— Жена таки ребенка получила. — Я призадумалась. — Ого. Наука нанесла поражение аду. Правы были философы Просвещения...
Хью усмехнулся.
— Всему виной была глупость. Кое-кому — Ракель, я имею в виду, — следовало хорошенько подумать, выбирая инфекцию как способ добиться бесплодия. Ракель облажалась. Парень возбудил процесс — по причине нарушения контракта — и получил свою душу обратно.
— Вот это да, — сказала я. — Держу пари, шуму было много. И что нынче поделывает Ракель?
Он поморщился.
— Думаю, лучше нам не знать.
Я согласно кивнула.
— Но какое отношение это имеет ко мне? Редкий случай...
— Ха, такое бывает чаще, чем ты думаешь. Просто те, кто продает душу, неувязок обычно не замечают. Зато если черт заметит или начальство... они готовы небо с землей местами поменять, лишь бы утрясти дело.
— Так ты предполагаешь, что Нифон затеял дурить меня с Тауни, поскольку нашел в моем контракте какую-то неувязку?
Хью развел руками.
— Не знаю. Знаю только, что, если появление черта на горизонте связано со столь великими хлопотами не пойми о чем, то это «не пойми что» должно быть очень серьезным. Может, и не настолько, как у Ракель, не нарушение контракта, но тем не менее.
— Мой контракт заключен давным-давно, — пробормотала я. — Все умерли, кого он касался. Будь там что не так, я бы уже, наверное, заметила.
— Не знаю, — снова сказал Хью. — Возможно, я тороплюсь с выводами.
— А ты не мог бы сам взглянуть? На этот контракт?
— Нет, — ответил он быстрее, чем я договорила. — Ни в коем случае.
— Но вдруг там есть формулировка, которой я не помню...
— Думаешь, это так просто — зайти в адские архивы и просмотреть чужой контракт? — воскликнул он. — Хрена с два. Если меня за этим поймают, Ракель в сравнении со мной покажется счастливицей.
— Но...
— Нет, — повторил он стальным голосом. — И не приставай. Я люблю тебя, ты знаешь. Ты мне как сестра, и я сделал бы для тебя что угодно. Только не это. Извини.
Я смерила его сердитым взглядом. Он ответил тем же.
— Слушай, хочешь совет? Избавься от Нифона. И от Тауни заодно. Разоблачи их, если они и впрямь что-то затеяли. И Джером с ними разберется.
— Джером неизвестно где! Проклятье... Почему ты не хочешь мне помочь? Как личную жизнь мою улаживать, о чем тебя не просят, на Сета нападать, так ты тут как тут!
Хью прищурился.
— Думаю, это лучшее, что я мог для тебя сделать.
— Спятил? Теперь он только об этом и твердит... что принесет мне горе в конце концов!
— И хорошо, — огрызнулся Хью. — Правильно твердит.
Я собрала остатки трапезы на поднос, встала.
— Ладно, еще увидимся. Спасибо тебе... за все.
Хью пошел за мной к урнам.
— Ты ведешь себя глупо.
— Я никогда так с тобой не поступала, как ты со мной сейчас, — сказала я, сваливая мусор в урну. — Потому что я тебе — друг.
— Дружба здесь ни при чем.
— При чем!
Он поставил свой поднос в общую стопку и посмотрел на часы.
— Слушай, мне пора. Уж извини, что не могу дать ответ, которого ты ждешь. Увидимся у Питера?
Питер, не в силах пропустить ни одного повода устроить вечеринку, собирал всех и на Рождество — сколь бы странным это ни казалось.
— Нет. Я буду с Сетом. Если он, конечно, не порвет со мной из-за твоего прекрасного совета.
Хью закусил губу, удерживаясь от какого-то нелестного замечания. Покачал головой, развернулся и ушел.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
Звонка от Данте так скоро я не ожидала. Он сам упомянул, как сложно изготовить амулет против Никты. И я решила, что это потребует изрядного времени — если получится вообще. А после разговора с Хью только укрепилась в недоверии к способностям Данте.
Но он сказал по телефону:
— Защита готова. Сделал все, что мог. Нужен амулет — так приезжай, забери, — и отключился.
Я отправилась на Рэйнервэли и никого, как обычно, в заведении Данте не застала.
— Похоже, дела у тебя перед Рождеством не очень?
— На самом деле, — сказал он, выходя из задней комнаты, — ты бы удивилась, узнав, сколько отчаяния вселяют в людей каникулы. Держи!
Он бросил мне что-то размером с бейсбольный мяч.
Я поймала его, разглядела и почувствовала разочарование. То был сплетенный из тоненьких, темных веточек шарик. Сквозь щели виднелось несколько вещиц внутри — камушек, перышко, еще что-то. Я тряхнула шариком, тот загремел.
— Это он? — спросила я. — Амулет, способный отогнать сверхмогущественное сновиденное существо? Похоже на реквизит к фильму «Ведьма из Блэра».