Джеймс сложился пополам, издавая звуки умирающей чайки, Пит с Ремусом громко заржали следом. Лили, семенившая рядом, недовольно сложила руки на груди, но даже она поджимала губы, сдерживая смех. Снейп же, казалось, сейчас просто взорвётся от злости. Он повернулся, собираясь что-то сказать, но, увидев среди них Лили, как-то побледнел. Его взгляд потускнел, и он молча развернулся, чтобы уйти, не сказав им ни слова в ответ.
— Никак не может пережить тот факт, что ты теперь моя девушка, — немного самодовольно сказал Джеймс, притягивая Эванс к себе.
— Ты такой ребёнок, Поттер! — Она покачала головой, слегка отталкивая его и направляясь прямо по коридору. — Это не соревнование, перестань уже его донимать.
— Да ладно, цветочек, — включился Блэк, поддерживая друга. Лили закатила глаза. — Шутка всё равно была смешная, я видел, ты почти засмеялась!
Они продолжали шутливо спорить ещё какое-то время по дороге в башню Гриффиндора, просто потому что Сириус обожал цепляться к Лили, а она обожала отчитывать всех вокруг. И как так вышло, что в компании мародёров был уже полный набор из старост их факультета?! Блэк даже не знал, радоваться из-за этого или хвататься за голову от ужаса. Хотя он давно заметил, что Лунатик и так никогда не мог остановить их безумства, а Эванс сама иногда подхватывала дух мародёров и удивляла их своими идеями для розыгрышей. Сохатому очень повезло с девушкой.
***
Выпускной бал проходил в последний день перед отъездом из школы. Ради праздника профессора изменили Большой Зал до неузнаваемости: вместо длинных факультетских столов появились маленькие круглые столики, расставленные по периметру, а там, где обычно сидели учителя, была импровизированная сцена. Всюду были развешены разноцветные гирлянды, а пышные цветы парили прямо в воздухе, стены украшали яркие волшебные плакаты с прощальными пожеланиями для выпускников. Церемония начиналась в семь часов вечера, и всё время до этого ученики сходили с ума в суматохе: собирали чемоданы в последний момент, наряжались, а семикурсники репетировали танец, внезапно начиная вальсировать то тут, то там.
Оливия сидела в своей спальне уже полностью готовая, но было ещё слишком рано выходить. Аделин носилась по комнате в поисках пропавшей туфли (Розье посмеивалась над подругой, видимо, забывшей о существовании полезного заклинания Акцио), Ирма и Сара толкались перед зеркалом, пытаясь накраситься, а Фрида завивала волосы магловской плойкой, зачарованной работать без электричества. Их частично собранные чемоданы стояли возле кроватей, кругом была раскидана одежда и косметика, в воздухе стояла убийственная смесь запахов разных духов и лака для волос.
Девушки были одеты в свои парадные мантии и выглядели просто волшебно. Мантия Оливии была глубокого черничного цвета, атласная и очень красивая, с ярким подкладом и лентой на поясе. Она собрала волосы в аккуратную причёску и надела удобные туфли на низком каблуке. Конец каждого года в Хогвартсе был праздничным, это всегда была её любимая часть учёбы здесь. А ещё вечеринки, конечно. После банкета, официальной части и танцев все студенты соберутся в своих гостиных и будут веселиться до упаду.
Хотя в большинстве случаев все всё равно собирались у гриффиндорцев. Львиный факультет всегда умел устраивать лучшие тусовки во всём замке, никто не мог с ними соревноваться на этом поприще. Они выиграли кубок квиддича, третий год подряд, так что был ещё один повод отпраздновать. А вот кубок школы на этот раз заполучили Когтевранцы, и Оливия была невероятно горда из-за этого. Гриффиндорцам не видать его до тех пор, пока не выпустятся мародёры, регулярно теряющие огромное количество баллов из-за своего поведения.
Оливия вместе с остальными вышла в гостиную, где царил ещё больший хаос: дети скакали вокруг, ползали под столами в поисках потерянных вещей, кто-то из младших громко ревел, книги парили под потолком, чья-то метла зависла над диваном и периодически поворачивалась вокруг своей оси. Огромная жаба прыгала по звёздному ковру, пока четверокурсник Джек гонялся за ней с мольбами прекратить удирать. Некоторые ученики зачем-то вынесли чемоданы из спален и складывали вещи прямо тут, сидя на полу. Все собирались возвращаться домой.
В коридоре было тоже полно народу. Многие уже отправились в Большой зал, чтобы занять лучшие места, и поток людей двигался как единое целое. Оливия присоединилась к нему, идя под руку с Аделин. На бал не требовалось приходить с парой, что было таким облегчением. Большинство студентов шли в компании друзей, но некоторые всё равно разбились на парочки. Розье закусила щёку изнутри, наблюдая за воркованиями одной из них — они держались за руки и всё время шептались. Оливии очень бы хотелось пойти вместе с Блэком, но вряд ли им удастся хотя бы раз потанцевать.
В зале уже собралось больше половины учеников, профессора все сидели за несколькими столиками ближе к сцене. Оливия проследовала за своими подругами, позволив кому-нибудь из них выбрать место. Ей было всё равно, где сидеть, по большому счёту. Она огляделась по сторонам и не увидела ни Сириуса, ни его друзей. Как всегда, их где-то носило. Но вскоре они объявились и уселись прямо рядом с когтевранками, сверкая своими улыбками и новенькими парадными мантиями.
Сириус был просто великолепен, по мнению Оливии. Ему так шёл весь этот официальный образ, хотя, наверное, ему шло вообще всё, что угодно. Он не сводил глаз с Оливии, тепло улыбаясь ей, и в её животе начинали порхать бабочки. Ей даже было всё равно, видел ли это Эван. Просто плевать. Это его последний день в школе, больше она его здесь не увидит.
Лили тоже сидела вместе с парнями, очень красивая, в нежно-розовой мантии, с этими своими длинными волосами. Джеймс пялился на неё влюблёнными и полными восхищения глазами, а она — на него. Эти двое были счастливы вместе, это было очевидно. Ремус и Питер сидели с не самыми довольными лицами, будто им вовсе не хотелось здесь быть. Люпин хмурился и явно чувствовал себя неуютно, Петтигрю же просто завистливо косился на Джеймса и Лили, вздыхая.
Вскоре все собрались, и Дамблдор в сверкающей золотой мантии поднялся на сцену и затянул какую-то дурацкую речь о школе, дружбе, любви и бла-бла-бла. Оливия не была уверена, повторялся ли он каждый год или всегда говорил что-то новое, она никогда особо его не слушала. Потом их тарелки на столах заполнились всевозможными блюдами, и какое-то время все просто ужинали, шумно переговариваясь между собой. На фоне играли зачарованные инструменты, стоявшие в глубине сцены.
После ужина посуда исчезла, инструменты стали громче, и все в зале притихли. Небо под волшебным потолком уже окрасилось в оттенки оранжевого и розового — солнце садилось, заливая своими последними лучами всё вокруг. Постепенно зажигались свечи. В этой чудесной атмосфере семикурсники поднялись со своих мест, выстроились в длинный ряд по парам. Музыка вдруг остановилась, а потом грянула с новой силой, и выпускники закружились в вальсе. Это было завораживающее зрелище.
Конечно, танцевали не все, большинство остались сидеть за столами. Но даже так всё это выглядело очень впечатляюще. Оливия проследила взглядом за Эваном, который вёл в танце какую-то слизеринку в вишнёвой мантии. Девушка улыбалась, наслаждаясь вниманием к себе, Эван тоже выглядел самодовольно, двигаясь легко и естественно. Отец нанял для них с Оливией хореографа ещё когда тем было по шесть-семь лет. Настоящие аристократы должны уметь всё.
Когда вальс закончился, все зааплодировали выпускникам, те откланялись и снова вернулись за столы. Потом деканы всех четырёх факультетов толкнули трогательную речь, поздравляя своих воспитанников, а Дамблдор одним взмахом палочки раздал всем большие дипломы в чёрной кожаной обложке с тиснёным гербом Хогвартса. Хор под руководством Флитвика вышел на сцену, они исполнили несколько песен, тоже сопровождавшихся овациями зрителей, и наконец с официальной частью было покончено. Музыка стала живее, все потянулись танцевать.