— Виконт Мавен ваш троюродный племянник? — Он чуть удивленно приподнимает брови на этот вопрос и с тем же удивлением отвечает.
— Да. У вас великолепный имперский, ни малейшего акцента. Это превосходно, не придётся переучивать. Как догадались? — ожидаемый вопрос и такой же ожидаемый ответ.
— Для этого просто нужно увидеть. К чему это?
— Вы о чём? — делает граф удивленное лицо.
— Зачем я вам? Я прошу вас, говорите прямо и наконец-то представьтесь, а то вы меня знаете, а я вас нет. — Его лицо неуловимо меняется, выражение глаз становится холоднее, в них появляется презрение и снисхождение. Да, я напомнила ему о манерах, но это не повлияет на исход. Всё равно, чуть позже неверное слово или любое недовольство с моей стороны, и та же реакция. Итог: рано или поздно это случится, в данном случае лучше рано.
— Граф Демир Ларен Накеваш, заместитель главы *атакующих армии империи Родес, — и ждёт ответ, зная его.
— Анара Нарайя Ведан, — и я отвечаю, чуть склоняя голову вперёд, но он качает головой, на что я вопросительно перемещаю её уже на бок.
— Аннимаиса Дасия Мавен, — моё лицо наверняка вытягивается и кривится при звуке последнего, имени рода, которое я уже слышала недавно.
Перед глазами мелькают десятки вариантов, смешиваясь с задачей, которую я себе поставила, руки тянутся и берут в руки чашку. Делаю глоток, чуть прикрывая глаза, и осмысливаю ситуацию. Не будет боя, которого вы ожидаете, граф. Не будет криков и ругани степной девчонки. Будет другой вариант, но вы его тоже просчитали. Я знаю.
Во мне просыпается другая половина, та, что досталась от отца. Канорайского контрабандиста и успешного торговца. И ставки переговоров тут выше, чем поставка запрещённых зелий с дурманом или цализийских шкур. Тут ставка — жизнь. Видимо, что-то промелькнуло в моих полуприкрытых глазах, на что Маэс подобрался, как хищник перед прыжком. Это не нападение, граф, это хуже. Это торг. Незаметный торг по-канорайски. И заключается он в убеждении оппонента в следовании его плану, но при этом в получении того, что нужно тебе. А мне нужны жизни.
Отставляю чашку на столик. Меняю позу, одну ногу выпрямляю, а другую сгибаю, рукой обхватываю её и, скрещивая между собой пальцы двух рук, поднимаю взгляд на Накеваша. Да поможет мне Вакар, бог воров и контрабандистов. И да начнётся Торг.
— Объясните, Маэс Накеваш, я не понимаю, — мой задумчивый взгляд устремляется в пустоту, я и правда не понимаю, но не то, что подразумеваю под этим вопросом. И он решает прояснить расклад.
— Всё просто, девочка. Ты Малькура и, поверь, я осведомлён о ваших возможностях. Ты станешь сестрой Вадара, виконта Мавена и моего племянника. До шестнадцати лет ты будешь обучаться, а потом исполнишь свою роль. — На моем лице не отображается ничего, а выражение глаз остаётся таким же пустым, смотрящим в никуда. Я меняю позу, скрещивая ноги бабочкой, но пальцы остаются в том же положении, а оттого незаметно то, как я планомерно копирую графа.
— Где я буду жить? — довольная улыбка расползается на его лице. Рано.
— В моём загородном поместье; единая попытка сбежать, и все рабы из твоего племени умрут. — Он знает мою реакцию и требования наперёд. Но всё равно не учитывает одного. Я повторяю его недавнюю позу, подбираясь, готовая нападать.
— Они не должны стать рабами и Нукар должен быть со мной. Вы верно отметили то, что я Малькура. Я отомщу за каждую искалеченную или ушедшую душу, клянусь Наури.
Малькуры. Как много может означать и нести в себе всего одно слово. Малькурами пугали как детей, так и взрослых. Они разрушали самые затейлевые планы и доносили до людей за километры то, что они не должны знать. Правду. И самое главное, они умели говорить так, чтобы их не только слышали, но и услышали. Малькуры видели будущее и умели его изменять. Вот почему за ними охотились. Ведь, увидев ошибку и её последствия, ты сможешь её избежать, а далее и достигнуть небывалых высот. Добавляем дар убеждения, и вот он — рецепт успеха.