Местные жители не могут утверждать, что безусловно верят в существование фейри, и все же одна женщина выразила общее мнение такими словами: «Лучше перестраховаться, чем потом жалеть».
Сара моргнула и покачала головой. Возможно ли такое в наше время? Она повертела газету в руках, проверяя, что это настоящее печатное издание, а не какая-то шутка. Улыбнувшись про себя, она снова подумала об отце: наверняка ему бы это понравилось. А вот матери — нет. Как и Меган, она была практична и разумна, в то время как Сара и отец принадлежали к породе мечтателей. Когда-то Сара верила в чудеса, но вся магия, казалось, испарилась из ее жизни, когда пришел Тот Большой Кошмар. Возможно, в Ирландии она снова обретет потерянное?
Глянув поверх своего столика возле Dunkin Donuts, Сара осознала, что довольно далеко ушла от нужного выхода на посадку. Неожиданно для себя самой она оказалась перед залом вылета авиакомпании Aer Lingus. На экране мигал номер рейса: EI401, до Шаннона. На стене висел рекламный плакат с изображением утесов Мохер, величественно возвышающихся над Атлантическим океаном, и слоганом: «Ирландия — страна тысячи приветствий».
Что-то внутри Сары дрогнуло, а потом мысли уложились в голове. Решение было принято даже раньше. В тот самый момент, когда она увидела глупую фигурку овцы в витрине.
Глава 2
Сара проснулась резко, как от толчка, когда самолет коснулся взлетно-посадочной полосы. Посмотрев в окно, она не смогла понять, день сейчас или ночь, потому что по ту сторону хлестал проливной дождь — такой сильный, что ничего не разглядишь.
— Вы счастливица — ухитрились проспать все! — сказал кто-то у нее над ухом с мелодичным ирландским акцентом.
Обернувшись, Сара увидела, что ей ласково улыбается соседка, убирающая в сумку вязальный крючок и большой клубок шерсти.
— Признаюсь, от страха я пропустила несколько петель! — сообщила женщина. — Я думала, нас перевернет вверх тормашками на таком ветру, а вы спали как убитая, ей-богу!
Сара попыталась взять себя в руки и незаметно вытереть слюну с лица. Чудовищно хотелось пить, а в висках поселилась сверлящая боль.
— Извините, что не могла составить вам компанию, — пробормотала она, приглаживая непослушные волосы, которым вообще-то полагалось выглядеть как каре.
— О, не беспокойтесь! По всему видать, вам надо было отдохнуть, да и к тому же мне вполне хватает компании клубка и крючка. Кстати, — она порылась в сумке, — счастливого Рождества! — и извлекла оттуда шапку. — Пока мы летели, я связала восемь штук.
Это была превосходная вязаная шапочка малинового цвета, и соседка вручила ее Саре.
— Вы, должно быть, шутите. Вы все это время вязали?
— Я никуда не выхожу без моего вязания. Это успокаивает, и, видит бог, я ненавижу летать, а так хоть время пролетает с пользой.
Сара примерила шапку, та села идеально.
— Большое вам спасибо, это очень мило с вашей стороны. — Именно в эту секунду ее накрыло осознанием, что она больше не в Нью-Йорке. В Нью-Йорке никто не смотрит вам в глаза, не говоря уже о том, чтоб дарить шапочки ручной работы.
— Послушайте, муж моей сестры забирает меня из аэропорта, и если вас нужно подвезти… — Сара пыталась проявить ответную любезность.
— Вовсе нет. Я сяду на автобус от Шаннона до Энниса, так что все в порядке, моя дорогая.
Сара понятия не имела, о чем говорит женщина, где находятся эти Шаннон и Эннис. Вероятно, она из другого штата. Однако вместо того, чтобы вступать в бессмысленную дискуссию, Сара просто вежливо кивнула и полезла в сумочку за салфетками.
Пилот объявил, что сейчас 6:45 утра по местному времени, а за бортом три градуса по Цельсию (что бы это ни значило по Фаренгейту). Как ни странно, в его речи прозвучало то же название города.
Шаннон.
— О черт! — воскликнула Сара.
— Не волнуйтесь, дорогая, это ненамного холоднее, чем в Нью-Йорке, — заверила ее соседка.
— Где мы?! — выдохнула Сара, схватив ее за руку.
— Что? В Ирландии, милая, говорю же, вы проспали весь полет!
Сару охватило тошнотворное чувство, которое уже становилось почти привычным. Холодный пот и это странное ощущение, будто в крови лопается взрывная карамель. Перед глазами замелькали картинки — овечка, виски, зеленый трилистник на эмблеме самолета. И… какое-то дерево, верно?
— Мы ведь не в Бостоне, да?..
— А вы не помните? Хотя да, полагаю, вы были немного не в себе. Мне кажется, стюардесса разрешила вам сесть в самолет, лишь бы вы замолчали.