Ее веки трепетали. Купол света тускнел. Ощущалось лишь тепло кожи Эша под ее пальцами, и она крепко держалась за этот якорь, пока комната погружалась во тьму.
Пайпер открыла глаза. Было темно. Она моргнула пару раз, и стало видно комнату: ее маленькую спальню в подвале церкви, под ней была знакомая кровать, ее до подбородка укрывали одеяла.
На стуле у кровати дремал Кив, его подбородок касался груди, глаза были закрыты, а лицо — расслаблено. Он выглядел подростком, таким юным…
Она осторожно ощупала живот. Из нее правда торчал меч? Место покалывало, словно туда ударили во время тренировки, но она ощущала засохшую кровь, что впиталась в край штанов.
Закрыв глаза, она вспомнила произошедшее: резкое движение Квинна, ответ Эша в виде атаки. Он бросился на Квинна с мечом. А потом она шагнула в гущу, словно была непобедимой, и оттолкнула отца, встав перед Эшем. И результат был понятен.
Лиц Эша… было выжжено в ее разуме. Она знала, что Эш не хотел пронзить ее. Она не знала, случилось ли это, потому что она резко возникла, и он не смог остановить меч, или он не управлял собой в тот миг. В любом случае, это было не намеренно, но она не знала, сможет ли убедить его в этом.
Она закрыла глаза, подавляя волну стыда. Как глупо это было. Как она могла это допустить? Эш терзался, когда прижимал когти к ее горлу, а в этот раз чуть не заколол ее. Пронзил ее. Он себя не простит. Ей нужно было прощение. Это была ее вина. Она бросилась под удар. Она не подумала — не было времени обдумать последствия — но не сожалела. Если бы она этого не сделала, ее отец мог умереть. Вряд ли Сейя стала бы исцелять Квинна.
При мысли об отце она ощутила ярость. Что с ним было? Это все была его вина. Чем он думал? Чем так разозлил Эша? Она не понимала, почему Квинн поступил так глупо. Он знал деймонов. Он знал, какие они, их границы, он знал, что нельзя подбегать к деймону и кричать оскорбления в лицо, а потом замахиваться, словно для атаки. Она поняла бы такое от себя, но не от отца. Не от Главного Консула. Он всегда держал себя в руках, был осторожным, делал умный выбор.
Она с отвращением вздохнула. Усталость не давала разозлиться сильнее, но она понимала, что ее еще ждет драма: разобраться с отцом, который теперь точно захочет держать ее подальше от Эша; понять, что нашло на Квинна, напавшего на Эша; и убедить Эша, что он не самый ужасный во всех мирах из-за попытки убить ее.
— Пайпер, ты проснулась?
Она заставила глаза открыться, повернула голову к Киву и поймала его взгляд. Он улыбнулся.
— Ты проснулась, — бодро сказал он. — Прошло несколько часов.
— Где Эш? — спросила она.
— Недалеко, — Кив чуть нахмурился. — Я сказал ему, что и он должен ждать здесь, но он отказался. Ему плохо. Лир с ним.
— Это не его вина, — быстро сказала Пайпер, радуясь, что Эш не один. Иначе ему было бы хуже. — Я прыгнула на меч. Он не должен винить себя.
— Знаю, — сказал Кив. — Я все видел. Это было глупо.
Хоть последнее он сказал бодро, она ощущала укол. Она была глупой, хотя не знала, что еще могла сделать.
— Знаю, но это мой отец. Я не могла дать Эшу пронзить его.
— Это было безумно. Твой отец не так умен, знаешь?
— Он был умным. Не знаю, что на него нашло, — она закрыла глаза на миг, собираясь с силами. — Что он сказал Эшу.
Кив заерзал.
— Не знаю точно. Я не все видел. Он точно сказал, что Эш тебя портит, или как-то так. Он говорил гадости про Самаэла, что Эш все время работал на него, и его дружба с тобой — лишь фарс. Не знаю. Понять было сложно, но общая идея ясна. Я был в ярости за Эша, а это твой отец не обо мне говорил.
Пайпер сжала кулаки, ногти впились в ладони. Если бы она не была слабой, как котенок, она бы пошла к отцу, чтобы рассказать ему, что она думает обо всем, что он высказал Эшу. Он все еще не верил, что Эш был рабом Самаэла? Откуда это глупое упрямство?
Глубоко вдохнув для спокойствия, она улыбнулась Киву:
— Спасибо, что сидишь со мной. Я это ценю.
Чуть покраснев, Кив пожал плечами.
— Эш меня попросил. Сейя отдыхает, а он переживал, не знаю, что ты начнешь истекать кровью во сне. Или что твой отец попробует похитить тебя у нас.
Она фыркнула. Из всех ее похитителей с Квинном она хоть выживет.
— Где мой отец?
— Не знаю. Его брат — твой дядя, видимо — забрал его куда-то успокоиться. Остальные Консулы ходят и хмуро на нас смотрят. Они хотели держать нас подальше от тебя, но Лир и Киндра убедили их, что тебе нужен целитель рядом.
Пайпер вытащила руки из-под одеяла, чтобы помассировать виски. Отлично. Теперь Консулы и ученики будут сильнее требовать ответов на вопросы о ней, Эше и других.