувство, словно женщина в фонтане была окружена жидким огнём. Да, там стояла высокая и стройная женщина в открытом платье из длинных перьев, но отчего-то со звериными ногами и крыльями на руках. Эстер снова вспомнила чудовище из кошмара. А не оно? Нет, не оно: статуя женщины-птицы была в другой маске. Её маска напоминала лицо совы, но с красным камнем во лбу, словно третий вертикальный глаз или кровоточащая рана. И перья обрамляли маску, скрывая ремни, на которых она держалась на голове с длинными золотистыми волнистыми волосами. Такими же золотистыми были и кожа, и перья, и платье женщины. Она была живая, девушка даже видела, как легко вздымается при дыхании скрытая под оперением грудь. Подняться бы и кинуться туда, в сторону, в объятия золотых крыльев. Вот она, совсем близко, только податься вперёд, и можно коснуться искрящегося оперения.