— А чем плохи старые? — она сразу же пожалела о вопросе, от взгляда мага ее прошиб озноб.
— Чем можно снять печати луны?! Тебя, что и этому не учили? — в его голосе звучал метал.
— М м м молитвой и раскаянием.
— Вот!
— А кто больше всех недолюбливает магов?
— Ц ц Церковь? — прошептала она неуверенно.
— У меня был шанс. Шанс, что для снятия не нужна будет церковь. Что снять печати можно будет быстро, за одно заклинание и не тратить годы на раскаяние в тесной келье. Богиня больше не была бы нужна.
Наяра осенила себя знамением. Впервые в жизни она слышала настолько безбожные слова. Маг ухмыльнулся, заметив это.
— Идет в разрез с твоими взглядами?
— Это кощунство, так думать о богине. — в ее голосе прорезалась твердость.
— Не волнуйся. Эксперимент вышей крайне неудачным. Каюсь, сам виноват. Надо было начинать с чего попроще, а я сразу взял первородных. Но когда бы еще на моем веку выпало бы сделать учениками детей, рожденных в затмение? Ну, что ж. Я расплачусь за свою гордость и от судьбы не побегу. Надо было начать постепенно, и результат передать ученикам. Набрать способных подмастерьев. Но я слишком честолюбив, хотел все сделать в одиночку. Испытуемые стали одновременно и учениками. Не бери с меня пример. — он печально засмеялся.
Наяра молчала. «Этот человек волнуется из-за того, что эксперимент неудачный вышел, а не о том, что оскорбляет богиню и ее живительный свет.»
— И что мне сделать с тем, кто убьет вас?
— Передашь ему то, что храниться в этом ящике.
Он встал и поманил Наяру за собой. Он подошел к одному из портретов с пририсованными глазами и открыл его как створку окна. В стену оказался вделан железный маленький шкафчик.
— Вот ключ. Открой только тогда, когда узнаешь.
Она повертела в руках маленький, ничем не примечательный медный ключик с как казалось хаотичными царапинками. Он был подвешен на тоненькую, длинную цепочку для носки на шею.
— Я его не потеряю.
— Уж надеюсь.
— Расскажите мне тогда о ваших учениках. Что от них ждать.
— Птица—лжец и изворотливый гад. Волк—трус и глупец. Паук—импульсивный и гордец. Кошка— лицемерная и жадная.
Наяра ждала еще подробностей, но маг молчал, уперевшись взглядом в стену. Глаза его были полны боли. Как будто он в этот момент смотрел на казнь близкого человека. Наяре стало его жалко. «Он просто старый одинокий человек, уставший от жизни» — ей захотелось до него дотронуться, приободрить, но тут он поднял глаза на неё. В них была решимость что-то сказать.
— Я виноват в…
Тут в дверь постучали и сразу же в кабинет зашел Деян.
— Чур Яная, вам пришло письмо.
— Письмо! Тебя щенок не учили ждать, прежде чем войти. Вон!
— Отец, вы…
— И ты вон с глаз моих! А то выпишу из завещания сию же минуту.
Деяна как ветром сдуло. Наяра выбежала за дверь и в знак протеста хлопнула ей как можно сильнее. Момент был упущен. «Он же собирался мне еще что-то сказать. Все из-за Деяна, может стоит приказать его выпороть?» —но увидев виноватые глаза дворецкого, злости как не бывало. На ее место пришел страх.
— Госпожа, простите меня и мою неосторожность. Вы с отцом говорили о чем-то очень важном?
— Да так, я просто должна найти его убийцу. — сказала она резче чем планировала.
— Госпожа Наяра, я не понимаю. Он же жив.
— И не надо, я тоже. Я хочу пройтись.
— Я сейчас же сбегаю за Илей.
— Нет! Я хочу пройтись одна по саду. Принеси мне плащ.
— Но…
— Быстрее!
Деян посмотрел на нее обижено, но починился и быстрым шагом ушёл. Наяра вначале испытала удовлетворение, но как только спина дворецкого скрылась из поля зрения, она испытала стыд. «Он не хотел ничего плохого, а я на нем сорвалась. А ведь он был единственным человеком, который поддержал ее по приезду. Отец в первый день лишь взглянул на ее и бросил фразу о том, что она теперь тут хозяйка и что бы завтра явилась в его кабинет. А Деян все показал, объяснил, предостерег о том, что старая горничная Маня немного не в себе, и что не надо ее пугаться. И теперь, помогает чем может.»
Деян вернулся с плотным темно-синим плащом и помог ей его одеть. Наяра пыталась поймать его взгляд его голубых глаз, но тот делал все подчеркнуто вежливо и не задерживал внимание на девушке. «Ну и ладно. Я ничего плохого не сделала» — подумала она. Деян картинно открыл перед ней дверь и она, стараясь держать осанку настоящей городской леди вышла в сад, но как только дверь захлопнулась, Наяра сгорбилась. На улице стояла поздняя осень. Деревья, стоящие плотно, как забор вокруг поместья, ощетинились голыми ветками. Двое новых садовники хорошо убрали лужайку, но выбрать уже немного подгнивающие листья у корней деревьев поленились. От небольшого озера, выглядевшее как черное зеркало посреди пожухлой травы, веяло холодом. Наяра решила неспешно прогуляться вокруг него. Не смотря на сырой ветер, пробирающейся сквозь одежду, она любила осень. А запах прелой листвы помогал очистить мысли.