— Смотри, вот тут вроде бы…
— Ага, счас! Ты ж не только на окно смотри, но и дальше, под ноги! — Илья шустро вскакивает на окно, что показывала девочка. Аккуратно протягивает руку вперед и тут же одергивает. — Ай! — ладонь ребенка покрывается корочкой инея.
Илья спрыгивает и начинает дышать на руку.
— Дай, помогу! — Аня, зажав зонт под мышкой, принимается растирать ладонями руку друга.
— Все в порядке… спасибо! Давай искать дальше. Надеюсь, нам повезет, и мы отыщем вход раньше, чем окоченеем.
— А почему не ткнуть туда палкой?
— Стекла на всякие палочки, камешки не реагируют, только на тех, кого можно убить.
— А если зеркальце на палочке просунуть? — Аня начинает копошится в рюкзачке.
— Скорее всего, ничего не увидим. Тут же луна светит, а там темень...
— Я пойду добровольцем! — вызывается солдатик из капюшона.
— Нет, Командир, ты маленький, тебя холод быстрее заборет.
— Я хоть и меньше, но зато старше по званию. Так что отставить споры!
— Есть, — Илья хмуро оглядывается по сторонам и замечает небольшой прутик, как раз подходящий, чтобы зацепить солдатика. — Я постараюсь как можно быстрее, чтобы ты меньше пострадал! Ань, есть нитка?
— Резиночка подойдет?
— Ага.
Девочка достает из рюкзака оранжевую резинку для волос и протягивает Илье.
— Спасибо!
Пока мальчик закреплял солдатика на палочке Аня изучила несколько других окон.
— Илья, давай вот это попробуем!
Ребенок подносит прутик с солдатиком к оконному провалу и резко выдергивает — Командир молча переносит боль, а Илья зажимает его в руках и ощущает сильнейший холод.
— Ох уж нет! Набирайся сил.
— Лучше будем проверять по очереди! — сообщает Аня забираясь на соседнее окно.
— Погоди, давай лучше я, я уже...
Девочка сует руку за оконный провал.
— Нашла! — она достает из провала руку и машет Илье, улыбаясь. — Я же говорила, что мне после черной кошки везет!
— Тебе повезло, что тебе повезло…
— Давай сюда, скорее, тут темно!
— У меня есть фонарик, — произносит Илья и, отвязав солдатика от ветки, вновь кладет того в капюшон. — Вперед!
***
Луч Фонаря, освещая стены комнаты, замирает на двух числах, написанных на правой стене. 217 и чуть поодаль 36. Они написаны чем-то красным. На глазах у детей семерка и шестерка начинают выцветать, а затем на их месте медленно проступают цифры девять и восемь. Они ярче остальных, тонкие алые струйки стекают вниз по стене.
Илья подносит палец к губам, а затем аккуратно шагает к выходу из комнаты.
— Смотри! — шепчет девочка, когда они выбираются.
Свет фонаря указывает на металлический кругляш на полу.
— Вижу. Монетка?
— Ага, подозрительная монетка! И нить от нее вверх идет.
— Нить? Не вижу! А, это тебе очки показывают!
Илья направляет фонарь на потолок над монетой, там едва заметно колеблется воздух.
— Вот оно что! Как назовешь?
— Я? — удивляется Аня.
— Ну это ведь ты нашла!
— Эм… а как назвать?
— Ну там, Чертова растяжка, может?
— Хорошо! Или… Ведьмина монета?
— Класс!
Девочка, улыбнувшись, озирается.
— И как мы в такой темноте будем кота искать?
— Есть у меня способ! — Илья демонстрирует маленький железный шарик. — Только давай выйдем туда вон, на проход в коридор, там лучше искаться будет: стен меньше.
На месте Илья отдает фонарь Ане, достает пластиковую мышку и фотографию, на которой изображена девочка с рыже-белым толстым котом на руках. Кладет их на пол, а рядом кусочек газеты.
— Цезарь-Цезарь, кис-кис-кис!
Илья держит в одной руке металлический шарик, а другой рукой сыплет на газетку бубки Вискаса.
— Кис-кис-кис! Цезарь-Цезарь!
Шарик в руке начинает пульсировать и искриться маленькими разрядами тока.
— Ух ты! Больно?