— В любом случае, милая, здесь никого не было, — Михаил окинул пространство взглядом, словно впервые присутствуя в этой комнате, словно не он утверждал дизайн на макетах. — Никого, кроме тебя.
— Почему ты так уверен? — спросила блоггерша, убирая за ухо прядь волос, густо политых сухим шампунем.
— На камерах ничего не зафиксировано.
— Но у него ведь уже был доступ раньше, и…
— Пленка просмотрена по часам. Нет отсутствующих фрагментов, мисс, — снова влез в разговор телохранитель. — И никаких следов склейки. Мистер Мишин прав.
— Слава богу! Наконец-то и меня поддержали в этом доме, — произнес мужчина. — Тебе нужно выкинуть из головы эту ерунду, Маша. Она отравляет твой мозг спорами несчастья и тянет за собой на дно.
Мэри показалось, что пока она лежит на больничной койке, отец ее вместе с матерью слетал не то в Индонезию, не то в Индию на очередной йога-тур. Ели фрукты, от которых животы их раздувались газами, впитывали энергию солнца, густо обмазавшись spf. Только после подобного мужчина сыпал эти многозначительные фразы. Голова действительно шла кругом, Маша усомнилась в собственной адекватности, но лишь на мгновение. Она плотно сжала губы и тут же разжала их, собираясь с силами, пытаясь найти ответ на доводы отца… Но все тщетно. Она вновь откинулась на спинку кровати, и мягкая пуховая подушка приняла ее вес. Благодаря убойной дозе обезбола Маша почти не чувствовала ноющую лодыжку. Костыли стояли рядом с койкой, но Михаил предупредил, что пользоваться ими не стоит: Маше нежелательно ходить. «Быть куклой в руках жадной аудитории или провести остаток жизни в койке, что же лучше?», — спрашивала девушка саму себя.
— Я вынужден оставить тебя, милая… Мне нужно открыть от твоего имени салон с игровыми автоматами для подростков и детей, — Машу, разумеется, никто не спрашивал об этой авантюре. — Чем быстрее ты вернёшься в строй, тем всем нам будет лучше. Я уже устал выполнять твою работу, солнышко.
— Представь, как устала я, — шепнула Маша с раздражением.
— Ты была для этого рождена! — Михаил рассмеялся, и живот его запрыгал, словно мячик. — Звезда зажглась!
— Конечно, — прошипела блоггерша сквозь зубы.
«Всем будет легче», — эхом отозвалось в голове. Михаил кивнул дочери, и второй подбородок его дрогнул, как фруктовое желе, губы растянулись в самодовольной усмешке. На Тома он не смотрел, поспешил уйти, не перекинувшись с телохранителем и словом. Маша знала, что отца разозлила небольшая перепалка, которую Том устроил. Он заступился за нее, такого ведь не бывало раньше. Девушка смотрела за тем, как дверь в ее комнату открывается, выпуская отца в коридор, и закрывается обратно с помощью старого скрипучего доводчика. Она вновь почувствовала себя брошенной. Пожалуй, в таком возрасте пора перестать надеяться на родительскую любовь, отпустить мечту и отрастить острые зубы, чтобы вцепиться в эту жадную руку. В одном сталкер ее был прав… Михаил — отвратительный человек.
И мысль эта поселилась в ее голове только сейчас, будто раньше Маша и не обращала внимания на все его проступки. Появление MARRYYOU22 в ее жизни расставило все на свои места. Если Маше удастся пережить своего мучителя, она начнет жить по-другому, она будет ценить каждый момент, и ничто не остановит ее от долгожданного счастья. Нужно переоформить на себя счета, заручиться поддержкой хорошего юриста, СМИ, устроить скандал. Нужно поплакать на камеру, чтобы фанаты устроили отцу травлю и помогли ей сбежать из этого бесконечного кошмара. Маша почувствовала, как губы сами собой растянулись в улыбке, в хищном оскале. Она достойна большего, чем цифровое рабство в руках собственных родителей, которым все мало.
— Мне очень жаль, что ты был свидетелем этой некрасивой сцены, — проговорила Мэри тихо. — Мне не часто приходится с ним о чем-то спорить, — Маша сложила пальцы в замок.
— Но не потому, что вы с ним во всем согласны, — ответил Том, грустно улыбнувшись.
— Нет, не поэтому, — ответила девушка тихо, точно боясь. — Спасибо, что заступился за меня. Это происходит впервые.