Между тем неделя подошла к концу, и Гермиона тихо радовалась, предвкушая два дня передышки от Малфоя – старшего, разумеется, младший представитель этой фамилии по-прежнему не доставлял ей никаких хлопот. Однако её размышления о том, успели ли испортиться продукты, которые она купила еще в воскресенье и которые с того дня ей ни разу не пригодились, были прерваны вопросом Драко, заданным самым невинным и бесхитростным тоном, на который он, по-видимому, был способен.
- Вы же придете завтра, чтобы посмотреть, как Скорпиус летает?..
Гермиона замерла, а на неё одновременно уставились две пары хрустально-серых глаз в ожидании ответа.
Не то чтобы она была против. Скорее наоборот, она была бы рада присутствовать при каждой попытке Скорпи взобраться на метлу – эротические грезы с Драко в главной роли все же не окончательно изгнали из её ночей все прочие, не столь приятные, сны. Но при мысли о том, на что способен Малфой в саду, пользуясь тем, что мальчик отлетел в сторону и не может их увидеть, горло перехватывало, а пульс забывал о всякой размеренности и пускался в бешеную скачку. Поэтому ей понадобилось намного больше двух секунд, чтобы собраться с мыслями и изобразить должный энтузиазм, принимая их предложение.
В субботу утром Гермиона собиралась так, как будто отправлялась в логово вампиров, не меньше. Высокий воротник свитера крупной вязки закрывал её горло чуть ли не до мочек ушей, широкие брюки струились в пол, не обтягивая её ноги нигде даже на миллиметр, и завершало это все пальто с воротником-стойкой, который, впрочем, в последний момент не застегнулся из-за свитера. Однако менять что-либо было уже поздно, и, решив, что все её самые чувствительные места надежно защищены от любых посягательств, она оставила две верхние пуговицы расстегнутыми. Волосы пришлось собрать в простой узел на затылке, чтобы они не цеплялись за одежду и не привлекали лишнего, ни капельки не желанного внимания.
Когда девушка появилась в мэноре, Скорпи уже ждал её, нетерпеливо покручивая рукоятку метлы, за которой уже успел сбегать сразу после завтрака. Они как раз обсуждали разные модели этого волшебного транспорта, в которых, как ни обидно было признавать, пятилетка разбирался куда лучше неё , когда мистер Малфой соизволил, наконец, почтить их своим присутствием.
Гермиона подняла на него взгляд – и обомлела. Паршивец как будто собирался на фотосессию для “Ведьмополитена”, куда его пригласили в качестве самого сексуального отца года, а не на прогулку в собственном парке, где его никто не увидит, кроме сына и домашних эльфов. И её.
Вокруг его шеи был небрежно обернут серо-синий шарф удивительного оттенка грозового неба, отражавшегося в его глазах, которые приобрели от этого соседства точно такой же цвет. Укороченное черное пальто составляло резкий, яркий контраст с кипенно-белыми волосами и доходило ровно до середины бедра, едва прикрывая ягодицы – и она сглотнула, осознав, что, как только он оседлает метлу, оно не будет прикрывать ничего. Светло-серая ткань обтягивала его ноги так плотно, что можно было без труда рассмотреть, как под ней играют и перекатываются мышцы в то время, как он спускается по лестнице, и голова девушки закружилась, стоило ей только подумать о том, насколько же сильно эти штаны обтягивают его задницу. Интересно, он сбросит пальто, разгоряченный полетом? Повернется ли к ней спиной, позволяя облизать жадным взглядом свои ягодицы, узнать, настолько ли они округлые, какими кажутся в строгих костюмных брюках?.. Или ограничится тем, что раздразнит её любопытство, заставляя её фантазировать о нем?.. Картину завершали высокие черные кожаные сапоги и такие же перчатки, глянцевый блеск которых почему-то напомнил ей о коротком черном стеке, который мог бы так уверенно лечь в его руку… Черт, её воображение в тандеме с прочитанной на днях книгой определенно заводило её слишком далеко. Раз десять напомнив себе о том, что у её визита есть вполне определенная цель, и она здесь именно за этим, а вовсе не для того, чтобы пялиться на Малфоя, каким бы великолепным он ни был, Гермиона чертыхнулась и пошла вслед за отцом и сыном в парк.
Блондины оседлали метлы сразу же, как только вышли из дома, синхронно взмыв в небо и оставив девушку наедине со своими мыслями. То, как маленькие ручки Скорпи обхватили рукоятку метлы, мгновенно смыло морок имени Драко Малфоя. Гермиона нащупала свою волшебную палочку в кармане, убедилась, что сможет извлечь её одним движением и поспешила вперед, стараясь ни на секунду не упускать из вида детскую макушку, которая стремительно удалялась от неё, превращаясь в лишь едва различимый проблеск на фоне низкого серого неба.
Именно поэтому она первой заметила, что с его метлой творилось что-то неладное. Малфой поднялся чуть выше, оставив Скорпи разминаться над безопасной поляной, пока он сделает круг побольше, но, несмотря на небольшую высоту, Гермиона продолжала неотрывно следить за мальчиком. В один момент глаза её расширились, а руки задрожали: тело осознало увиденное на несколько мгновений раньше мозга. Она уже видела это, давным-давно, на первом курсе. И, помоги ей Годрик, она знала, чем это закончится.
Гермиона судорожно оглянулась вокруг, помня о собственных словах тогда: для такого колдовства нужен зрительный контакт. Конечно, тогда она была лишь излишне самонадеянной первокурсницей, многого еще не знала, и в тот раз ошиблась с исполнителем, но все же не с самим фактом: метла Гарри действительно была заколдована. А сейчас с метлой Скорпи происходило то же самое, что казалось невозможным, учитывая, какое количество защитной магии вливали в такие дорогие модели их производители. Но ни одной живой души, кроме них троих, поблизости не было.
Малфой пока еще ничего не замечал и был слишком далеко, чтобы увидеть её сигнал, а кричать она боялась – это могло отвлечь Скорпиуса, и тогда взбесившаяся метла сбросила бы его вниз. Гермиона побежала к нему, не сводя глаз с детской фигурки в небе. Небольшая вибрация перешла в рывки, которые резко, рвано поднимали Скорпиуса все выше и выше, а Малфой все еще ничего не видел. Задыхаясь от быстрого бега, Гермиона продолжала следить за мальчиком, поэтому только услышала рассерженный окрик Драко, который велел Скорпи немедленно спускаться вниз. О, Мерлин, если бы он только мог!..
Амплитуда рывков все возрастала, и небо рассекла черная линия – Драко наконец понял, что происходит что-то плохое, и понесся к сыну на максимальной скорости, но детская метла уже разошлась настолько сильно, что он никак не мог подлететь ближе, не рискуя задеть её и сбить окончательно, поэтому он был вынужден спуститься чуть ниже и нарезать круги, повторяя траекторию полета Скорпи, чтобы в случае чего успеть подхватить его.
Гермиона была уже недалеко от них, когда метла вдруг накренилась, под невероятным углом взлетая еще выше, и перевернулась вокруг своей оси. Она не могла этого разглядеть с такого расстояния, но точно знала, как разжались маленькие детские пальцы, выпуская древко, и мальчик спиной вниз камнем понесся к земле, пролетев всего на несколько дюймов мимо расставленных рук Малфоя. Тот одним толчком развернул свою метлу и направил её почти отвесно вниз, но Гермиона видела, что он не успеет. Знала, что он не успеет.
Но она должна.
Палочка уже лежала в её руке и, направив её на детское тело, больше напоминавшее тряпичную куклу, она прицелилась и, молясь всем богам, выкрикнула:
- Арресто Моментум!..
========== Глава 35. ==========
Комментарий к Глава 35.
Те, кто давно со мной, знают, что я неравнодушна к круглым числам :)
Сто человек подписалось на этот фанфик - а значит, глава вне очереди по такому поводу :)
Спасибо!
Гермиона стояла в дверях детской спальни, обессиленно прислонившись к стене и чувствуя, как нервное напряжение отпускает, и все тело начинает сотрясать мелкая противная дрожь. Она смотрела на то, как Малфой заботливо подает кружку с какао лежащему в постели все еще бледному мальчику, и не могла даже облечь в слова собственные мысли, хаотично блуждающие в голове. Глаза привычно скользнули по его рукам – они казались неподвижными, но то, как подрагивала поверхность напитка в чашке, говорило о том, что он просто вцепился в неё изо всех сил, не желая показывать свою слабость и без того испуганному сыну.