Прежде чем лететь к одной из вольных станций, нужно что-то иметь на продажу. Я же крейсером был занят. С бывших пиратских рейдеров снять ничего не получится. А нет их в системе, я всё давно переработал и материал пустил на восстановление «Бешеного». Хорошо ещё хватило. Однако я помнил, что расстрелянных остовов должно быть больше, поэтому стал прыгать в соседние системы, просвечивая их сканерами и боевым радаром.
Первый прыжок – и глухо, есть какой-то корпус, я глянул, но обобранный в ноль. Снова прыгал и в следующей системе, тоже соседней с нужной, нашёл дрейфующий фюзеляж. Скорость невысока, но за двенадцать лет сюда от места побоища вполне мог дотянуть. Вот так встал к нему, чуть изменив курс движения, а то через полгода на планету рухнет, и стал снимать всё ценное. Гонял одного инженерного дроида, два других на борту «Бешеного» остались. Фрегат корабль небольшой, мне тут пяти ботов хватает: инженера, штурмовика и трёх бытовых. Около суток корпусом занимался, часть разрезал на куски металла, складируя в трюме.
Когда тот заполнился, прыгнул обратно в соседнюю систему и вскоре стыковался к шлюзовой крупного боевого корабля. Да, баки полные, я освободил резервуары остова от остатков топлива, солью в крейсер, а пока трюм освобождают и большую часть металла переносят в большую техническую мастерскую на борту, для восстановления, направился в медсекцию. На борту был полноценный малый госпиталь. Почти сотня капсул. Много было побито во время боя, около трёх десятков пираты забрали, причём без станин. Зачем им саркофаги без крепежей? Я их пока убрал на склад, а повреждённые капсулы восстановил. На борту даже тренажёры были, вот их пираты не тронули, а банально не нашли, завал был у входа в учебный центр. Там было двадцать учебных капсул виртуальных тренажёров – четыре пилотские, двадцать боевых, для десанта. На борту бригада десантников должна дислоцироваться, но был только батальон, не война же. Потом два тренажёра пси и три тренажёра для техников, редкие штуки, сам с удовольствием их проходил, кроме боевых. Не по возрасту. По пси, даже в ослабленном варианте тяжело, но проходил. Три месяца как я эти капсулы восстановил, с тех пор часто тут пропадаю. Хотя бы час в день, но трачу на посещение. У виртуальных наставников числюсь курсантом с повреждённой нейросетью, так что всё ручками. Сложно, но освоился и привык. Телекинез до десяти килограмм уверенного использования натренировал. Мощь. Про силовую ковку и вспоминать не стоит, мне такие возможности в начальном этапе освоения этого умения и не снились.
А сейчас я зашёл в медсекцию и рядом появилась голограмма пожилого врача в военном комбезе с множеством наград. Тот поинтересовался:
– Решился всё же?
– Да.
Причина моего появления на территории госпиталя была вполне важной. Изменить ДНК и немного внешность. Меня ищут, это без сомнений, но после всех изменений только схожий возраст мог помочь в моей поимке. Хотя внешний облик я сильно менять не буду, так, лишь чтобы не опознали видеофиксаторы. Уши изменю. Главное, ДНК. Причём тут есть некоторые нюансы, я не знал, мне искин госпиталя объяснил. Я его почистил от множества закладок и получил его полную преданность. Теперь, задавая наводящие вопросы, получал от него полные ответы. Генетический код изменить не так и трудно, но в нём замаскированы маркеры, по которым специалисты могут понять, что делали с телом. Причём в этих маркерах сохраняются данные по прошлой ДНК, электронным кодом, так и узнают, кто перед тобой на самом деле. Установку таких маркеров можно убрать, я, наверное, с компом лечебной капсулы целую неделю трудился, но всё подготовил. А проводить работу будет этот искин, его квалификации хватает. Я его Доком назвал. Правда, он нервничал, это же мне удалось эмоциональную программу у искина включить, но всё же готовился к работе. Так что в душ, после чего диагност, и ложиться в лечебную капсулу на девять суток. Процедура не быстрая. Крышка капсулы опустилась, и вскоре пошёл газ, от которого я уснул.