«Карина, твою дивизию. Ты влюбилась!»
И эта мысль напугала меня.
Но вновь всхлипнула, на этот раз от радости. Хотелось вскочить с койки, запрокинуть голову и кружиться в этих потоках солнечного света, ловить кончиками пальцев пылинки и зайчиков. Правда, с меня сейчас так себе плясунья, но я всё-таки поднялась. Нет, танцевать не получилось, но я хотя бы прошла до столика и коснулась пальцами цветов. Шелковистые лепестки были ничем не хуже пылинок.
Интересно, их Егор оставил? Пусть это будет он, хотя бы в моих мечтах.
«Дура, дура!» — вопил кто-то испуганный в моей голове, но я его заткнула. Пошли прочь, унылые мысли. Мне и так достаточно того, о чём я могу печалиться.
За дверью раздались шаги. Я услышала их скорее сердцем, но они приближались, становились всё отчётливее. Незнакомый голос тихонько гудел, но я вслушивалась только в звук шагов.
Я их узнала раньше, чем их обладатель распахнул дверь палаты. Оперлась рукой на край столика, понимая, что больше никуда не смогу от Егора деться.
Лишь бы не упасть сейчас, лишь бы ноги не подкосились.
Как бы не вопило моё сознание, как бы я внутренне не сопротивлялась и не приводила доводы против. Не смогу. Не получится.
Не смогу Егору больше противиться. Да, дура. Да, сумасшедшая влюблённая девчонка, которая моложе его на много лет. У него Алла, а у меня только раненная душа. У него деньги, статус и власть, а я почти нищая. Но я так отчаянно влюбилась в него, что казалось: если его вдруг не станет, я не смогу дышать. Глупость, наверное, детские бредни, но иначе не думалось.
Это был он. Стоял в дверном косяке, смотрел на меня, внимательно ощупывал цепким взглядом, а я только и могла, что жечь его взглядом в ответ.
— Твоего брата ищут. Он ответит за всё, — сказал Егор вместо приветствия, и глаза потемнели.
Я влюбилась. Теперь ещё больше. Насмерть.
Глава 33 Карина
— Егор Владимирович, — я сжала пальцами край столика и закусила изнутри щёку. Вдруг совсем не осталось сил, хотелось смеяться и плакать одновременно. Осознание обрушилось на меня, и я почти задыхалась.
— Ты зачем встала?
— Мне уже лучше.
Показалось: он не поверил мне. Хмыкнул и вздёрнул бровь так, как умел только он. На лице мелькнула эмоция, которую я не сумела распознать, но краска бросилась в лицо, и меня бы качнуло в сторону, не держись я крепко.
— Вы только за этим пришли?
Ничего лучше этого вопроса я не придумала и почти сразу пожалела, что вообще рот раскрыла.
— А тебе не понравились новости? — Волков насторожился и прищурился, склонив голову к плечу. — Не искать твоего брата? Готова его пожалеть?
Мне показалось, что если бы не моя слабость, он бы схватил меня за плечи и долго тряс в попытке выбить нужный ответ. Что-то опасное и бесконечно горькое мелькнуло в его глазах, ставших уже такими знакомыми.
В горле пересохло, я сглотнула и улыбнулась.
— Нет-нет, что вы? Я не хочу его жалеть. Не хочу и не буду.
— Вот и правильно, — удовлетворённо хмыкнул и сделал шаг в палату.
Его потемневшие глаза исследовали каждый миллиметр моего тела, и я только сейчас вспомнила, насколько прозрачная на мне рубашка. Да и ладно — на стыд не осталось сил. Только могла, что за опору хвататься.
— Я… — облизала губы, и сухая кожа оцарапала язык.
На столике, в самом центре, заметила графин, полный прозрачной воды. Егор заметил мой взгляд и, не говоря ни слова, наполнил стакан. Я любовалась его скупыми отточенными движениями — никакой суеты — и вновь облизала губы.
— Не делай так.
— Как?
— Не облизывай губы.
— Я не понимаю…
— Я не привык, когда у меня путаются мысли.
— Прямо таки я вам их и запутала.
Он ничего не ответил, но приказал:
— Пей.
Протянул мне стакан и пристально следил за тем, чтобы выпила до последней капли. Я чувствовала на себе взгляд, и кровь от него превратилась в кипяток.
— Спасибо, — я вытерла рот тыльной стороной ладони, не заботясь о манерах и желании выглядеть в глазах Волкова красиво. Глупо было что-то из себя изображать, когда этот мужчина видел меня… какой он меня только не успел за это время увидеть!
Волков забрал стакан, с громким стуком поставил рядом с графином и в абсолютной тишине отошёл. Он что-то искал, а я любовалась им. В конце концов, он нажал на стену, что-то внутри щёлкнуло, и в сторону медленно отъехал целый кусок.
— Встроенный шкаф, — пояснил Егор и достал оттуда халат.
Я наклонила голову, сгорая со стыда, а Волков подошёл почти вплотную и набросил мне халат на плечи.