Ответ на последний вопрос нашелся сразу же – контракт. Контракт, заключенный между Мией Джейн Спэрроу и Драко Люциусом Малфоем. Уволить её может только он сам. И если она взбесит Малфоя, да еще попробует соблазнить, он расторгнет его быстрее, чем Гермиона успеет моргнуть. В эту же версию отлично вписывался и эпизод с попыткой похищения Скорпиуса – лучшего способа скомпрометировать гувернантку просто не существовало. Хотя они точно установили тот факт, что Астории в ту злополучную пятницу в стране не было, ей ничего не мешало сделать все чужими руками – собственно, примерно то же самое она пыталась провернуть и сейчас.
Все это выглядело так, как будто Астории нужно, просто необходимо от нее избавиться, самой при этом оставшись в стороне. Вот только зачем? Какая от этого выгода? Она впервые её видит, поэтому навряд ли имеет какие-то претензии по поводу её непосредственной работы или лично к Мии Спэрроу, а уж случай в зоопарке и вовсе произошел до того, как они познакомились. Возможно, миссис Малфой хочет поставить кого-то на её место? Тогда почему бы не обсудить это напрямую с Драко, ведь как мать она имеет право на участие в подобных решениях. Или заранее уверена, что он не согласится на предложенную ею кандидатуру? В таком случае эти козни имеют смысл: как бы ни облажалась Гермиона, это станет весомым аргументом за то, чтобы в следующий раз при выборе гувернантки последнее слово осталось за Асторией. Интересно, а кто выбирал её предшественницу, миссис Перкинс, которой так некстати стерли память? Возможно, Гарри сможет это выяснить, если Малфои обращались к той же миссис Моррисон. Нужно будет обязательно уточнить. И вообще расспросить хозяйку агентства по найму получше обо всем, что касается Малфоев – кто знает, какая информация может всплыть?..
Все эти размышления поглотили Гермиону с головой, однако оставляли после себя значительно больше вопросов, чем ответов. А главное – совершенно никак не помогали понять, что теперь делать ей самой.
Пока ясно было только то, чего делать не нужно – возвращать её волосам их естественный вид, преображаясь тем самым обратно в Гермиону Грейнджер, и флиртовать с Малфоем. Ей необходимо быть рядом со Скорпи до самого Рождества, ради чего и затевался весь этот маскарад, ну а о втором пункте и говорить не стоило. А значит, и следовать советам Астории нельзя ни в коем случае. Ни о каких попытках “поладить” не может быть и речи – впрочем, это было понятно с самого начала. Женатый мужчина был для Гермионы табу, даже если этот мужчина – Драко Малфой. Особенно, если этот мужчина – Драко Малфой. Тем более, по всему выходит, версию о том, что Астория была с ней честна и действительно хочет развода, можно смело исключить.
Может, стоит рассказать Малфою обо всем напрямую? Уведомить его, что Астория решила от неё избавиться, он наверняка знает свою жену лучше, чем кто-либо, и может догадаться о причинах. Правда, он-то, может, и догадается, а вот ей, Мии Спэрроу, точно не расскажет. Еще и уволить может, просто за то, что она за его спиной вела подобные разговоры с его женой.
Нет, Малфою говорить нельзя.
А что тогда ответить Астории, когда та явится через две недели? Как она там выразилась?.. “Надеюсь, вам будет, что мне рассказать”. Самое простое – заявить, что передумала. Что Малфой при более близком знакомстве оказался мудаком (что истинная правда), и ей такое счастье даром не надо, и с доплатой не надо тоже. Но тогда не останется ни единого шанса узнать, кого Астория наметила на место гувернантки… А ведь это может быть именно тот человек, которого они ищут – тот, кто мог бы бросить Оглушающим в Скорпи. Упустить единственную пока ниточку – преступно, ведь кто знает, может, этот человек заменит Гермиону после Нового года, и её кошмар все-таки сбудется, только с отсрочкой. Нет-нет-нет, Астория должна добиться своего, её нужно как-то убедить, что мисс Спэрроу намерена уволиться, и это вынудит её действовать дальше. Возможно, Гарри удастся установить за ней наблюдение и узнать, с кем она будет встречаться после этой новости. Только как это сделать, не увольняясь на самом деле, и не посвящая во все происходящее Малфоя?.. Самое простое – соврать. Наплести с три короба что-нибудь про личные причины и сказать, что собирается просить о расторжении контракта. Но что будет, если Астория пойдет после этого к Малфою? Как пить дать, он обвинит её во всех грехах, и случится грандиозный скандал, после которого реальное увольнение останется единственным выходом.
Гермиона ломала голову, снова и снова прокручивая варианты, но никакого решения не находила. Какая-то мысль смутно зудела под кожей, казалось, не хватает какой-то одной простой, очевидной детали - и все встанет на свои места. Но, сколько ни пыталась, поймать за хвост эту вечно ускользающую мысль ей так и не удалось. Гермиона рассказала обо всем Гарри, надеясь на его свежий взгляд, однако он только согласился с её выводами, пообещав наблюдать за Асторией и еще раз подробно пообщаться с миссис Моррисон, но ничего нового придумать пока не смог.
Так что пока Гермионе ничего другого не оставалось, кроме как продолжать ходить на работу и ждать хоть какой-нибудь информации от друга. Она сходила с ума от осознания того, что вокруг происходило что-то, о чем она не имела ни малейшего понятия, и с чем ничего не могла поделать.
Было и еще кое-что, что её беспокоило и о чем она ни словом не обмолвилась ни Гарри, ни уж тем более Астории. То самое, что остро укололо её во время их странного разговора. То, что вызвало в ней смутное, давящее чувство вины.
Были, черт побери, были взгляды – и протяжно-долгие, и мимолетно-легкие, словно касание крыла бабочки. Был тот недопоцелуй в гостиной. Были теплые и сильные руки, прижимавшие её к мужскому телу и бережно несущие в постель. Может, что-то из этого она себе и придумала, но что-то - определенно было. Однако Гермиона не была готова в этом признаться даже самой себе, и уж тем более – кому-то другому. Она – Гермиона Грейнджер, а он – Драко Малфой, и у них нет и не может быть ничего общего. Даже Скорпи – и тот в её жизни появился случайно и совсем ненадолго. Ничего не было. И никогда не будет.
Поэтому, когда они с Драко в очередной раз случайно встретились утром у камина, и он мимоходом бросил ей, что эта суббота у него свободна, Гермиона на мгновение замерла, чувствуя, как моментально стали влажными ладони, а дыхание на милисекунду сбилось. Понимание нагнало её ровно через миг: зоопарк!.. Малфой говорил, что хочет в следующий раз пойти с ними.
В субботу.
В эту субботу.
Послезавтра.
Смятение охватило её с головой, и все, что храбрая гриффиндорка смогла сделать, чтобы не выдать себя – лишь сдержанно кивнуть. Очевидно, этого было достаточно, потому что Малфой не стал ждать от неё большего и скрылся в камине.
Все посторонние мысли смыло, словно майской грозой. Снова и снова Гермиона перебирала в уме перечень того, что необходимо сделать: заказать билеты, позаботиться о машине, выбрать достойный ресторан поблизости, если Малфой вдруг решит задержаться в маггловском мире на обед. Годрик, дай ей сил, ведь если этот высокомерный сноб будет смотреть на все с таким лицом, будто перед ним куча драконьего навоза, она не вынесет. Пожалуй, без сопровождения авроров они на этот раз обойдутся – в конце концов, едва ли Скорпи решится повторить свою безумную выходку, да и на этот раз с ним будет родной отец. Следящих чар будет достаточно, а связывающее заклинание она наложит на Скорпиуса и Драко, а сама будет держаться где-нибудь неподалеку. Да, точно, это прекрасный план.