Решив завтра же с утра явиться к кинологу, рассказать ему обо всём и попросить если не помощи, то хотя бы совета, как ей следует поступить, Нефова отвернулась от окна и стала рассеянно наблюдать за дорогой впереди. Время от времени она всё же поворачивала голову к окну в надежде не увидеть больше собак, но тщётно. Псы, как привязанные, упорно продолжали следовать за ними. Тут Ульянцев перестроился в другой ряд, и Лариса наконец потеряла собак из виду.
Но когда они подъехали к десятпзтажному дому, где на шестом зтаже была квартира Нефовых, и вышли из машины, Лариса едва не вскрикнула от удивления. Поодаль, на расстоянии пяти или шести метров, стояли и смотрели на них те же самые собаки, которые только что преследовали их автомобиль.
Подавив вскрик, Нефова взглянула на Ульянцева. Тот стоял и спокойно, как полный хозяин положения, смотрел на собак. Потом повернул голову к Ларисе и спросил:
– ЭТИ, что ли, собаки?..
Он не договорил, но Лариса прекрасно поняла, о чём он хотел спросить
– Ну да, .– утвердительно кивнув головой, ответила она. – Эти.
– Но почему они бегают за нами? – задал ещё один вопрос Ульянцев.
– Не знаю, – пожав плечами, коротко ответила Нефова.
– М-да, странно, – Ульянцев ещё раз взглянул на собак и повторил. – Более чем странно... Придётся спросить у Соткина...
– Я и сама собираюсь это сделать, – перебила Ульянцева Нефова. – Действительно, з д е с ь без кинолога не обойтись. Завтра с утра – к нему. Ну, до свиданья, Стась
И, крепко пожав протянутую руку Ульянцева, сделала несколько шагов до своего подъезда и вошла в него.
* * *
Ночью, после случившегося накануне вечером и почему-то сухого, без спермы, секса с мужем, Лариса захотела пить. Потихоньку, чтобы не разбудить спавшего рядом Павла, поднявшись с постели и накинув на себя короткий, чуть ниже ягодиц, байковый халатик, Лариса поднялась на ноги. Запахнув затем халат и завязав пояс, молодая женщина отправилась на кухню.
Войдя на кухню, Нефова подошла к висевшему на стене возле раковины с краном навесному шкафу, раскрыла дверцы, вынула высокий стакан из модного снневатого стекла и снова закрыла дверцы. Налив затем в стакан воды из фильтра и отпив несколько глотков, Лариса зацепила взглядом одно из двух бывших в комнате окон и... вскрикнула от мгновенно охватившего её ужаса. Прямо на неё из окна пялилась страшная собачья морда. Видение это продолжалось веего лишь одно мгновение, в следующую секунду его уже не было, но Нефова успела разглядеть собаку, Это была восточноевропейская овчарка, возможно, из тех, что вчера преследовали её и Ульянцева, когда они ехали на ульянцевском «Джипе» домой. Тут открылась дверь и в кухню в одних облегающих трусах п босиком вошёл муж Нефовой, Павел. Он, как и Лариса, работал в том же УВД, но совершенно в другой службе – в дорожно-патрульной.
- Ты чего кричала, а, Ларис? – спросил он хриплым со сна голосом. – Смотри, соседей разбудишь...
- Да так... – Нефова решила пока ничего не говорить мужу про видение в окне. – Просто... мне захотелось пить. И я не кричала, я кашляла. Подавилась, вернее, захлебнулась...
- Так... громко?
- Ну да, так громко. Как же ещё кашляют-то?
- Слушай, Лариса, а давай выпьем... - тут Павел щёлкнул себе по горлу. – Лекарства.
- Давай, - мгновенно поняв, что имел в виду Павел, согласилась Нефова, - Только иотом давай не будем делать э т о. – и она, сделав из пальцев одной руки кольцо, постучала по нему пальцем другой. – Не хватало нам потом ещё больного ребёнка.
- Ну что ты, Лариска, - поняв, что хотела сказать жена, замахал руками Павел. – Я ведь тоже не хочу е г о б о л ь н о г о!
- Ну, наливай.
- Сейчас... – Павел быстро подошёл к знакомому уже нашим читателям навесному шкафу, вынул из него два стакана, затем, увидев стакан, который уже стоял на столе, поставил другой стакан обратно. Затем, вынув из холодильника бутылку и налив в стаканы их с Ларисой любимого «Monte Choco»[2], Павел поднёс стакан севшей за стол Ларисе и присел сбоку.
Понемногу отпивая бренди и обсуждая насущные дела, ни Лариса, ни Павел не заметили, что в окно за ними наблюдает та же самая собачья морда.
* * *
Проснувшись утром следующего дня и осторожно, чтобы не разбудить спящего рядом Павла, встав с постели, Нефова вышла на кухню, взяла со стола оставшиеся после вчерашней «попойки» стаканы и поставила их в раковину. Затем вынула из навесного шкафа чистый стакан и налила из фильтра холодной воды. Взяв затем стакан в руки, она подошла к окну и открыла его, поставив предварительно стакан на подоконник.
И тут, выглянув в открытое уже окно, Лариса вдруг заметила, что в левом от неё нижнем углу окна, на внешней стороне подоконника виднеется какое-то очень похожее на собачий след пятно. Такого не могло быть, потому что не могло быть иикогда, ведь собаки, в конце концов, не кошки... Обомлевшая Лариса крепко зажмурилась, отсчитала про себя до десяти п снова открыла глаза. Но видение не исчезло, наоборот, пятно сделалось ещё ярче, как бы подчёркивая всю невозможность происходящего. Была в этом и ещё одна несуразность, заключавшаяся в том, что Нефовы жили на предпоследнем, девятом этаже.