Киран никак на это не отреагировал, и Дилан, пожав плечами, ушел.
Глава 14
Саванна ехала в салон Вайноны, и ее руки крепко сжимали руль. Весь день, делая вид, будто она слушает своих клиентов, женщина думала о Трэвисе и Рене. Хотя она и рассмеялась, когда Марисса сообщила ей, что между ними что-то есть, на самом деле она отнеслась к этой ситуации серьезно. И к тому времени, когда закончилась встреча с ее последним клиентом, она уже довела себя до бешенства.
И это после всего того, что я для нее сделала!
Это настоящее предательство, думала она. Рене укусила ту самую руку, которая практически кормила ее семью с тех пор, как они приехали в город. Если бы не покровительство ее, Саванны, эта женщина бы все еще выклянчивала работу, сидя в подсобке и надеясь, что в салон зайдет какая-нибудь не записанная ни к какому мастеру женщина, чтобы эта самая Рене могла заработать себе на жизнь. Каким же человеком надо быть, чтобы вот так всадить ей, Саванне, нож в спину.
Но по крайней мере ей удалось не показать своей тревоги Мариссе. Если бы Саванна проявила малейшие признаки беспокойства, ее старая подруга немедленно рассказала бы всю эту историю всему городу. Тогда над Саванной и правда закружилась бы стая стервятников. Если Трэвису может вскружить голову такая, как Рене, они решат, что им и подавно будет легко это сделать. Но ничего ни у кого из них не выйдет. Если Рене вообразила, что она может впорхнуть в город и отбить у другой женщины мужчину, который принадлежит ей по праву, то она крупно заблуждается.
Саванна въехала на парковку и, убедившись, что машины Рене там уже нет, вышла из автомобиля. Она приехала, чтобы поговорить с Вайноной – единственной участницей этой истории, чьи интересы совпадали с ее собственными. Ведь на карту поставлена репутация ее салона. Если жительницы Болингброка начнут думать, что Вайнона будет сидеть сложа руки, пока ее девушки будут уводить у них принадлежащих им мужчин, они очень скоро перестанут ходить в ее салон.
Когда Саванна вошла в салон, он был почти пуст. В приемной не было ни одной клиентки, и большинство парикмахерш уже закончили работу и ушли. Она посмотрела на двух оставшихся мастеров: Тэмми занималась укладкой, а Сисси – стрижкой. Интересно, знает ли кто-нибудь из них о Рене и Трэвисе?
Наверняка об этом знают они обе, решила Саванна. Надо думать, Рене растрезвонила об этом, как только вернулась в салон, пытаясь представить дело так, будто у нее и Трэвиса может быть какое-то общее будущее. Интересно, эти две парикмахерши ей поверили? И захихикали, когда услышали ее новость? Саванна заскрипела зубами. Какая жалость, что нельзя избавиться и от них.
Не отвлекайся. Тебе надо сделать дело.
Вайнона убирала приемную. Саванна подошла к ней и завела разговор:
– Привет, Вайнона.
Вайнона подняла глаза и тепло улыбнулась:
– Привет, Саванна. Что привело вас сюда в такой поздний час?
– Да вот, ехала с работы домой и решила заглянуть, чтобы узнать, будет ли у Рене свободное время на будущей неделе.
– Рене уже ушла, но если хотите, я могу посмотреть ее журнал записей.
Саванна сделала вид, что думает.
– Нет, не надо. Я не совсем уверена, что именно мне нужно. Я просто позвоню ей утром.
Она сделала паузу, вздохнула и придала своему лицу страдальческое выражение человека, которому нужно исполнить некий неприятный долг.
– Вообще-то, – сказала она, – мне нужно кое-что вам сказать.
– Да?
– Сегодня я разговаривала с Мариссой Дэниелс. Ведь вы знаете Мариссу, не так ли?
– Да, мэм.
Еще бы тебе ее не знать. Ее отец – самый богатый человек в городе, а ее муж – мэр.
– Она сказала мне, что Рене и Трэвиса Дила видели, когда они вместе пили кофе в ее рабочее время. Вы об этом знали?
Вайнона закончила раскладывать глянцевые журналы в аккуратный ряд.
– Я не вмешиваюсь в личную жизнь моих девушек. Если у вас есть вопрос об этом, вам придется задать его самой Рене.
Саванна поджала губы.
– Должна признаться, что я удивлена, – сказала она. – Выходит, вам все равно, что ваши парикмахерши, возможно, подкатываются к…
Вайнона подняла руку.
– Давайте не будем говорить на эту тему, – сказала она. – Я же вам объяснила – в подобные вещи я не вмешиваюсь.
– Но ваша репутация…
– Нет и нет. Если бы я увидела, что в моем салоне происходит что-то, не соответствующее этике профессии, я бы тут же положила этому конец, однако после того, как мои девушки выходят за дверь этого заведения, их дела меня не касаются. И если городским сплетницам угодно перемывать мне кости из-за того, что от меня никак не зависит, что ж, ничего не поделаешь.