Я застонала.
— Опять!..
— Что... не нужна? Или нужна все-таки?
— Честно? — Я покачала головой. — Мне все равно. Это мой друг Питер приставал с елкой, а Сет слышал разговор.
Она бросила на меня настороженный взгляд.
— Вы с Сетом довольно часто видитесь, да?
— С хорошими парнями можно и просто дружить.
Почему-то я до сих пор скрывала правду о наших отношениях. Повинуясь инстинкту, твердившему, что так надо.
— Эх... — Мэдди допила «Маргариту». — Держу пари, со своими девушками он обходится как с принцессами.
— Ага. — Я скривилась. — Пока принцессы не начинают командовать. Мне кажется иногда, что писательство — его единственная любовь.
Мэдди, к моему удивлению, не засмеялась и не возмутилась.
— Что ж, это цена, которую приходится платить за счастье быть с таким мужчиной. Оно того стоит.
Слова ее заставили меня задуматься. Может, она права? Не слишком ли строго сужу я Сета за его рассеянность?
Покончив с обедом, мы, слегка подвыпившие, отправились на работу. И когда вошли в магазин, я подтолкнула Мэдди локтем.
— Слушай, есть предложение. Сделай на следующей неделе три авантюрных шага.
Она посмотрела на меня с испугом.
— Как это — авантюрных?
— Не знаю. — Тут я заподозрила, что я, пожалуй, пьянее, чем думала. — Для тебя авантюрных. Сходи в ночной клуб. Накрась губы яркой помадой. Неважно. Все, что я знаю, — это что потом устрою тебе экзамен, идет?
— Легко сказать. — Она нахмурилась, отворачиваясь. — Глупость какая-то. Вот так, ни с того ни с сего, возьми и сделай...
Мгновением позже я услышала голос Сета:
— Мне показалось, или ты вправду велела ей сходить в ночной клуб?
Мэдди уже отошла от меня, и я сомневалась, что она примет вызов. Увы... Я повернулась к Сету.
— Пытаюсь сделать ее жизнь ярче.
— Выпивая среди бела дня? — поддразнил он.
— Ты вроде книгу дописываешь? Позже поговорим. У меня полно работы.
Прогоняя его, угрызений совести я не испытывала, поскольку нам в любом случае предстояло вместе поужинать. Он отправился писать, и я поспешно взялась за дело. Предпраздничная горячка была в разгаре, а кое-кто из сотрудников болел, поэтому в тот день я работала не в кабинете, а за кассой. Мэдди сидела за соседней. С клиентами она разговаривала бойко, весело, и это радовало.
Перед закрытием я подошла к газетной стойке. Просмотрела заголовки, ища... сама не знаю что. Все вспоминался тот утонувший бедняга. То ли о нем хотелось узнать побольше, то ли найти что-то такое, что помогло бы разобраться с моими снами. Увы, ничего интересного в газетах я не увидела.
Ужинать мы с Сетом поехали на площадь Пионеров, где места для парковки, разумеется, не нашлось. Оставили машину в трех кварталах от ресторана и, пока шли к нему, успели замерзнуть. Прогуляться, однако, стоило — кухня в этом ресторане была каджунская, из самых моих любимых, такая острая, что согревала мгновенно. И тоуфи и суп из стручков бамии способны разогнать любое уныние.
Мы заканчивали десерт, когда зазвонил мой мобильник. Номер высветился незнакомый.
— Алло?
— Привет, Джорджина. Это Винсент.
— Привет, — откликнулась я удивленно.
— Слушай... мне нужно с тобой поговорить. Не по телефону. Мы можем встретиться?
— Сейчас?
— Да... это важно.
Я взглянула на Сета, доедавшего хлебный пудинг. Судя по его довольному виду, вряд ли он стал бы возражать против прихода Винсента.
— Я сейчас с Сетом...
— Отниму всего несколько минут, — пообещал Винсент.
— Ладно.
Я объяснила, где мы. Он сказал, что будет скоро. И не обманул. Не успела я объяснить Сету ситуацию, как Винсент уже появился в ресторане.
— Ты прилетел, что ли? — спросила я, когда он подсел к столу.
— Нет, просто был рядом. — Он посмотрел на остатки десерта. — Выглядит неплохо.
— И на вкус было неплохо, — кивнула я. — Ну, так в чем дело?
Он бросил взгляд на Сета.
— Не переживай. Сет все знает.
Тут нам принесли сдачу. Винсент повернулся ко мне.
— Хорошо. У меня к тебе всего один вопрос. Можем обсудить его на улице.
И мы снова вышли на холод, уже втроем, и зашагали к машине.
— Ты помнишь историю, — начал Винсент, — которую рассказывала мне на днях? О копе, застрелившем напарника?
— Да.
— Откуда ты об этом узнала?
Я молчала некоторое время, пытаясь сообразить.
— Забыла. Наверное, по телевизору слышала. Или в газете прочитала.
— Точно?
Я нахмурилась.
— Нуда.
Винсент вздохнул.
— Понимаешь, какая штука... об этом нигде не сообщали. Я решил уточнить подробности, и... пришлось побеседовать с самими полицейскими.