— Расскажу вкратце, — продолжил инкуб, потирая шею. — Мы выбежали и столкнулись с Майсисом, он вел себя странно. Мы побежали к тайному ходу. Но Ра было много, и сбежать мог только один. Я убедился, чтобы это была Сейя.
Пайпер вскинула брови. «Убедился» звучало зловеще.
— Что за встреча с Майсисом? — спросил мрачно Эш.
— Столкнулись с ним в пути. Он сказал, что идти через главный ход — самоубийство, он указал на задний ход. Это было странно.
— Может, его совесть замучила за предательство и убийство Эша, — сказала Пайпер стальным тоном. Его стыд не позволял ей простить его. — Не знаю, понимает ли он, что его попытка убить провалилась.
— Ага, — Лир посмотрел на них. — Что вообще случилось?
Кривясь, Пайпер быстро описала это: как Майсис ждал, чтобы все ушли, чтобы Пайпер выполнила свою половину сделки. Когда она отказалась помогать Сахаром вторжению Ра на территорию рюдзинов — или что он там планировал — он попытался поймать ее и убить Эша.
— Я вернулась десять дней назад, — закончила она, — но Эш нашел меня этой ночью.
Она ощущала взгляд Эша на себе, но не смотрела. Он не исправил ее упрощенную версию событий, но Лир уже заметил трещину между ними. Он посмотрел на них, потом на Кива.
— А ты? — сказал он бодро. — Мы не встречались.
Кив представился, они начали обсуждать, почему Кив присоединился к Эшу. Пайпер слушала вполуха, стараясь не отключиться. Усталость тянула ее вниз. Она вспомнила странное ощущение в голове, когда она магией ломала щит-купол. Наверное, так она взяла слишком много сил. Она так привыкла к безграничной силе Сахара, что не знала, сколько своей магии можно использовать безопасно.
Эш встал. Кив устало вздохнул и поднялся на ноги рядом с Лиром. Сейя спала.
— Куда мы идем? — спросил Кив.
Эш замешкался.
— Даже не знаю. Мою базу здесь раскрыли.
Пайпер вздрогнула. Вряд ли он старался напомнить ей, что на его дом в этом городе слуги Аида напали из-за нее, но она слышала обвинение. Стиснув зубы от трепета усталости в мышцах, она встала, опираясь на колонну.
— Церковь безопасна, — сказала она. — Можно там побыть пару дней.
— Мне не показалось, что мне были рады, — сказал Эш.
— Предоставь их мне, — мрачно сказала она.
Он обдумал ее предложение и согласился. Других вариантов не было, иначе он бы выбрал тот, где не участвовала она. Он поднял Сейю с пола. Она едва дрогнула. Кив пошел за Эшем к двери.
Пайпер замерла на миг, прислоняясь к колонне, чтобы собрать остатки сил. Холод Эша был ядом в ее кровь, прожигал ее. Она не могла терпеть это, но не могла и исправить. Приходилось держаться.
Она закрыла глаза, тошнота подступала к горлу от воспоминания о кровожадности, что охватила ее в бою. Она была другой при затемнении… даже не человеком.
Кто-то коснулся ее руки. Она открыла глаза и увидела Лира. Он тепло улыбнулся и протянул руку. Она сжала его ладонь, пытаясь улыбнуться. Он повел ее за остальными, его кожа согревала. Она шла за ним, смаргивая слезы презрения к себе. Она не знала, кем теперь была, и это пугало ее.
— Так что Эшу и остальным нужно остаться тут на пару дней, — Пайпер старалась звучать спокойно. Ее слова были чуть невнятными от усталости.
Дядя Кальдер медленно кивнул. Они сидели на крыльце церкви в свете утреннего солнца, его тепло приглушал дым в воздухе. Она вернулась в церковь с четырьмя деймонами, Кальдер ждал ее, не скрывая тревоги. Он даже встревожился за Сейю и Лира, которые выглядели ужасно, и отправил их на кухню за едой.
Ее отец не знал, выжила ли она. Он отсутствовал с парой других Консулов.
— И… теперь три дракониана? — уголок рта Кальдера приподнялся. — Ты понимаешь, что они из редчайшей касты деймонов?
Она фыркнула, сил на смех не было. Ее юмор быстро увял.
— Они сбежали от Аида. Знаю, вы с отцом считаете Эша бессердечным убийцей, но это не так. Он выполнял приказы, потому что иначе Самаэл пытал бы его сестру. Посмотри на Кива. Он ребенок, но его учили убивать. Он это не выбирал. Его заставили.
Кальдер разглядывал ее, и она видела возражения в его глазах: что драконианы злые по природе, что их нанимали убивать, и нет доказательств, что они не действовали не по своей воле.
— Я была там, — сказала она тихо, но дрожь боли было слышно. — Я это видела. Эша пытали на моих глазах, чтобы наказать меня.
Кальдер выпрямился, стиснув зубы. Она мало говорила с ним о времени в плену у Самаэла. Когда она вернулась, было больно обсуждать это, а потом ее отослали в академию Вествуд. Она не помнила, когда в последний раз говорила с дядей по душам.