Меган плюхнулась на диван и похлопала по ближайшей диванной подушке.
– Иди сюда и расскажи мне, что нового и интересного случилось в твоей жизни.
– Что нового и интересного? Наверное, ты шутишь.
– Да ну? Неужели на твоем горизонте нет ничего романтического?
Рене отхлебнула еще «Шираза». Они с Меган давно не говорили ни о чем личном, и было бы странно, если бы она сейчас начала изливать невестке душу. Но когда-то они с Меган были близки, и она была бы совсем не прочь поговорить с другой женщиной о том, что произошло между нею и Трэвисом. Может быть, таким образом Меган пытается протянуть ей оливковую ветвь. Она взглянула на двух мужчин, стоящих на крыльце; скоро Уэндел и Джек начнут класть на гриль котлеты для гамбургеров. Значит, все уже готово, подумала она. Так почему бы и нет?
– Ну, что ж, – начала она, усаживаясь на диван. – Действительно, на горизонте появился один мужчина.
– Я так и знала, – сказала ее невестка, придвинувшись ближе. – Расскажи мне о нем.
– Да рассказывать, собственно, почти нечего. Мы встретились как-то вечером в коридоре школы, и он показался мне милым…
Меган бросила на нее лукавый взгляд.
– А он красив?
Рене улыбнулась, показав ямочки на щеках.
– Очень, – ответила она.
– А что было потом?
– А потом… он появился в салоне и попросил меня сделать ему стрижку.
Меган разочарованно нахмурилась.
– Ах, вот оно что. Стало быть, он твой клиент?
– Нет.
Рене рассмеялась, вспомнив, как Трэвис стоял у стойки в приемной салона, и все дамы, которые были там в то время, глазели на него.
– Я сказала ему, что я парикмахер, и он обзвонил все городские салоны, чтобы узнать, в каком из них работаю я.
– Супер, – сказала Меган. – Точно так же принц разыскивал Золушку после бала.
Рене закатила глаза. Должно быть, Меган и впрямь здорово напилась, если думает, что это сказка.
Подождем, когда она дойдет до эпизода, где появляется злая королева.
– В общем, – продолжала она, – после стрижки мы поехали пить кофе, и это было здорово, потом мы вместе покупали рождественские подарки, и он помог мне выбрать видеоигру для Кирана.
Она сглотнула, вспомнив, каким милым Трэвис был в тот день. Тогда ей впервые показалось, что их двоих, возможно, связывает что-то особенное.
– А что было потом? – не унималась Меган. – Рассказывай, не томи.
Рене вздохнула.
– А потом самая важная из моих клиенток увела его у меня.
– Что?
– Так оно и было. Оказалось, что она считает его своей частной собственностью и готова настроить против меня всех моих клиенток до единой, если я не оставлю его в покое. – Она пожала плечами. – Извини, Мег. Похоже, у этой сказки печальный конец.
– Так что же – и это все? И ты готова просто позволить какой-то стерве отнять его у тебя, даже не попытавшись вступить в борьбу?
Рене бросила взгляд в сторону гостиной, надеясь, что дети не слышали их разговора.
– Все это было не так уж важно, – тихо сказала она. – Между нами не было ничего серьезного. К тому же он был не моего уровня.
Меган подняла руку и ткнула пальцем ей в лицо.
– Знаешь, в чем твоя проблема? Ты должна научиться отстаивать свои интересы.
Рене отхлебнула еще вина. Как это в духе Меган – указывать другим на их неправильное поведение.
– Как зовут эту дамочку?
– Саванна.
– Я так и думала. Саванна – южанка, а у южанок внутри сталь. Если ты не хочешь, чтобы она вила из тебя веревки, тебе надо самой обзавестись стальным стержнем и дать ей отпор. Борись за то, что ты хочешь получить, вместо того чтобы уступать без борьбы. Это было хорошо и для Уэндела.
Рене нахмурилась. Каким образом их разговор перешел с Трэвиса на ее отца?
– Я не понимаю, к чему ты клонишь.
Меган поставила свой пустой бокал на журнальный столик и подалась вперед. Когда она заговорила вновь, от исходящего от нее запаха спиртного у Рене заслезились глаза.
– Позволяя ему всем заправлять здесь, ты внушаешь ему мысль о том, что он может командовать и нами с Джеком. Поэтому-то они с Джеком и не ладят. Если ты сможешь постоять за себя в этом деле, твой отец, возможно, уйдет в тень и позволит Джеку самому быть главой своей семьи.