«Ф-ф-у-у-х-х… Интересно, а кого я должен за все это благодарить? Но – кайф-то какой, а? «Живи пока молодой, мальчик!».
Глава 3
«Интересные мы твари – люди-человеки! Вот, казалось бы, Иванов только что облагодетельствовал меня «по самое не хочу»! И понимаю ведь это, а какого-то особого чувства благодарности к нему нет и в помине. К тому же Ганину, как моему здешнему наставнику – есть. А к Иванову – нет. Мне бы озаботиться зарабатыванием очков у заместителя руководителя учреждения, но… отчего-то не хочется. И даже если опять же возвращаться к внешности: Иванов высокий, видный мужик, а Ганин невысок, щупловат. У Петра Васильевича морда брутального самца, а Дмитрич – носат, волосы жидковаты, и с изрядными залысинами. То есть, если по внешности, то Ганин проигрывает Иванову вчистую. Если по интеллекту – тут даже сразу и не скажешь, что к чему. Иванов этот – явно не дурак. Казалось бы – все шансы на симпатию окружающих у Иванова, ан – нет. К Ганину все относятся как к своему, доброжелательно; а вот к Иванову… м-д-я-а… Ладно! Выдохнули, пошли к себе в кабинет. Надо народ обрадовать, да еще и заявление написать на отгулы!».
А тут и Ганин, уже заходя к себе в кабинет:
- Жень! Заявление на отгулы прямо сейчас напиши и по электронке Екатерине в приемную скинь. Не забудь!
Плехов кивнул и поскакал вприпрыжку вниз по лестнице. В кабинете его ждали с нетерпением. Светка снова засуетилась с кофе, Денис не торопил Плехова, однако же поглядывал на него с интересом.
Устроились в стеклянной загородке Плехова. Здесь, кроме рабочего стола и кресла, вдоль стены располагались еще книжный шкаф, и небольшой кожаный диванчик с журнальным столиком – их всегдашнее место «кофепития», если в кабинете присутствовали не все. Чаще всего так и было – как минимум половина коллектива группы постоянно была в командировках. Сам Плехов подкатил сюда свое привычное и уютное рабочее кресло, Денис уселся на стул, а Светка расположилась на диванчике.
- Ну, шеф! Не томи! – припивая из кружки, поглядывая поверх нее на Евгения, попросила Светлана.
- Ага! Все как вы и предполагали. Вы двое уходите со мной. Точно надумали? Потом не пожалеете? – кивнул Плехов.
Оба-двое с облегчением выдохнули и явно обрадовались. Ковалев заулыбался, и Светка засветилась радостью.
- Скажешь тоже – не пожалеете! – хмыкнул Денис, - С Гладышевым что ли тут оставаться? Не-не-не… мне тогда проще уволиться, чем терпеть его морду.
- Дениска правильно все сказал! – подтвердила девушка.
Плехов придавив улыбку, посмотрел, как Ковалев привычно сморщился на «Дениску».
Эти двое пришли в группу три года назад, практически одновременно. Денис – на пару месяцев пораньше. И между ними даже был роман – небольшой, скоротечный, не повлекший каких-либо дрязг и выяснений отношений. Как говорится – «Расстались друзьями!».
Сейчас Плехов, немного задумавшись, прихлебывая кофе из кружки, поглядывал то на девушку, то на Ковалева.
«Денис давно показал себя надежным парнем. Невысокого роста, вряд ли больше метра семидесяти. Темноволосый, с правильными чертами лица. Если бы еще не явно сломанный ранее нос, и прижатые, как у борца, тоже сломанные уши – вообще можно было бы назвать красивым. Но – следы увлечения юности, что-то из единоборств. Отсюда же – широкие плечи, крепкие руки с набитыми костяшками. Ковалев был родом из Кирова.
«Вятския – мужики хватския!».
Служил где-то в «погранцах», как он говорил сам – в мангруппе отряда».
Что такое эта мангруппа, Плехов точно не знал, но предполагал, что это что-то вроде группы быстрого реагирования. Типа небольшого отряда спецназа при штабе пограничного отряда.
Сам Плехов не служил – учеба, потом аспирантура. Но с Ковалевым несколько раз попадал в спортзал. Как-то одно время они, все вместе, ходили, когда это было возможным, в спортзал неподалеку. И вот там Ковалев показывал чудеса на турнике, да и по груше стучал изрядно. И руками, и ногами. Тогда он еще «мутил» со Светкой, а потому – выпендривался перед девушкой, немного «рисовался»!
Но, как уже было сказано, расстались эти двое «не подружив» и года. И Евгений не лез ни к нему, ни к ней с расспросами – что и как. Убедился, что на работу разрыв отношений не повлияет, и успокоился.
По характеру Ковалев был явным и однозначным сангвиником. Улыбчивый, доброжелательный, совсем неглупый. И с чувством юмора у Ковалева все было в порядке. А еще неплохо играл на гитаре. Компанейский парень в общем. Как профессионал – юрист хороший, крепкий, но звезд с неба не хватает. По причине того, что он быстро находил общий язык с разными людьми – от откровенно «альтернативно одаренных» «айтишников», до вредных, снобоватых и язвительных бухгалтерш-аудиторш. То есть, Плехов рассчитывал на Ковалева именно как на опору. На опору в разном.