В магазине работы в тот день хватало, но все шло, в общем-то, как обычно, пока Мэдди, уже в конце дня, не напомнила, что вечером я обещала с ней куда-нибудь пойти. Услышав это, я чуть в витрину не влетела. Поскольку накануне умудрилась пообещать вечер еще и Сету. Со мной такое случалось, когда я чувствовала себя выбитой из колеи.
Пришлось, как я частенько поступала, решить проблему путем объединения обоих обязательств в одно.
— Мэдди хочет потусоваться сегодня вечером, — сказала я Сету. — Кажется, ей одиноко. Ничего, если я возьму ее с собой?
— Конечно, — ответил он, не отрываясь от ноутбука.
Мэдди я сказала:
— Сет должен сегодня посидеть с племянницами. Не возражаешь присоединиться?
Она, в отличие от Сета, задумалась ненадолго. И выглядела при этом скорее озадаченной, чем огорченной.
— Я вообще-то с детьми не очень... Не потому, что не люблю их... просто не знаю, что с ними делать.
— Девочки чудесные, — заверила я ее. — Они тебе понравятся.
Хотя на самом деле чувствовала себя немного неловко, вынуждая ее принять участие в семейном мероприятии Мортенсенов. Почти всю дорогу Мэдди молчала, думая неизвестно о чем. Родные Сета жили на севере города, возле Лейк-Форрест-парк. Дома на их улице казались сделанными под копирку, зато в них было где разместиться двоим взрослым и пятерым детям, и ради этого, видимо, стоило идти на жертвы.
— О господи, — сказала Мэдди, когда мы вошли.
Взору предстали сразу все пять дочерей семейства Мортенсен. В возрасте от четырех до четырнадцати лет, светловолосые и голубоглазые, как их матушка.
— Кажется, это была не очень хорошая идея...
Я огляделась. Сет приехал первым, Терри и Андреа уже отправились за покупками. Мы угодили в разгар какого-то спора. Четырнадцатилетняя Бренди пыталась перекричать девятилетнюю Кендалл и двойняшек Морган и Маккенну, которым было по шесть. Молчала только четырехлетняя Кейла, сидевшая на диване рядом с дядей. Понять с ходу, о чем спор, было невозможно.
— Она сплетет паутину! — прокричала Кендалл.
— Да не сплетет она. У нее просто название такое, — попыталась вставить измученная Бренди, но на нее никто не обратил внимания.
— А он разорвет ее рогом! — парировала Маккенна.
Морган в подтверждение разрубила воздух рукой.
— Не разорвет, если обезьяна успеет его накрыть целиком, — возразила Кендалл.
— Единорог быстро бегает. Ей его не поймать.
— Тогда он трус! — торжествующе провозгласила Кендалл. — Кто уклоняется от боя, автоматически считается проигравшим.
Двойняшки озадачились.
— Глупости все это, — сказала Бренди. — Единорогов не бывает.
Все тут же развернулись к ней и протестующе завопили.
— Эй! — крикнула я, перекрыв общий гам.
Умолкнув, они уставились на меня с таким видом, словно не понимали, откуда я взялась.
— Что тут происходит?
— Спор о том, кто победит, случись единорогу сразиться с паучьей обезьяной, — сказал Сет.
Мэдди издала странный звук. Не то всхлипнула, не то засмеялась.
— Захватывающий и аргументированный, — добавил Сет бесстрастным голосом.
Бренди застонала.
— Единорогов не бывает!
— Это паучьих обезьян не бывает! — крикнула Маккенна.
— Они как раз есть, — сказала Бренди. — Так что спор бессмысленный.
Кендалл посмотрела на нее сердито.
— Он гипотонический.
— Гипотетический, — поправила я.
— Не пугайтесь, — сказал нам с Мэдди Сет. — Это еще цветочки по сравнению с дебатами о русалках и кентаврах.
— Девчонки, — воззвала я. — Это — Мэдди.
И представила ей всех по очереди.
— Привет, — нервно сказала она детям.
Потом растерянно поглядела на Сета. После аукциона она вообще держалась с ним несколько скованно, и я мысленно велела себе поторопить его со свиданием.
— Может, я зря пришла...
Он подарил ей ту свою улыбку, от которой у всякого делалось легче на душе. Мэдди, чуть расслабившись, улыбнулась тоже.
— Нет. Лишний помощник не помешает.
Сет встал и подхватил на руки Кейлу.
— Главное — чем-то их занять, пока все, кому нет девяти, не улягутся в постель.
Двойняшки горестно взвыли.
Я посмотрела на Бренди и Кендалл.
— Задача вроде бы несложная.
— Не спеши, — предостерегла меня Бренди.
Кендалл тут же куда-то понеслась. Вернулась с большой картонной коробкой и принялась тыкать ею мне в лицо.
— Посмотри, что мне бабушка прислала.
Это оказалась игра «Монополия».