Липкий страх неизвестности и чувство вины перед коллективом вновь окутали меня, вызывая дрожь в теле.
— Что мне делать, Кира Андреевна? — мой голос прозвучал так сипло и жалко, что слёзы вновь подступили.
— Давай пару недель ты посидишь дома, отдохнешь. А дальше будем решать по обстоятельствам.
— Но я не могу остаться без работы, — едва высохшие щёки вновь стали мокрыми от слёз. — Пожалуйста, — взмолилась я.
— Дашенька, я понимаю, — женщина подошла ко мне и в поддерживающем жесте положила руки мне на плечи, немного сжав их. — Но и ты меня пойми. Если Елецкий возьмётся за нас, полетит столько голов...
Я понимала. Но страх неизвестности пугал меня так сильно, что я была готова упасть в ноги начальнице, умоляя её не увольнять меня. Конечно, я могла бы найти другое место работы. Но это займёт немало времени, да и столько, сколько в этом ресторане, мне не заработать в другом месте. Как я могла споткнуться на ровном месте?
— Две недели, Даш. А там посмотрим, — успокаивала Кира Андреевна уже во всю рыдающую меня. — Тем более мне показалось, твой молодой человек способен обеспечить тебя...
— Он мне не парень, — резко отпрянула от женщины я. — Не знаю, зачем он так сказал, — моя истерика внезапно прекратилась.
— Очевидно, чтобы защитить тебя, — снисходительно улыбнулась Кира Андреевна. — Думаю, вы сами разберётесь в своих отношениях, — сказала она, аккуратно подталкивая меня к выходу. — На сегодня твой рабочий день окончен. Хорошо отдохни в отпуске, а то в последнее время ты сама не своя.
Это верно. Но мне так была нужна эта работа. Особенно в дни новогодних праздников. Плакала моя квартира.
Я понуро поплелась к двери, ощущая себя слабой и разбитой. Сегодня явно был не мой день. Хотелось рухнуть на кровать и забыться крепким сном.
Ха. Высплюсь ещё. Минимум две недели в полном моём распоряжении. Только вот где? А может поехать пока домой? Родители будут в восторге. Они так давно ждали меня...
За этими мыслями я и сама не заметила, как вышла из кабинета администратора. Но, не сделав и пары шагов уткнулась в огромную мужскую фигуру.
Артур ждал меня. Как и обещал. Это что-то невероятное. Сюрреализм. На его лице сияла улыбка. Такая искренняя и тёплая, что я непроизвольно зависла.
— Пойдём? — его бархатный голос обволакивал меня, гипнотизировал. — Где находятся твои вещи?
Он взял меня за руку, а я, как заворожённая, немигающим взглядом уставилась на наши сплетённые пальцы. В груди что-то болезненно сжалось. Но эта боль отличалась от той, что я испытывала ранее. Сейчас она была скорее отражением страха, что это всё иллюзия или неизвестные мне игры Артура, на которые я с легкомысленностью мотылька велась и не желала его останавливать.
Глупо? Наивно? Пожалуй, да. Но мне было так хорошо рядом с этим, другим, Артуром. И будь, что будет. Но я была не силах сопротивляться его притяжению и магнитизму. Он как змей-искуситель умело затягивал меня в чарующую неизвестность, обещая, что там меня ждёт что-то невероятное и незабываемое.
22. Артур
Именно в тот момент, когда закрыл Дашу собой от недобрых взглядов, бережно сжимая её маленькую ручку в своей, я абсолютно точно осознал действительность. Даша нужна мне. И я хочу быть с ней. Хочу попробовать начать с ней отношения. То, чего не делал ещё никогда в своей жизни.
Бразды правления во мне будто взяли демоны, которые, не замечая преград, неслись прямо к цели. Я словно вынырнул на поверхность из глубины мутных вод и теперь, точно зная, где берег, двигался в верном направлении.
Я сильно виноват перед Дашей. Но я обязательно поговорю с ней и попрошу прощения. Только не сегодня. Она так устала и перенервничала за этот вечер, что с моей стороны будет кощунством вести с ней задушевные беседы этим вечером. Завтра. Всё завтра. А сейчас, я заберу свою несносную девчонку подальше ото всех, в своё логово.
Одни только мысли об этом будили во мне что-то новое. Оно клубилось за рёбрами густым дымом неведомых чувств. Но лишь сейчас я был уверен, что поступал верно.
Стоя за дверью кабинета, я позвонил Максу и через него оплатил счёт. Выслушал от друга, каким я выглядел сейчас в их глазах, но это всё стало совершенно неважным. А поистине важно было одно — дождаться Дашу. Поэтому стоял под дверью как верный пёс и ждал её возвращения.