— Ты с концами решил уехать с родной земли? — спросил Саня, подкуривая сигарету.
— Так здесь она — моя Родина, — я широко обвёл руками помещение, уложив руки вдоль спинки дивана, и снова подмигнул Миле, сидящей справа от меня.
Родом я был из России. Однако, корни по линии отца уходили в древний немецкий город Гамбург. Оттуда и моя интересная фамилия. Правда отец ещё будучи ребёнком переехал сюда и до зрелого возраста считал себя русским. А потом неожиданно для нас с матерью вспомнил об истоках и укатил на свою Родину, оставив нас сначала на время. А в итоге навсегда...
К сожалению несколько лет назад мамы не стало. До последнего времени я берёг как реликвию её квартиру, которая когда-то досталась ей от бабушки. А так давно бы мог купить себе новую в современном желищном комплексе. Но рука не поднималась продать квартиру матери. Да и хорошо мне в ней всегда было. Я и сдавать её решился не сразу. Потребовал у агента тщательно подойти к выбору людей. И он не подвёл. Девчонки действительно были умничками. Они не знали, что агент присылал мне периодически фотографии и видео, чтобы я убедился, что в квартире чистота и порядок.
Снова мои мысли вернулись к ней. Круг замкнулся. Нужно срочно с этим что-то решать. Очень удачно меня сейчас якобы невзначай касалась свой ножкой Мила, бросая на меня кокетливые взгляды.
— А где Жека и Кот? — ощутив долгожданную волну расслабления от выпитого алкоголя, спросил я у сидящего на диване напротив Сани с яркой блондинкой.
— Этих мы давно потеряли, — нехотя перевёл осоловьелый взгляд из неприлично глубокого декольте свой спутницы на меня. — Два года назад женились и всё, — комично развёл он руками. — Ты многое пропустил, брат.
Действительно. Как универ закончили, еще часто виделись. Потом я укатил в Европу. Первый год еще созванивались, а потом как-то сошло на нет наше общение. Да и не до этого мне было. С головой ушёл в работу. Увлёкся.
— Я смотрю, мы и Макса теряем, — ухмыльнулся я и кивнул Сане в сторону, где у перил стоял Ветров и тяжёлым нечитаемым взглядом сверлил танцпол сверху вниз.
— Опять Котову увидел, наверняка. Костян ему за сестру пообещал голову оторвать, вот и беснуется смертник.
Мы дружно засмеялись и опустошили очередной бокал с янтарной жидкостью, окончательно хмелея. Вечер становился всё более приятным. Девушки, будучи изрядно пьяными, решили устроить нам показательное выступление, демонстрируя в развратном танце свою непрекрытую во всех смыслах сущность. Я уже не раз проверил на упругость Милкины прелести и совершено точно желал с ней уединиться.
— Может поехали к тебе? - шепнула она, намеренно касаясь губами уха, когда уселась ко мне на бёдра своей попкой, игриво потираясь о мои твёрдые намерения на её счёт.
Тонкие пальчики умело пархали по моей шее, то и дело пробираясь под воротник поло. Мои же руки по-хозяйски сжимали бедро девушки и проникали по топ. Милка не только не смущалась моих действий. Она льнула ко мне с такой горячностью, что в какой-то момент показалось, она готова отдаться мне здесь и сейчас.
— Поехали, — сипло выдавил я, сжимая сильнее нежную кожу.
В компании друзей и алкоголя было легче отвлекаться от дурных, ненужных мыслей. А сейчас в такси, пока Мила ластилась ко мне кошкой, я думал о другой. Закрывал глаза и тут же голубые омуты смотрели на меня то невинно и трепетно, то осуждающе и гневно.
Я понимал, что совершаю ужасный поступок. Прямо сейчас. Я даже боролся с собой, пока Мила разгуливала пальчиками по моему напряженному, словно из камня высеченному телу, и ласкала губами и языком мою шею, потому что от поцелуев я уворачивался. Не мог. Она не пахла клубникой. А я не хотел стирать остатки жгучих воспоминаний со своих губ.
Когда мы подъехали к дому, я даже на секунду решился остановиться. Такую, как Милка, можно разложить и в машине. Вот же она, во дворе стоит. Но вдруг накатила злость. На Дашку за её глупые отказы и на себя за то, что берёг нежные чувства этой безжалостной девчонки. Её поведение нельзя было назвать гуманным по отношению ко мне. Так почему я должен переживать за неё?