«Чёрт, купил бы побрякушку, бросил её прям здесь».
Моей сволочной натуры на это бы хватило, но, увы, ничего в моих карманах для Аллы не нашлось, а откупаться пошлыми бабками — даже для меня это было слишком. Она хоть и падка на деньги, но не шлюха.
«А в чём разница?» — ехидничал внутренний голос, и я сдавил пальцами переносицу, чтобы этот противный тип внутри меня, наконец, заткнулся.
Пока размышлял, Алла успела поддеть меня под локоть, и я едва не зарычал. Что за непробиваемая баба?
— Алла, держи себя в руках, — процедил сквозь зубы и сделал шаг в сторону, Алла сделала вид, что не расслышала.
— Егор, не будь таким хмурым, — прощебетала, намеренно повышая голос и хлопая ресницами. — Или не рад меня видеть? Ну, я же знаю, что рад… твоё тело всегда мне радо.
Она шептала это, жарко прижимаясь ко мне уже всем телом, и дыхание её обжигало шею.
«Послать или воздержаться? Матом или корректно?»
Алла погладила меня по груди, её рука спускалась ниже, но я успел первым: взял её за плечи, чуть сильнее, чем нужно сжал, и отстранил от себя. Буквально оторвал, как репей.
Я бросил взгляд на консультанта, она вздрогнула и, опустив голову, с удвоенной скоростью принялась паковать вещи. Её руки так и летали над стойкой, на щеках расползался яркий румянец, а губы были сжаты в тонкую линию.
Этот бутик — место надёжное. Всё, что происходило внутри, здесь и оставалось, иначе любой из этих девиц снимут голову. Потому волноваться, что через час сплетни разлетятся по всему городу, причин не было.
Впрочем, это не отменяло того, что я не выносил сцен и всяческих их избегал, а Алла упорно на скандал нарывалась.
— Мне пора идти, — сказал я, ещё дальше отодвигая от себя надоевшую любовницу.
— Вечно ты занят, — она надула губы, в упор не замечая, что я не горю желанием общаться с ней.
— Ты знала, на что шла. Мы всё обсудили с самого начала, — я говорил тихо, и Алла даже вперёд подалась, чтобы лучше меня расслышать. — Не заставляй меня что-то повторять, я этого не люблю.
— Не злись, Егор, — попросила, добавив в голос больше эмоций. Прошептала надрывно: — Вечером заедешь?
— Да, — кивнул я и отпустил Аллу.
Вероятно, мой ответ её устроил. Она больше не делала попыток меня обнять или погладить, только смотрела призывно, с надеждой. Не знаю, может быть, она и правда в меня влюбилась, но… во-первых, её не любил я. Во-вторых, горела бы она так же страстью, будь у меня дыра в кармане? И не то чтобы я считал, что меня есть за что обожать или мечтал о том, чтобы все женщины мира стали вдруг бескорыстными, просто…
Просто однажды я понял, что с каждой из этих красоток мне бесконечно скучно.
Алла намотала на тонкий пальчик прядь волос, но я уже отвернулся и пошёл прочь, выбросив из головы всё, что связанно с Аллой.
— Всего доброго! — долетел до меня голос консультанта.
— И вам, — улыбнулся я и толкнул дверь бутика.
В лицо пахнуло прохладным ветром, небо вновь затягивало тучами, а по асфальту важно прохаживался серый голубь. Идиллия.
— Забери покупки, — бросил я спешащему ко мне охраннику, тот скрылся в магазине, а я отыскал взглядом Карину.
Она стояла рядом с машиной, переминаясь с ноги на ногу, смотрела по сторонам — куда угодно, только не на двери бутика. Нервничала, а я усмехнулся. Интересно, что в её голове творится? Эта девочка была… любопытной. Забавной и смешной, смелой.
«Вот кому точно мои бабки до одного места», — мелькнула в голове мысль, и что-то узлом закрутилось в желудке.
Карина была гордой. Интересно, в какое место она запихнёт мне все подарки? Или безропотно примет вещи? Последний вариант мне нравился лёгкостью, но я в него не верил. Карина обязательно будет спорить, подумал я. И да, честное слово, я ждал этого момента.
— Почему в машину не садишься? — спросил я, подойдя к Карине, и на этот раз она не икнула. Неужели привыкает ко мне?
— В ней душно, — она втянула воздух, и я заметил, что у неё немного покраснели веки.
— Ты плакала? — удивился я, а она в шоке на меня уставилась.
— С чего бы это вдруг мне рыдать?
— Ревность? — подначивал я, а Карина фыркнула и повела плечами.
— Нет, — качнула головой, и я не удивился бы, топни она ногой. — Я просто… неважно.
И да, меня действительно не должно было волновать, плакала она или смеялась, но странным образом заботило.
— Садись в машину, впереди ещё тысяча дел.
Да, надо было думать о делах, а не о том, что я, не расставшись с Аллой, мечтаю трахнуть эту малышку. Она моложе меня на хренову гору лет! Почти ребёнок, но… на неё мой организм реагировал с каждой минутой всё сильнее.