Я часто бывал при дворе и насмотрелся на многие женские, и ещё совсем детские, и уже престарелые лица, но такое увидел впервые. Необычайно прекрасные зелёные глаза, настолько яркие и чистые, что будь мы в любом другом месте, с уверенностью бы констатировал, что это воздействие зелья. Упавшие спутанные и вспыхнувшие алым пряди обрамляющие лицо с идеальными чертами завораживали. А пухлые, на грани, губы, с трещинами и кровоподтёками в уголках, манили уже сейчас. Наваждение спало в тот миг, когда лицо напротив скривилось в выражении понимающего презрения. Я резко отпрянул от ярко представшего перед глазами образа другого лица с точно такой же гримасой.
Скопившиеся эмоции выплеснулись на воинов, и я уже в красках представлял, как дожму их, а заодно и ожидаемо восставших степняков, как внезапный крик незнакомых слов заставил застыть. Убеждение магического характера было сильнейшим, но благодаря артефактам и собственным способностям спало очень быстро. Медленно разворачиваясь, я уже знал что увижу. Вопила всё так же подвешенная девчонка. Но как она могла применить такое? Если только… Я активировал артефакт усиления звука и услышал стихающий бунт. Недоумение, непонимание заставили застыть, а потом догадка ослепила меня. Ярким фаерболом она пробежала и заставила всмотреться в невозможные глаза. Отдельные части сложной фигуры непонимания складывались в одну однозначную. Малькура. Все остальные события промелькнули вспышкой молнии, не задерживаясь, на автомате, до каркающего крика, который побудил обернуться. Сделанный жест заставил замереть. Сердце за сердце. Жизнь за жизнь. Ярость всколыхнулась в груди рычащим драконом. За кого она готова, отомстив, умереть? Имя не принесло ясности, но я кивнул, принимая условия. Что ж, она понимала что обозначала этим.
Указания, приказы, пару раз свистела изъятая у ближайшего воина плеть. И она же ложилась на спины новоявленных рабов. Его я увидел сразу. Непокорная поза, дерзкий взгляд и порывающийся исказиться в оскале рот. Вожак. Побеждённый, но непокоренный. Никто иной и не мог быть заинтересовавшим малькуру. Только сильнейший. Сильнейший. Не определившийся до конца план и ссоры с ближайшими соратниками из-за невозможности его воплощения. Из-за недостатка одного ресурса. Того, кто бы смог подобраться и сделать всё чисто, искренне, правдиво. Идея, мельтешившая всё это время на краю сознания, оформилась в стройную и логичную цепочку плана. Ту цепочку, которая сможет сработать без осечки. И сейчас главное звено этой цепочки, которая приведёт к цели, в его, Графа Накеваша, руках.
Все сборы были привычными и отлаженными, прошедшими без проблем, за исключением неожиданно отключившейся на неопределённый срок девчонки.
Как я орал, это надо было видеть. Бедный лекарь заикался, давая прогнозы, и впервые за свою целительскую практику промолчал о возможных последствиях для девочки и то, что она, скорее всего, вообще не очнётся. Тогда бы его, посмей он произнести это в слух, и лекарь был в этом уверен, казнили на месте. Глупец. Как будто я этого не вижу. Привычный завуалированный допрос для парня, и вот, я уже знаю имя девчонки и всю её подноготную. Анара. Грубое, мужское имя. Совсем не подходит для предназначенной ей роли и ей самой. Взгляд наткнулся на племянника, и губы сами растянулись в улыбке. Слишком зарвался щенок и забыл своё место. План привычно дополнился деталями и списком людей, которым придётся написать. Сестрица задолжала ему услугу и будет совсем не против обзавестись дочерью. Кажется, она этого даже хотела лет пятнадцать назад. Ну, желания сбываются.
Но какое имя дать девчонке? Нежное, ласкающее слух, с приятным и интимным сокращением. Изабелла? Нет, была при дворе одна особа с этим именем, и шлейфом тянулась за ней отвратительная слава. Кэролайн? Так зовут дочку недружественного посла, уж точно не подходит. Вот так в раздумьях, поправках плана и рыках на лекаря я провёл четыре мучительно долгих дня. Нетерпение во мне бурлило как в юнце, и только выучка заставляла не подпрыгивать, но она не могла удержать взгляда, который вечно метался в сторону телеги с девчонкой. Давно я не чувствовал себя таким бодрым. Но вот меня отвлекли донесением, и не успел я закончить решать проблему, как увидел, что ко мне несётся озабоченный воин. Жалея что пропустил самое интересное, я подоспел только к потрясающей картине, заставившей сердце биться чаще.