Дилан и МакКенна ждали его у парадной двери.
– Надень куртку, – сказал Дилан.
– И перестань считать, – рявкнула МакКенна. – Это неприлично.
Киран поставил рюкзак на пол, снял с крючка свою зимнюю куртку и мельком взглянув на заплатку под левым рукавом. Если ее кто-то и заметил, они ничего ему об этом не сказали.
Из кухни вышел дедушка и протянул каждому их них по пакету с обедом.
– В твой пакет я положил зубную щетку, – сказал он МакКенне. – Ты же не хочешь явиться к стоматологу с застрявшими между зубами кусочками еды.
МакКенна выхватила у него свой пакет и торопливо засунула его в рюкзак.
– Это на полу твоя коллекция волос? – спросил Уэндел.
Киран насупился.
– Это не просто коллекция, а научная работа.
– А, ну, да, – ответил его дед. – Я и забыл.
Дилан открыл дверь, и оттуда пахнуло стужей.
– Пошли скорее, – сказал он своим брату и сестре.
– Чур, я еду на переднем сиденье! – крикнула МакКенна, когда они побежали к машине Дилана.
– Это нечестно, – сказал Киран, торопясь за ней.
Они оба залезли в старенькую «Тойоту», и Дилан сел за руль. Киран пристегнул ремень безопасности и, вытащив из рюкзака коробку со своей коллекцией волос, осторожно поставил ее рядом с собой на заднее сиденье. МакКенна обернулась и со злостью уставилась на коробку.
– Тебе что, хочется, чтобы тебя дразнили?
– Нет, – сказал Киран. – Конечно нет.
– Отстань от него, – сказал Дилан, глядя в зеркала своей машины.
МакКенна сложила руки на груди.
– Я просто говорю.
– Я знаю, о чем ты говоришь. – Он выжал сцепление, включил передачу и начал задом выезжать с подъездной дорожки. – Так что просто перестань.
– Ладно, ладно, – оскорбилась МакКенна и, повернувшись, стала смотреть в окно.
Всю дорогу от дома до школы Киран болтал ногами, один или два раза как бы нечаянно пнув спинку сиденья своей сестры. Почему она вечно задает ему такие дурацкие вопросы? Послушаешь ее, так можно подумать, будто он нарочно ведет себя так, чтобы она чувствовала себя неловко.
Он открыл крышку коробки и посмотрел на пакетик с собачьей шерстью. Этот пес никогда на него не злился – не злился даже тогда, когда он заплакал. Тогда пес просто облизал его лицо и положил лапу на его руку, чтобы показать ему, что все хорошо. Если бы это был его пес, он бы всегда знал, что дома есть кто-то, кто его не стесняется и не считает, что если происходит что-то плохое, то в этом виноват он.
Занятия в школе МакКенны начинались раньше, чем в начальной, поэтому сначала они высадили из машины МакКенну. Когда они подъезжали к месту, где она должна была выйти, она посмотрела в зеркало на солнцезащитном козырьке на свое лицо и быстро поправила волосы. С тех пор, как она перешла из начальной школы в среднюю, подумал Киран, его сестра проводит слишком много времени в ванной, пытаясь выглядеть так же, как наиболее популярные девочки ее класса. Он скорчил рожу, надеясь, что она увидит это в зеркале, но она не обратила на его гримасу никакого внимания.
Когда Дилан остановил машину на обочине, МакКенна подняла солнцезащитный козырек и надела на плечи свой рюкзак.
– Не забудь, – сказал он. – Ты записана на сегодня к стоматологу.
– Как я могу забыть? Отвянь.
– В прошлый раз ты забыла, а маме все равно пришлось за тебя платить.
– Да, конечно. Подумаешь.
Она вылезла из машины, захлопнула свою дверь и побежала к стайке девочек, стоящих впереди. Дилан покачал головой.
– Она забудет.
– Это точно, – отозвался Киран.
Дилан повернулся и посмотрел на него:
– Хочешь пересесть на переднее сиденье?
– Нет, я не хочу перетаскивать мою коробку. Когда я ее двигаю, коллекция приходит в беспорядок, и мне приходится опять раскладывать все по местам.
Когда машина опять влилась в транспортный поток, Киран погрузился в мечты.
Как же ему назвать этого пса, думал он. Хотя в прошлый раз он так и не смог накинуть ему на шею ошейник из шпагата, он не отказался от мысли отвести пса домой. Но ему надоело называть его просто «пес». Ему нравилась кличка Рекс, но в Кэмдене у него был друг, собаку которого звали Рексом, и ему не хотелось, чтобы кто-то подумал, что он слизнул это имя у него.
Какое бы имя Киран ни выбрал, это должно быть имя мальчика, потому что этот пес – мальчик. Он был рад, что это так, потому что, окажись он девочкой, МакКенна настояла бы на том, чтобы нацепить на нее розовый ошейник и одеть ее в платье, как она раньше одевала своих кукол. А псу-мальчику не придется терпеть подобное унижение. И, возможно, если все сложится удачно, его сестра вообще не захочет иметь с этим псом никаких дел.