Но все происходит не так. Они некоторое время разговаривают. Волшебный порошок развязывает манекену язык, и он вдруг начинает свободно разговаривать с человеком, который его не интересует и с которым он не был знаком еще несколько минут назад. Он жадно поглощает содержимое бутылки с видом человека, который считает, что просто так получил что-то, причем хорошего качества. Сначала это делает его дерзким. Он начинает хвастаться, рассказывая о величине его работы или его квартиры. В этом грохоте она едва может разобрать, о чем он говорит, судя о его монологе по выражению его лица. Серьезное выражение означает серьезность предмета разговора. Однако на середине разговора его рот кривится, челюсть начинает отвисать, и разговор становится более интроспективным. Вместо тем, сфокусированных на его работе, его квартире, его друзьях, его жизни, он вдруг обратился к своим чувствам.
— Я чувствую себя поистине великим, чел! — выкрикивает ее подопытный кролик.
Обращаясь к ней «чел», он только подливает масла в огонь ее мести. Что это? Просто дружелюбная фигура речи, обращенная к ее собственному потерянному поколению? Он называет так всех женщин или считает ее переодетым геем? Но самовлюбленный Нарцисс, похоже, не беспокоится о том, кто она, пока она его хочет, поэтому, ощущая себя главным, он сделает все, чтобы привлечь к себе внимание, включая разговор с пожилой дамой. Его мать дала ему слишком мало любви. И он ничего не дал ей взамен. Но наступает время расплачиваться по счетам.
Очень трудно запихнуть его в машину. Большой ребенок не может с собой справиться. Швейцар отказывается помочь. После тех денег, которые она заплатила ему, чтобы попасть внутрь, этот подонок мог бы, по крайней мере, помочь ей вытащить свою жертву. Она ухитряется запихнуть тело на заднее сиденье, где он продолжает стонать о своих ощущениях: «Я чувствую себя великим, чел!»
Сама она чувствует себя неплохо. Какое облегчение выйти из этого ада. Там слишком жарко. Но это подходящее место, чтобы раздобыть дружка. Похищение очень забавно. И обходится без особого труда. Барбара решила не везти его в отель. Стыдно появляться на публике с этим лузером. Она едет по шоссе и поднимается по Риверсайд-Драйв. Останавливается в пустынном месте в горах, на Гамильтоновских высотах, предвкушая романтичное свидание. Воздух почти теплый, или она по-прежнему пылает. В ее ушах действительно звон, или это щебетание птиц, радующихся началу весны? В поле зрения никаких людей. Только они вдвоем. Ожидающие восхода солнца.
Барбара влезает на заднее сиденье и раздевает его догола. Он по-прежнему стонет о своих чувствах: «Чувствую себя великим, чел! Бла-бла-бла…» Ну а как быть с ней? Ее чувства не имеют значения?
Она осматривает его тело, свежее мясо перед резней. Для кого-то, считающего себя богом, плоть довольно несовершенна. Тело и кровь ее спасителя испорчены, непропорциональны, несмотря на распятие. Это просто человек. Находясь в сознании, он по-прежнему не замечает ее. Бесполезный мешок с костями — вот что ты такое. Последняя вещь, в которой может нуждаться женщина. Большой ребенок. Без всяких признаков эрекции.
Нет. Ни садизм, ни мазохизм не дают ответа. Всевидящий Бог превращает вас в зомби. Тот, кто считает, что у него много времени, находится в полукоматозном состоянии на заднем сиденье чужой машины.
Играющий с вами Бог дает вам благоприятную возможность. Но грешник у ее ног ставит бабушку в неловкое положение, заставляя думать о том, что с ним делать. Бедный барашек. Превосходная жертва. Пока не оказывается на тарелке и не становится просто бараниной.
Ответ приходит к ней как открытие. Или как прихоть. Она открывает дверцу и выталкивает баранину из машины, сваливая бесполезные чресла прямо в грязь. Там он будет в безопасности. Кто нападет на голого мужчину? У него нечего украсть, кроме природных даров, и, честно говоря, на этих костях слишком мало плоти.
Совершенно бессильное существо продолжает бормотать о своем всемогуществе, теперь направляя свой монолог к канализационному коллектору. «Я чувствую себя действительно великим, чел!» — говорит он крысе.
Он нуждается только в том, чтобы выспаться. Сын Бога в конечном счете осознает реальность, вернется к земле, возродившись в качестве голого человека, лежащего в грязи. Кто-нибудь может дать ему одежду, чтобы прикрыть чресла. Она уезжает, увозя священные одеяния и пустой бумажник. Реликвии любви, которой не суждено было случиться. Священное чувство, которое превращает боль в наслаждение.